Дарья Кузнецова – Кошачья гордость, волчья честь (страница 9)

Но это все – лирическое отступление. Возвращаясь же к теме Вешнелеи и гор, скажу, что там находится один из особенно нервных участков границы нашего княжества. Край мира – земли базалидов.

Эти существа, может, и не настолько разумные, как другие соседи, например, не имеют государства в нашем представлении, но у них есть своя культура, язык и письменность. А еще они – отличные воины. Уже потому, что кожа базалидов по твердости соперничает с камнем, и их не так-то просто убить: на теле существует всего несколько уязвимых мест.

Базалиды периодически совершают мелкие набеги на предгорья, не нанося по-настоящему серьезного ущерба, но доставляя массу хлопот. Правда, несколько трипт назад, когда соседи особенно разошлись, наш князь организовал «горные дружины» – небольшие отряды скорее профессиональных убийц, чем воинов, и поставил их предотвращать нападения. Тактика была простая: выследить отряд базалидов, совершающий вылазку, и методично расстрелять издалека. С тех пор количество успешных набегов значительно сократилось. Более того, насколько я знаю, у соседей наконец-то нашлась облеченная некоторой властью персона, уполномоченная вести переговоры, и на границе стало спокойней. Во всяком случае, количество горных дружин сократили, так к нам, собственно, и попала Вешнелея. Я, правда, всю жизнь полагала, что уроженцы тамошних мест, и уж тем более – горные духи, все, как один, отличные охотники не только на базалидов, но и на более традиционную дичь. Оказывается, даже в этом вопросе бывают исключения.

Сегодня, как и вчера, Трай расположился рядом со мной. Но, надо отдать ему должное, не тянул руки, куда не следует, не пытался прилюдно потискать и держался независимо, разве что иногда одаривал меня жаркими взглядами, а его запах будоражил нервы и рождал предвкушение повторения вчерашнего.

Нет, он точно волк? Или просто очень хорошо знает наши привычки и традиции и старается им следовать, чтобы меня не раздражать?

Таково еще одно различие в менталитете двух народов. Волки в целом (в том числе и мужчины) не слишком-то жалуют случайные связи, но компенсируют это повышенной склонностью к тактильным контактам. Например, жених и невеста до свадьбы не могут разделить постель, но на людях позволяют себе всевозможные нежности, вроде объятий и поцелуев, а уж за руку держатся всенепременно. Даже в нашей с рыжим ситуации, когда цель отношений – приятно провести время, и никаких далекоидущих планов у обоих нет, для него нормально демонстрировать окружающим нашу близость. Волки предпочитают меняться запахами, для них это очень важно. Для нас же свято личное пространство, и зачастую даже безумно влюбленные пары при посторонних дальше жарких взглядов и слов не заходят. Нормальны короткие прикосновения и поцелуи, даже очень непристойные с точки зрения тех же волков, но – не долгие объятия.

А, впрочем, я не удивлюсь, если где-то в родне Трая действительно затесались кошки. Про лиса-то он, конечно, пошутил – существует всего две разновидности оборотней – но примесь чужой крови чувствуется. Полукровки у нас возможны еще со степняками, но на уроженца тех краев он не походит совершенно.

Правда, на этот раз дожидаться, пока угомонятся окружающие, рыжий не стал. Не успела я допить травяной чай, как мужчина подался ближе и тихо шепнул мне на ухо:

– Прогуляемся?

– А командир не заругается? – насмешливо уточнила, бросив взгляд на угрюмого Варса.

– Не попробуем – не узнаем, – легкомысленно отозвался Трай, поднимаясь на ноги и протягивая мне руку. Я вновь, как и вчера, позволила поднять себя на ноги, даже многообещающе скользнула ладонью по бедру мужчины, вызвав у того довольную улыбку. Упомянутый командир бросил на нас мрачный взгляд, поморщился, но промолчал, зато не сдержались мои девчонки.

– Только отойдите подальше. Мы все и так завидуем, а то еще, чего доброго, мстить начнем и подстраивать подлянки, – весело фыркнула Белолеса.

– Обязательно, – серьезно отозвалась я. – Мы даже на всякий случай залезем на дерево. А вокруг ров выроем. И заградительный вал построим.

– Главное, с дерева не свалитесь, – захихикала Листопада.

– Мы воспользуемся веревкой, – подхватывая плащ, невозмутимо заверил ее рыжий.

– Ого, какой затейник, – восхищенно присвистнула Белка. – Нирь, ты его береги, он нам еще в хозяйстве пригодится!

В итоге от костра мы уходили в приподнятом настроении, хихикая и перешучиваясь на тему веревок и перспектив использования Трая в народном кошачьем хозяйстве.

– А здесь ты тоже знаешь какое-нибудь укромное уютное местечко? – полюбопытствовала я через пару минут, когда мы отсмеялись.

– Увы, нет, там все случайно получилось, – отозвался он. – Думаешь, я для чего плащ прихватил?

– Ты его из дома для этой цели прихватил или сейчас из лагеря? – иронично уточнила я.

– Конечно, из дома, – с совершенно серьезным лицом ответил мужчина. – Не могу же я в самом деле загонять красивую женщину на дерево, даже если она кошка!

– Какой ты заботливый и предусмотрительный, – похвалила волка. – Давай тогда заберем немного вон туда, там есть мелкая речушка, – махнула рукой в нужную сторону.

– Определенно на берегу реки значительно романтичней, чем под кустом, – фыркнул рыжий. – Не имею ничего против. Слушай, а можно я полюбопытствую?

– Попробуй, – согласилась озадаченно.

– Почему Вешнелея закатила такую истерику из-за этого зайца?

– А что?

– Да, понимаешь… Я сегодня полдня уговаривал Варса, что ему стоит довериться профессионалам, и буквально предвкушаю его завтрашнее ворчание на тему этой сцены, – честно сознался Трай. – Да я сам бы усомнился в ее профессионализме, если бы не видел, что нож вошел зайцу в глаз, и не понимал, что такие рефлексы не возникают на пустом месте.

– Прикидываешь, как оправдываться? – Я насмешливо хмыкнула, но ответила вполне серьезно: – Честно говоря, я и сама была удивлена этой вспышкой. Она, конечно, птичница… ты в курсе, кто это такие? – уточнила я, и когда волк кивнул, продолжила: – Веля – «горный дух» с солидным полевым опытом, да и вообще родом с западных земель, так что она не могла не охотиться. «Горные духи» это…

– Я знаю, – спокойно кивнул Трай.

– Тем лучше. Значит, ты и сам понимаешь, насколько это на самом деле странно. Может, Веля просто от неожиданности? Да и шок наверняка не такой уж сильный, раз она этого зайца, в конце концов, даже с аппетитом съела. В любом случае лезть к ней в душу ради успокоения твоего приятеля я не собираюсь. А если совсем достанет, отправляй за разъяснениями ко мне. В отличие от тебя, я могу его прямым текстом послать.

Тем временем мы как раз выбрались на берег упомянутой речушки, в которую среди прочего впадал протекавший рядом со стоянкой ручей, где брали воду. Берег оказался удивительно живописным, а речушка – неожиданно крупной. Плавать там, конечно, было негде, но и ручьем ее назвать язык уже не поворачивался. Вышли мы на высокий каменистый берег, откуда открывался ласкающий взгляд пейзаж – вид на русло. Здесь лиственные породы деревьев не прижились, и землю сплошь укрывал ковер из сосновых иголок. И шишек. Но зато пахло хорошо: нагревшиеся за день на солнце стволы отдавали тепло, и кислый привкус смолы мешался с речной сыростью.

– Как мне повезло, что ты такая добрая и понимающая. – Тон мужчины стал вкрадчивым и мурлычущим, плащ был небрежно брошен на землю, а сама я очутилась в крепких объятиях. Более того, рыжий приподнял меня и для удобства поставил на какой-то камушек, чтобы не приходилось нагибаться; разница в росте у нас все-таки имелась существенная. – Как я могу тебя отблагодарить? – поинтересовался он, развязывая мою рубашку и слегка прихватывая губами чувствительную кожу шеи.

– Пока ход твоих мыслей мне нравится, – похвалила его, запрокидывая голову. – А если еще найдешь ровное место без шишек, я буду просто счастлива! – добавила, расстегивая его перевязь с мечом.

Мужчина тихо засмеялся, обдав теплым дыханием разгоряченную поцелуями кожу, и по моей спине пробежали мурашки.

Кажется, вчера Трай наблюдал за моим раздеванием не просто так, а со вполне определенной целью: чтобы знать, как снимается непривычная одежда. Потому что в этот раз он продемонстрировал совершенно неожиданные для волка познания и безошибочно нашел, где какая деталь крепится. Снял перевязь с ножнами. Нашел спрятанные в складках ткани завязки, фиксирующие полы короткой, едва прикрывающей ребра рубашки с запахом, тем самым обеспечив себе доступ к моей груди. Аккуратно расстегнул длинные рукава, а точнее, спрятанные в них ножны для метательных ножей. Справился со сложной пряжкой ремня. А потом и вовсе, опустившись на колени, умудрился незаметно расстегнуть высокие сапоги, верхний край которых широкими петлями крепился к поясному ремню, а голенища охватывали тщательно подогнанные ремешки поменьше, не дававшие тонкой, великолепно выделанной коже, топорщиться. Впрочем, «незаметно» потому, что меня здорово отвлекали поцелуи, которыми этот во всех отношениях опытный мужчина (у меня самой с такой скоростью со всеми этими креплениями справиться не получалось, вот что значит – правильная мотивация!) покрывал мои живот и грудь. Когда вслед за сапогами он стянул и штаны, и нижнее белье, очередь дошла до бедер.