Дарья Кузнецова – Мастера особых поручений (страница 4)

– К чему ты это говоришь? – нахмурился Саварди.

– Насколько я знаю, королева не обрела в Глоссе* подруг. Рядом всегда находились только женщины из обязательной свиты, с которыми она не сблизилась. Но если раньше, пока не появился наследник, этого вполне хватало, сейчас мне показалось разумным помочь ее величеству. Пока мне попалась только одна достойная кандидатура, накари Лора Фаль, супруга канцлера. Почему бы тебе не пригласить ко двору свою жену? Насколько помню, это более чем добродетельная особа спокойного и кроткого нрава, прекрасно умеющая вести хозяйство и вырастившая замечательных дочерей. Она сможет стать достойной опорой ее величеству.

Несколько секунд Саварди сверлил собеседника задумчивым, напряженным взглядом, а потом, набычившись и не веря елею в речах безопасника, все же спросил:

– Что ты задумал?

– Ровно то, что сказал. Сам посуди, королева вряд ли сумеет взять власть в свои руки, а наследник еще слишком мал, чтобы говорить о каком‑то влиянии на него. Давай пока сделаем все, чтобы он смог вырасти достойным человеком, а его мать чувствовала себя хорошо. Не дадим повода нашим ближайшим соседям обвинить Совет в узурпации власти и издевательствах над законной правительницей. Ты же не придерживаешься этих варварских эштарских* взглядов, согласно которым мальчиков надо забирать у матерей, когда они прекращают нуждаться в молоке? Да даже если так, до этого момента не меньше года!

– Вот чувствую я, что так просто ты бы этого не предложил, здесь кроется какой‑то подвох, – задумчиво проговорил Саварди. – Но пока, клянусь Солнечным Горном, твои слова мне нравятся и кажутся разумными! Я завтра пришлю Амею.

– Спасибо, – кивнул Ильнар. – А что до подвоха… У нас с тобой одно дело, разве нет?

– Ну да, – усмехнулся Саварди, вновь утирая лоб. – Шлюхам это рассказывай, которых…

– Фу, Барас, – Тавьер демонстративно скривился. – Это пошло и глупо. Если хочешь меня оскорбить – придумай что‑то поумнее, а если это шутка – не шути так при посторонних. Я клялся в верности только королю и Турану, а им‑то как раз плевать, с кем я сплю.

– Ладно, не ворчи, – миролюбиво ответил Саварди, тяжело поднимаясь из кресла. – Я, может, завидую. Хорошо вам, магам. Ты вон старше меня, а все по девкам бегаешь.

– Если бы ты бегал, и просто так, и к целителям, а не сидел сиднем и столько не ел, глядишь, тоже сейчас ходил бы по девкам, – возразил Ильнар. Барас, вполне удовлетворенный визитом, расхохотался над глупой шуткой и распрощался. Зачем он приводил с собой соратников, которые не участвовали в разговоре, безопасник так толком и не понял. Хотел обеспечить надежных свидетелей?

Проводив взглядом гостей, Тавьер похвалил себя за удачную импровизацию. Если он понимал что‑то в людях, то о знакомстве королевы с Амеей Саварди супруг последней пожалеет. Правда, вряд ли в ближайшем будущем он осознает опрометчивость этого поступка. Да и в отдаленном тоже.

– Здравствуй, начальник, – отвлек его от посторонних мыслей хорошо знакомый голос. – Звал?

– Здравствуй, контрразведка. Звал. Садись и рассказывай, что у нас плохого?

Королевские покои

Сначала Тагренай обошел покои быстро, внимательно осматриваясь, а теперь повторял тот же путь медленно, плетя чары. Вид маг имел зловещий: глаза наполнились тьмой, она стекала из рукавов на ладони, разжижалась на кончиках пальцев до фиолетовой дымки и срывалась шлейфом искр.

Наследника тем временем укладывали спать в одной из комнат, наскоро превращенной в детскую, – маг решил, что так будет удобнее всем, и королева переезд одобрила.

Да, замуж она вышла из чувства долга, к мужу оставалась равнодушной, а этот ребенок своим появлением едва не убил ее. Целители что‑то плели о несовместимости магических потенциалов и особенностях королевской ауры. Но главное, это ее ребенок, и Олире было плевать, кто его отец. За сына королева собиралась бороться до конца. За его жизнь и спокойное будущее.

– Не волнуйтесь, ваше величество, для вас и наследника это совершенно безопасно, – заверил Тагренай.

– А для кормилицы? И нянек? – тихо спросила Олира, следовавшая за начальником своей новоиспеченной охраны на почтительном расстоянии.

– До тех пор, пока они не попытаются без вашего желания вынести ребенка или причинить ему вред, тоже.

– И как магия это определит? Как сумеет защитить?

– Долго объяснять, – отмахнулся Грай. – Если хотите, я потом прочитаю лекцию. Вкратце же – магия защищает и от чар, и от механических повреждений… в известной степени. И обезвреживает злодея.

– Тогда почему магия не защитила короля, если она такая могущественная? – продолжала допытываться Олира.

– Во‑первых, не было оснований для беспокойства, а его величество всегда возражал против лишней охраны, – пожал плечами маг. – Во‑вторых, имеется огромная разница между защитой покоев, то есть небольшого замкнутого помещения, и живого человека от повреждений на открытой местности. Тем более когда происходит взрыв такой силы, да еще под за… в непосредственной близости к телу. Кстати, о взрывах! Сложные приборы и опасные вещества сюда никто принести не сможет, и собрать тут взрывное устройство – тоже, защита предупредит. Конечно, вероятны ложные срабатывания заклинаний на что‑то безобидное, но ведь лучше перебдеть, да?

– Пожалуй, – задумчиво кивнула королева.

– Вы, главное, в ближайшем будущем не соглашайтесь на прогулки в одиночестве, – продолжил вещать маг. – И не выходите отсюда без надежного сопровождения. А, возвращаясь к охране его величества, есть еще и в‑третьих. Я настолько страшный и грозный, что добровольно король меня к себе не подпустил бы. Представляете, на что способен настоящий, могущественный Повелитель Ужаса*? Я бы тоже такому свое тело не доверил!

Олира слабо улыбнулась уголками губ и напоминать о том, что она вот доверяет, не стала. Справедливости ради стоит уточнить: доверила не она, доверили ее. Но отторжения произошедшее не вызывало, и сам Тагренай Анагор – тоже. Красивый, ладный мужчина с обаятельной и удивительно искренней для его положения и должности улыбкой.

Королева гадала, что в этом мальчишестве – подлинный характер хаосита, а что – маска. Может ли быть легким опытный боевой маг, верный помощник и соратник начальника Тайной канцелярии? Прежде она не сомневалась – не может.

Но, несмотря на зловещую магию и пугающее звание, Анагор совсем не пугал, даже, наоборот, успокаивал своим присутствием и трескотней. С ним рядом, под насмешливым взглядом бездонно‑черных глаз – почему‑то выражение их читалось отчетливо, – ей становилось легче. Понемногу отпускало напряжение этого бесконечно долгого, страшного, полного переживаний дня.

Впрочем, женщина очень быстро поняла, в чем подлинная причина подобного настроя: она ощутила себя в безопасности. Пусть относительной, пусть на короткое время, но Олира начала верить, что ей повезло. Каковы бы ни были планы этих придворных мужей на слабую после родов и болезни королеву, она явно требовалась им живой и невредимой, а это уже немало. Пусть пока, пусть как послушная кукла на троне и удобная ширма, но – живой. Тому же, кто заложил бомбу, Олира мешала самим своим существованием, и уже поэтому доверять безопасникам оказалось просто.

– Ну вот, я закончил. Мышь не проскочит! Вы их, кстати, не боитесь?

– Нет, а должна?

– Ну, благородные сарты часто боятся. Особенно принцессы. А уж королеве, наверное, и вовсе по статусу положено! – Тагренай остановился посреди гостиной, расставив руки, и продолжил наполнять комнату магией. Сложные чары, насколько знала Олира, требовали сосредоточенности, но болтать мужчине это совсем не мешало.

– Увы, я откровенно пренебрегаю своими обязанностями. Но постараюсь исправиться. – Ее величество почувствовала, что губы сами собой раздвигаются в ответной улыбке. Маг говорил полную ерунду, королева отвечала ему тем же, но… почему‑то это было замечательно.

– Не стоит, – серьезно возразил Тагренай, стряхивая с пальцев последние капли искристо‑фиолетового мрака. – Должен же у вас быть хоть один недостаток! Отсутствие страха перед мышами, конечно, непростительно, но королева может позволить себе такую роскошь!

– Спасибо, – после короткой паузы проговорила женщина. Разумеется, благодарила не за великодушное разрешение иметь недостаток. И, кажется, маг это понял.

– Всегда к вашим услугам, – немного шутовски раскланялся Анагор. – А теперь, раз я уже раскомандовался, никто этого не видит, а вы слишком добры, чтобы меня одернуть, еще одна настоятельная рекомендация: ложитесь спать. День был долгим и трудным, и он такой не последний.

– Вы уходите? – напряглась Олира. Потом сообразила, насколько двусмысленно это могло прозвучать, и поспешила пояснить: – Я доверяю вашей магии, но мне было бы спокойней, если бы я могла положиться не только на чары.

– В покоях вам ничего не грозит, а мне еще нужно организовать все для вечернего явления народу, – пояснил маг. – Ну и, кроме того, это мы с вами знаем, что ничем предосудительным не занимаемся, а вдруг у кого‑нибудь возникнет другое мнение? Не хотелось бы вас скомпрометировать. Все‑таки я честный человек.

– При чем тут ваша честность? – растерялась королева.

– Ну как же? Молодая красивая девушка – а тут я. Скажут – женись, а я еще слишком юн и несерьезен для такого ответственного шага. Нет, поймите меня правильно, вы великолепны, но все‑таки… Пойду я, – оборвал он себя со смешком. – А то наговорю сейчас на усекновение в воспитательных целях чего‑нибудь ненужного вроде головы, а это очень ценная часть тела, я же в нее ем! Что до охраны, снаружи у ваших покоев обязательно будет дежурить хороший маг или даже двое, при необходимости куда‑то пойти сопровождать вас я стану лично. А чтобы вам было спокойней здесь, внутри, приведу одну очаровательную девушку, которая сумеет постоять и за вас, и за себя, и даже за всех окружающих, если они пообещают хорошо себя вести. Все, не провожайте, пойду!