Дарья Кузнецова – Мои крылья — твои крылья (страница 10)

И откуда взялась эта необычная дружба с Омером Левием, тоже понятно. Надо думать, он немало сил приложил, чтобы помочь венгу, вот они и сдружились. Я даже представить не могла, как у него это получилось! Может, я сгущала краски и не так уж всё было плохо, но…

Творец, да не могло оно быть хорошо! Иначе не готовил бы Исао здесь пирожные, нашлось бы ему место на родине — не всякая служба требует магии.

Забодать моё любопытство! Ну вот зачем полезла? А теперь всё, хвост увяз — пропала девка! Мне же теперь ещё интереснее, и нет никаких моральных сил держаться в стороне, хочется знать всё. Да, за это навязчивое любопытство ужасно стыдно, и я понимаю, что нельзя так вот лезть в чужую жизнь, что это не моё дело, и мне самой подобное внимание было бы неприятно, но... Я же себя знаю. Буду держаться, держаться, а потом всё-таки не выдержу. Вот как в следующий раз увижу Омера, так и не выдержу. А до тех пор изведусь мыслями, подозрениями и ненужным сочувствием.

Ненужным потому, что Исао — сильный и уверенный в себе мужчина, который явно справился со всем, что на него свалилось, и выглядел сейчас вполне удовлетворённым жизнью. А изведусь… У меня богатая фантазия и множество мрачных стереотипов о ближайших соседях в голове, и я просто не могла не представлять, насколько тяжело пришлось венгу после этой травмы.

На вопросы Итая я за всеми этими мыслями и переживаниями отвечала коротко, почти не вдумываясь, тем более мой дар и прошлое его интересовали постольку-поскольку. Спросил только, как давно я в Сердцевине, и очень обрадовался, выяснив, что сбежала сюда после войны, в которой погибли родители. И мне хватило здравого смысла понять, что обрадовала его, конечно, не наша с Линосом трагедия, а моя полезность для исследования. А в остальном, расспрашивал он о посторонне-отвлечённом: как решилась на переезд, как нахожу Сердцевину, как отношения с представителями других рас, что могу сказать о венгах.

Поскольку они со своими суровыми и чуждыми обычаями и раньше вызывали жалость, а после истории Исао это чувство стало основным и едва ли не единственным, сказать я могла много, по существу, но весьма эмоционально. И сказала, чем повергла собеседника сначала в восторг, а потом в ступор.

— А к Исао ты как относишься? — спросил Итай с таким подозрением, будто ожидал от меня желания убить венга немедленно и с особой жестокостью и не верил, что желания такого нет.

— Замечательно отношусь, — пожала я плечами. — Он меня на отличную работу взял.

— Так, а о нём лично что можешь сказать?

— Он хороший, — честно ответила я, на всякий случай немного приуменьшив свои восторги. — Кажется замороженным с этим их тотальным контролем над мимикой и эмоциями, но всё равно видно, что честный, благородный, невредный и понимающий. Ну и красивый, да, особенно когда делает лицо попроще.

— Красивый? — переспросил Итай с непонятной обречённостью в голосе. — Но он же венг!

— И что? — не поняла я. — Зато фигура идеальная, и двигается красиво, и лицо у него такое… Не смазливое, но красивое. По-мужски.

— Но как?..

— Что — как? — ещё больше растерялась я. — А как я могу это отрицать или повлиять на это? Вот стол — он деревянный, на улице — начало лета, ты — амфир, а Исао — красивый.

— Нет, я отказываюсь это понимать, — проворчал Итай, отложил свой блокнот и сцепил руки в замок на столе. — Ты точно родилась не в Сердцевине?

— Я думаю, в этом случае мне было бы гораздо проще, — проворчала в ответ. — Да что не так-то?!

— Вся статистика насмарку! Конечно, случайные отклонения возможны, это не закон, но… Первый раз!

— Ты долго ещё планируешь допрашивать Айолу? — спросил бесшумно подкравшийся Исао, заставив нас обоих дёрнуться от неожиданности. — Ей домой добираться, а уже темно.

— Мы уже закончили, — грустно отозвался Итай. — Можно было и не начинать, она, конечно, интересный образец, но для моего исследования бесполезный. Разве только как вдохновение и надежда на возможность успеха.

— Почему? — не понял венг.

— Она считает тебя красивым, — с прежней обречённостью сообщил амфир.

— Ну считаю, и что? — под взглядами мужчин я невольно выпрямилась и слегка набычилась, глядя на них исподлобья. Стало неловко, но пытаться возражать было глупо, поэтому я решительно заговорила, как будто так и надо: — Я вот и твоего отца нахожу интересным мужчиной, а если бы он был в два раза моложе, на голову выше и вдвое шире в плечах — может, и красивым бы посчитала.

А Итай — облезлый хвост. Рыбий. Ну как так можно-то, а? Нет, мне не стыдно признаться, тем более это правда и глупо отрицать очевидное. Но прозвучало всё равно неприятно, мог бы и сохранить тайну переписи! То есть врачебную тайну. То есть, в общем, не трепать языком!

— Так. А ты? — он вопросительно уставился на венга.

— Что — я?

— Ты находишь её симпатичной? — Итай ткнул в мою сторону ручкой, а я мелочно позлорадствовала. Не одной же мне чувствовать себя неловко!

— Нахожу, — спокойно ответил Исао и всё-таки сел на свободный стул, понимая, что прямо сейчас это вряд ли закончится.

— Но ты же недавно говорил, что не считаешь демор привлекательными!

— И я этого по-прежнему не отрицаю, — с обычной невозмутимостью ответил венг, даже улыбнулся уголками губ, как будто тоже находил происходящее забавным и совсем не смущался.

С другой стороны, а почему должен? У них, конечно, нравы строгие, но даже с их учётом Исао не сказал ничего предосудительного. Ну сделал посторонней девушке невинный комплимент, всё в рамках вежливости. Да и я, собственно, тоже ничего такого уж не сказала. И чего, спрашивается, так занервничала и забеспокоилась?

Ой, а то не понятно! Потому что нечего работодателя в одном фартуке представлять... Он же не просто симпатичный, он же мне ещё и нравиться начинает! Или уже начал?..

— Не понимаю. Но как?! Может, ты ещё и женишься на деморе?!

— Прямо сейчас? — с неподражаемой серьёзной иронией уточнил венг, и я не удержалась, всё-таки хихикнула: уж слишком потерянным стало лицо учёного. Выдержав паузу, Исао сжалился и объяснил: — Итай, если я не нахожу привлекательной расу деморов в целом, это не значит, что одна представительница этой расы не может казаться симпатичной. Мне и амфиры не нравятся, но Тирцу я всё равно считаю милой и привлекательной девушкой.

— Понял, — обречённо вздохнул Итай и с тоской уставился на свой блокнот. — Я совсем упустил это из виду при составлении анкеты. То общая оценка, а тут — отдельного знакомого индивида, и оценивается уже не одна только внешность, а…

— Ты закончил? — оборвал его венг.

— А? Да, пожалуй, — неуверенно пробормотал амфир.

— Тогда пойдём, надо поймать Айоле машину.

— Да не надо, я так доеду! — запротестовала я, прикинув, сколько это может стоить.

— Ничего, Итай оплатит, это из-за него ты задержалась, — проявил Исао твёрдость и прагматизм.

Если бы сам предложил оплатить, я бы наверняка так легко не сдалась и продолжила упираться, а тут не стала. Правильно, пусть этот горе-учёный хоть какую-нибудь пользу приносит!

И почему мне кажется, что венг всё это прекрасно понимал?..

Гл

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.