Дарья Лев – Тень Страха (страница 40)

Со стороны показалось, что она даже не шелохнулась. Только небрежно дернула рукой, и каменюка пролетела мимо, не солоно хлебавши. В тот же момент Ричарда вдруг резко отшвырнуло от Лины на несколько метров и протащило по земле. До меня донесся только отголосок подлого и незаметного удара: холодный, выверенный. Если в магии парня был внезапный порыв, то в ее – расчет.

Сперва я ждал, что она бросится к мальчишке, чтобы помочь встать. Хотя бы извинится. Ведь вокруг этого парня она носилась, как курица с яйцом, оберегая от Вильгельмовой свиты. Да и здесь уделяла ему непозволительно много времени.

Но чертова ведьма и не подумала. Молча смотрела, как парень неловко поднялся на ноги, шипел от боли, отряхивая с ссадин песок и ковылял обратно. Ни сочувствия, ни сожаления, что б ее. Стоит мне решить, что хоть в чем-то понял крылатую, как все идет наперекосяк. До этой минуты я был уверен, что она этим мальчиком безмерно дорожит.

– Проорался? – крылатая даже голос не повысила. – Тогда вернемся к занятию.

– Нет.

– Что так? – не выказала она удивления. – У нас в запасе еще одни штаны, если что.

– Мне надоело, что ты обращаешься со мной, как с малолеткой, – Ричард, кажется, не на шутку разозлился. – Раз уж сделала алатом, так хоть за сопляка не держи! Я хочу научиться большему, чем отращивать долбанные крылья!

– Повторю для особо одаренных, но в последний раз, – ведьма склонила голову набок. – За алатскую природу стоит поблагодарить исключительно твоих родителей. Не устрой я ту аварию, ты бы сдох через месяца два-три, с тем же результатом…

– Ты не можешь быть уверена! – перебил ее парень.

– … но ты бы оказался у куда менее обаятельного наставника, – Лина пропустила возмущения мальчишки мимо ушей. Так она делала со всем, что ей не нравилось слышать, насколько я успел разобраться. – В остальном… Знаешь, я сделаю все для твоей защиты. Помогу постепенно освоить собственные силы, огражу от алатской системы, поддержу. Но я не твоя мать и не нянька. Я не стану терпеть малейшего неуважения в свой адрес, изображать вселенскую любовь, гладить тебя по головке и вытирать сопли. До сегодняшнего дня терпела твои взбрыки и была невероятно понимающей, но если еще хоть раз попытаешься ударить по мне магией, я все тут отполирую тобой, ясно?

– Ладно, прости, – спустя минуту Ричард опустил голову, уставившись в землю. Извинение не выглядело искренним. Скорее он просто выбрал подходящий способ избавиться от головомойки. – Я постоянно думаю о маме. Что если она не поправится?

– Дик, не буду лгать, что все будет хорошо, – крылатая приблизилась к парню, погладила его по щеке. Даже забавно, как ловко мальчишка провел ее. – Я делаю все, что могу, чтобы Тереза пришла в себя, но не знаю, получится ли. Одно могу сказать точно: если ты не научишься управляться даже с истинным обликом, однажды может настать день, когда твоя мама вернется, а тебя в живых не будет.

Интересный способ убеждения: напугать наивного парня смертью. Хотя, похоже весьма действенный. Иначе как еще объяснить, что мальчишка молча отошел подальше от ведьмы и послушно принял истинный облик алата. Брюки сменились просторными серыми штанами, появилась такая же рубашка и в самую последнюю очередь за его спиной развернулись серые крылья. Темные волосы прилипли к взмокшему лбу, и парень зажмурился. Со стороны было очевидно, что истинный алатский облик стоит ему немалых усилий.

Я переступил с ноги на ногу, устав изображать статую. Как назло, под подошвой предательски хрустнул мелкий камешек, привлекая внимание.

Первой в мою сторону глянула Лина и тут же закатила глаза, всем своим видом демонстрируя раздражение.

Следом на звук повернулся Ричард. И тут же стало понятно, что за сцену я наблюдал вначале. Едва парнишка утратил концентрацию, как крылья растаяли в воздухе. Как и серая одежда. Ругнувшись, он стремительно отвернулся.

– Да твою же мать! – ведьма цапнула рукой прямо из воздуха новые штаны и сердито кинула их в мальчишку, попав по плечу. Тот проворно подобрал брюки и сноровисто натянул. Видимо, сказывались тренировки. – На сегодня все, Дик. Попрактикуйся сам, после того, как закончишь урок с Лисией.

– Погоди, а магия? – вскинулся парень. – Ты говорила, что будешь учить меня и ей.

– Не раньше, чем забуду, как выглядит твой голый зад, – покачала головой алата. Заметила непонимание на лице Ричарда и тяжело вздохнула. – Сначала ты научишься призывать и скрывать истинный облик без проблем, потом уже поговорим о магии.

– Но…

– Без «но», не запрягал, – отрезала Лина, мрачно наблюдая за моим приближением. – Иди к Лисе.

Проходя мимо, мальчишка смерил меня таким взглядом, будто это я его по земле тут катал. При этом даже не поздоровался. Не знаю, чему, кроме алатских премудростей, учит его эта ведьма, но правила хорошего тона сюда явно не входят.

*****

Я две недели билась с Ричардом с переменным успехом. Сперва вытерпела все истерики по поводу матери. Тут он имел полное право злиться, я не пыталась успокоить его или убедить, что это зря. Просто запаслась терпением, вином и ждала, позволяя парню срываться, когда эмоции брали верх. Дважды пришлось оправдываться перед Асом за пострадавший антиквариат (если честно, то пострадал он от моих рук), но в целом тактика выжидания более-менее работала. Срывы позволяли Ричарду выплеснуть чувства, мешающие контролю. Пресекала я только любые попытки завести разговоры о мести. Я как никто другой понимала это желание, и было бы двуличием пытаться втолковать ему какую-то чушь типа прощения, принятия и прочего. Но попытка отомстить, будучи неспособным даже с собственными крыльями управиться – самоубийство. На редкость тупое и бессмысленное.

Мы сошлись на некоем уговоре: он будет слушать меня и разбираться со своей новой сущностью, я научу его владеть проснувшейся магией. Оговорку, что это случится в каком-то не самом обозримом будущем, я придержала в уме. Пусть Ричард сосредоточится сперва на жизненно необходимом.

Тем более, что с этим возникли проблемы.

Сначала он, помня о первом, весьма травматичном опыте обращения, никак не мог пересилить себя и позволить крыльям появиться. Никакие уговоры, что теперь это уже не будет больно, никакая демонстрация собственных крыльев не помогали. С горем пополам, спустя неделю моего практически непрерывного запоя, Ричард научился призывать истинный облик по собственному желанию. Оставались только проблемы с удержанием. И постепенно иссякающим терпением его наставницы.

Впрочем, причина моего увлечения вином была не столько в проблемном ученичке, сколько в другом типе. Только что сорвавшем наш с Ричардом урок.

– Тебе чего? – я убедилась, что Дик ушел, прежде чем зайти на очередной круг малоприятной беседы с Гончим. Сколько бы не думала, никак не могла понять, что именно меня так бесит в нем. В сущности, сделку я заключила сама, пусть и вынужденно, поэтому глупо было злиться на его присутствие. Но рядом с ним мне почему-то постоянно было неуютно. Как будто он неотрывно следит за каждым моим шагом и ждет малейшей ошибки.

– Есть что обговорить касаемо сделки.

– Не припомню, чтобы за последние дни принимала решение вернуться к Вильгельму. – Ежу понятно, о каком именно договоре речь, но отказать себе в удовольствии хотя бы попытаться вывести Гончего из его самодовольного спокойствия – выше моих сил.

Похоже, в этот раз получилось с первой попытки.

– Просто любопытно, вы одинаковые и потому дружите? Или дружите, поэтому настолько похожи? – нахмурился Гончий, словно бы ни к кому не обращаясь.

– Ты это о чем? – настала моя очередь удивляться.

– Неважно, – отмахнулся мужчина. – Я насчет спасения моего друга. Может, мы уже как-то подойдем к обсуждению этого вопроса? Игра в прятки осточертела.

– Мне отказано в праве знать кого мы спасаем, чем конкретно он занимался в свите Вильгельма, – я сама не заметила, как зло уперла руки в талию. – Но ты чего-то ждешь именно от меня? Позволь-ка напомнить, что речь шла о помощи, а не о том, что я возглавлю этот спасательный крестовый поход или организую его.

– То есть ты вообще не собираешься ничего делать?

– Собираюсь следовать тщательно продуманному тобой плану, – изобразила я туповато-лучезарную улыбку.

– Значит, когда я приду и скажу, куда и когда мы идем, что нужно сделать – молча подчинишься? – ухмылка Гончего мне не понравилась. Даже больше, чем слово «подчинишься».

– Что-то вроде, – уклончиво качнула я головой. – У тебя все?

– Зачем ты солгала мальчишке? – огорошил непредвиденным вопросом мужчина, не торопясь уходить. – Что его неспособность справиться с истинным обликом фатальна?

– Солгала? – я опешила настолько, что руки сами опустились.

– Это ведь не смертельно.

– Само по себе – да, но если к моменту обретения дара он так этому и не научится, итог будет весьма печальный, – необходимость объяснять очевидные вещи всегда пробуждала во мне излишнюю раздражительность. – Да кому я это говорю, ты же сам алат!

– Вот именно, – с непонятной многозначительностью во взгляде кивнул Гончий. – Поэтому на мне не сработают твои обманки.

– Обманки? – не иначе, как этот тип спятил. Или я чего-то не понимаю. – Это что, ответная попытка довести меня до белого каления? Ты же сам проходил через все это, так какого черта?