Дарья Кузнецова – Железный регент. Голос Немого (страница 9)

– Эк ты мягко, «умиротворенные»! – хохотнул Виго. – По‑моему, они оба выглядят настолько довольными, что лично мне завидно и отчаянно хочется вспомнить молодость, скинув лет сорок. Даже как‑то неприлично, в договорном‑то браке. Нет, ну ты посмотри! А он еще о чем‑то беспокоится… – он фамильярно ткнул Алого Хлыста в плечо и ладонью указал на нас. – Мне кажется, гармония налицо!

Даор скользнул взглядом по ложу, на котором мы сидели, тонко улыбнулся и проговорил мягко, с укором:

– Друг мой, не смущай молодых людей.

Я поначалу всерьез озадачился такой их реакцией, глянул на себя, предполагая, что что‑то не в порядке с одеждой – еще больше, чем я думал. И только потом заметил, что, оказывается, в какой‑то момент накрыл лодыжку жены ладонью и сейчас машинально ее поглаживал. Теперь отдергивать руку было совсем уж глупо, поэтому я только поморщился и, забывшись, жестами спросил у посетителей, все ли это, за чем они пришли.

Каково же было мое изумление, когда Гнутое Колесо не только заметил это, но и понял.

– Это был главный вопрос, но, коль скоро все в порядке, хотелось бы обсудить ряд других.

«Вы понимаете этот язык?» – с удивлением спросил я.

– Я знаю все языки, существующие в этом мире, – с легкой покровительственностью улыбнулся Виго. – Это нечто вроде любимой коллекции. Конечно, я не мог пропустить такой необычный «экземпляр»! А возвращаясь к теме визита, вопросов у нас несколько. Во‑первых, вам двоим следует показаться народу. Учитывая, что вы выглядите вполне жизнерадостными, показывать вас не стыдно, и это пойдет всем на пользу. А во‑вторых, вы, сиятельный, насколько я помню, всегда неплохо ладили с цифрами?

«Это было давно, но при необходимости смогу вспомнить, – поколебавшись, ответил я ему. – А что?»

– Насколько я представляю себе ваш характер и ваше отношение к происходящему, вы не планируете целыми днями сидеть в дальнем углу без дела, верно? – полуутвердительно проговорил Виго и, когда я в ответ кивнул, продолжил: – Поэтому мы рискнули предположить, что вы согласитесь оказать посильную помощь Тии. Видится логичным, если вы примете на себя те обязанности, которые не требуют постоянного общения с людьми. Разумеется, лучше, если вы оба станете вникать во все, но на первых порах разумнее не хвататься за все сразу. В конце концов, последние семнадцать лет Вирата как‑то существовала, и большинство постов занимают надежные люди. Но люди эти не вечны, и сейчас перед нами стоит важная проблема. Голос Золота, увы, уже слишком стар, – проговорил Виго. – Он ошибается, становится невнимательным. А деньги – это такая вещь, которую абы кому не доверишь. Ничего не хочется доверять абы кому, но подобрать человека, которому можно доверить финансовые вопросы, особенно сложно.

В этот момент я вздрогнул и шарахнулся от неожиданности, потому что перед лицом внезапно возник какой‑то предмет, причем со слепой стороны, а на такие явления я реагировал исключительно нервно. Но хорошо, что просто отшатнулся, а не ударил: ничего страшного не произошло, потенциально опасным объектом оказался небольшой, на один укус, пирожок. Кстати, очень вкусно пахнущий.

– Ешь, – с сосредоточенным строгим видом велела Тия. – Надо позавтракать, а у тебя руки заняты.

Я бросил растерянный взгляд сначала на нее, потом на гостей, которые с неожиданной тактичностью сделали вид, что их вообще здесь нет, с преувеличенно деловым видом негромко обсуждая что‑то свое. Потом попытался забрать пирожок из рук жены, но та неожиданно воспротивилась, отдернула руку. Глаза ее хитро блестели, и, в общем‑то, было понятно, чего именно женщина хотела.

М‑да. Вот с рук меня точно еще не кормили. Во всяком случае, в сознательном возрасте…

И главное – непонятно было, что ей самой с того. Зачем?

Почему‑то сейчас я ясно понял, что дело совсем не в местных диких традициях, они вот к такому завтраку не имели никакого отношения. Дело именно в самой женщине. Это было проявление все той же детской непосредственности, которая поразила меня еще вчера. Тия вообще не задумалась, что совершает нечто неприличное или неправильное; она просто делала то, что хотела и что не было явно запрещено.

Ссылаться на посторонних уже было нелепо и глупо, мы и так привлекли ненужное внимание, которое Тию, похоже, совершенно не беспокоило. А поскольку особенного смысла бороться я не видел, то решил подыграть жене. Поэтому медленно опустил руку, выжидательно глядя на женщину. Чувственные полные губы ее сложились в озорную улыбку, и меня опять принялись кормить.

На этот раз я был уже настороже и перехватил ее ладонь. Лицо жены приобрело жалобное, обиженное выражение, но я не собирался спорить из‑за такой ерунды, поэтому сначала взял зубами угощение из ее руки и прожевал, не выпуская женского запястья, потом аккуратно прихватил губами ее пальцы, лаская, после пощекотал языком ладонь. От последнего прикосновения Тия залилась краской, шумно вздохнула, не отводя взгляда от моих губ. Напоследок я со смешком поцеловал открытую ладонь и выпустил ее руку.

В этот момент я почувствовал, что разум вновь предпринял попытку переместиться в штаны, но своевременно себя одернул, помня о разговоре и гостях, на которых и сосредоточился. Привлек внимание собеседников сухим звонким щелчком пальцами и с преувеличенно спокойным видом вернулся к беседе.

«По‑вашему, чужак в качестве казначея больше достоин доверия, чем все местные?»

– Чем большинство из них, – усмехнулся Гнутое Колесо, так же быстро настраиваясь на рабочий лад. – Мне, сиятельный, просто сложновато вообразить, что вы вдруг начнете воровать по мелочи.

«А по‑крупному, значит, можно?» – ехидно уточнил я.

– А по‑крупному слишком заметно, не дурак же вы, – продолжил веселиться Виго. – Признаться, я вообще не верю, что вы вдруг начнете воровать. Ну не вяжется подобное с вашим портретом – что до встречи с медведем, что после. Мне кажется, вы слишком благородны и ответственны для того, чтобы мелко пакостить – и вообще пакостить – сейчас. Если уж вы достойно приняли свою участь и не стали ввязываться в интриги, продолжая борьбу за престол, чтобы не усугублять смуту в стране, то и здесь, думаю, можно на вас положиться.

«Я принял участь не из благородства», – хмурясь, возразил я ему.

К этому моменту справилась со своим смущением Тия, но настырно возобновила свое занятие. На этот раз я, правда, дурачиться не стал, съел что давали и благодарно кивнул. Занимать руки действительно не хотелось, а после первого несчастного пирожка я понял, что зверски голоден. Вдохновленная моей покладистостью, женщина подсела ближе и принялась за кормление уже ответственно. И я благоразумно вместе с остальными сделал вид, что ничего особенного не происходит.

– А это неважно, – качнул головой Гнутое Колесо. – Человек, для которого собственная гордость и честь значат больше власти, вполне подходит для того, чтобы эту власть ему доверить. Больше того, лично я вполне уверен, что ниже вашего достоинства вредить стране, в которой вам предстоит жить, даже если это пойдет на пользу Альмире. Вот чего я не могу предсказать, так это вашего поведения в случае серьезного военного конфликта с вашей родиной, но я искренне надеюсь, что до этого не дойдет. А в остальном… вы же понимаете, что за вами будут приглядывать. И мне кажется, что этого вполне достаточно. Собственно, у меня пока все, нужные книги я предоставлю, подберу знающего человека на роль переводчика, познакомлю с Голосом Золота. Думаю, начать разговоры сегодня с четырех, после дневной жары, будет самое время. И на этом у меня все. Вот разве только Даор что‑нибудь по делу скажет.

– Даор непременно скажет, – с улыбкой степенно кивнул тот. – Самый важный вопрос мой драгоценный друг уже задал, а мне в голову приходит только один глупый, но довольно срочный. Дело в том, что вариантов торжественной демонстрации некой персоны народу не так много, и самый подходящий из них – тот, что был использован на церемонии венчания. Собственно, для того кесарю и положена парадная колесница, чтобы торжественно въезжать в покоренный город, ну или красиво прошествовать по городу родному. И поэтому я хотел полюбопытствовать: а как вы управляетесь с лошадьми?

«Молча, – резко ответил я, но потом поспешил уточнить: – Умею управлять упряжкой, но только в том случае, если лошади реагируют не только на голос».

Виго перевел, и Даор вновь медленно кивнул.

– Прекрасно. В таком случае я сообщу Иву, а он уже определит, как все лучше устроить. Признаться, в лошадях я не силен и тонкостей не знаю. Что касается вас, сиятельная, Райд с бумагами и многие другие вопросы ждут.

– Я помню. – Тия обреченно вздохнула. – Дайте мне час, чтобы привести себя в порядок…

– Я не вижу необходимости в такой спешке, с учетом вчерашнего радостного события, – картинно отмахнулся Алый Хлыст. – До конца дневной жары вы вполне можете позволить себе отдохнуть.

Они уже собрались откланяться, но Тия все‑таки окликнула гостей почти на пороге.

– Даор, а Ива вы с собой не взяли на случай, если он вдруг окажется прав? Чтобы я не овдовела скоропостижно? – уточнила она.

– Вы слишком плохого мнения о нашем железном друге, он уже вполне исцелился от подобных порывов, да и не настолько всерьез он опасался за вас, чтобы в самом деле подозревать нечто ужасное, – пряча улыбку в уголках губ, витиевато ответил Алый Хлыст. Невысказанное «но я учитываю все варианты» читалось в насмешливых глазах мужчины. – Нам показалось неуместным стеснять вас присутствием обширной делегации. Но, впрочем, Ива действительно стоило бы прихватить. Думаю, у него разом отпали бы все вопросы и опасения. Доброго дня, сиятельные, – он склонил голову, и гости вышли.