Дарья Козырькова – Тепло твоих рук (страница 7)

Кира, на удивление, не спешила вставить свои пять копеек и тактично молчала, давая Марине Петровне возможность насладиться драгоценными воспоминаниями. Женя всегда со щемящим сердцем наблюдал за пожилыми людьми. Он представлял, как сам через пятьдесят лет будет сидеть и воспроизводить в голове лица ушедших близких: родителей, друзей и хороших знакомых, оставивших какой-то след в его жизни. Так невыносимо тяжело осознавать, что ты уже никогда не сможешь увидеть дорогого сердцу человека, улыбнуться ему в ответ, обменяться новостями, спросить совет или оказать помощь и махнуть на прощание рукой, обещая скорую встречу. Он останется только на фотографии и в осколках стирающейся памяти и исчезнет, когда ты и сам предашься забвению.

Разве можно принять и понять чью-то смерть? Да и есть ли у нее вообще какой-то смысл? Австрийский психолог Виктор Франкл писал о том, что человек сам создает свой собственный смысл в жизни, но как быть, если мы не успеваем этот самый смысл воплотить? Мама Жени мечтала открыть свой магазин одежды и увидеть, каким мужчиной вырастет ее сын. Получается, мамина прервавшаяся жизнь так и останется бессмысленной?

– Я тогда только-только окончила университет, – заговорила Марина Петровна. – Мы с мамой поехали в гости к ее подруге в Ленинград. У нее прорвало трубу в квартире, так что мы остановились в гостинице. Мне не здоровилось, поэтому я отпустила маму на встречу с подругой и уселась на балконе подышать свежим воздухом. До сих пор помню, какой же мне тогда открывался великолепный вид с одиннадцатого этажа! Город был как на ладони! Я вытягивала пальцы и представляла, как касаюсь ими крыш домов. – Ее рука слегка приподнялась, а потом медленно опустилась. – В небе летали чайки и собирались густые, черные тучи. Ветер бил мне в лицо, путал волосы, но я чувствовала себя очень спокойно. Такое умиротворение не приходило ко мне никогда в жизни. Внезапно я заметила, как мимо моего балкона что-то пролетело. Я была уверена, что это белая птица, пока оно не опустилось у моих ног. Это оказался лист бумаги, сложенный в самолетик. На крыле было написано: «Привет». Я подняла голову и увидела, что прямо передо мной на соседнем балконе стоит красивый светловолосый парень и широко улыбается мне. Я сходила за бумагой и карандашом, чтобы написать ответ. Так мы и общались полдня такой вот «птичьей» почтой, пока он вдруг не сказал: «Пойдем гулять!» Я забыла про свой больной живот и выбежала из номера. – Марина Петровна медленно очертила пальцем контур броши и на несколько минут прервала рассказ. Люди вокруг старались поскорее доесть свой завтрак и покинуть столовую, а Марина Петровна даже ни разу не притронулась к еде. Возможно, она вообще забыла, зачем пришла в эту часть отеля.

Женя повернул голову к Кире. Она слегка приоткрыла губы, выставила на стол локти и увлеченно следила за их новой знакомой. Интересно, о чем она думала в этот момент? Иногда Жене казалось, что он может без труда считать ее эмоции, ведь Кира совершенно не умеет сдерживать их, а иногда она сбивала с толку, выходя за рамки своего привычного поведения.

Женя положил руки на колени и сцепил их в замок.

– Мы обошли весь Невский проспект. Он рассказывал мне о каждом здании, попадавшемся нам по пути, поэтому прогулка затянулась на целый день. У него был такой приятный и мелодичный голос. Он бы замечательно вписался в вечернюю детскую передачу! Я делилась с ним планами на будущее. Все это время мы держались за руки. Я видела этого человека впервые, но наша близость казалась естественной. Словно мы были старыми друзьями и наконец встретились, чтобы обсудить все новости. А какой же у нас случился красивый поцелуй на фоне разведенного моста!..

Женя полностью сосредоточился на рассказе Марины Петровны. Он представил оживленные улочки Ленинграда, освещенные редкими солнечными лучами, согревающими не только кожу, но и душу, и двух молодых людей, смотрящих друг на друга со смущенными улыбками и трепетом в груди. Его сердце бешено заколотилось, а в глазах поплыло от легкого головокружения. Женя расслабился, и одна его рука скатилась по ноге и упала прямо на бедро Киры.

Девушка бросила на него вопросительный взгляд. У Жени мгновенно выступила испарина от волнения, и он резко убрал руку, ударившись ею о ножку стола. Парень втянул носом воздух, сдерживая болезненный стон. К щекам прилил жар. Женя нервно поправил очки, желая провалиться сквозь землю.

Кира пожала плечами и отвернулась. Марина Петровна как будто не заметила возникшего между ребятами замешательства и продолжала рассказ:

– Мама тогда очень перепугалась, не обнаружив меня в гостинице, а я… была так влюблена! Когда мама уснула, я вышла на балкон, где он уже ждал меня. Мы молчали и полночи бросали друг на друга счастливые улыбки. Это было удивительное молчание. Ничего не говорить, но при этом слышать тысячу слов, отражающихся в глазах человека.

У Жени перехватило дыхание от фантазий, навеянных историей Марины Петровны. Он стиснул зубы, подавляя охвативший его сладостный трепет, но волна мурашек уже обрушилась на него, а сердце грозилось пробиться через грудную клетку. Женя хотел отодвинуться от Киры, но боялся привлекать внимание.

– Мы виделись каждый день. Это была любовь с первого взгляда. Не знаю, верит ли сейчас молодежь в такое. – Марина Петровна провела маленькими пальцами по тонкой ручке кружки.

– Нет, – ответила Кира. – Я никогда не влюблялась в парня с первого взгляда. В принципе подходящего человека очень сложно найти. Вам так повезло! – Она накрыла руку Марины Петровны ладонью. Женщина тепло улыбнулась в ответ и тут же посмотрела на Женю.

– А у вас как, Евгений? Верите в любовь с первого взгляда?

Женя нервно сглотнул и сжал руки в кулаки.

– Да, – произнес он, к счастью, спокойным, даже немного равнодушным голосом.

– А эта любовь отвечала вам взаимностью? – Марина Петровна чуть склонила голову набок и хитро прищурилась.

– Нет. – Приятное волнение сменилось на невыносимую боль. Вот бы взять себя за грудки и хорошенечко встряхнуть! Он уже не раз договаривался с собой, что будет держать эмоции под контролем и не позволит им овладевать всем его естеством. Ему успешно удавалось держаться какое-то время, но из раза в раз наступал переломный момент, когда Женя возвращался к тому, с чего начал. Это просто невыносимо! Что надо сделать, чтобы навсегда вытравить из себя эти чувства? Сходить на лоботомию?!

– Ну, ничего. У вас еще впереди романтическое путешествие с прекрасной девушкой. – Марина Петровна подмигнула. – А та неразделенная любовь еще будет локти кусать!

– Да, если тебе тут понравится какая-то девушка, я тебе помогу. – Кира похлопала Женю по плечу.

Он поджал губы и мрачно уставился на людей с соседнего столика, чтобы не видеть лиц собеседниц. Кира пихнула его коленкой в бедро.

– Да ты не стесняйся обращаться ко мне. Сделаю все в лучшем виде. Может, я не вызываю доверия, но на меня можно положиться.

Жене захотелось уйти. Ну почему он выбрал такое неудачное время для поездки? Он должен был в одиночестве гулять по улочкам Питера и предаваться грустным воспоминаниям о маме и теплеющем на глазах отце, а не сидеть рядом с этой невнимательной, проблемной особой и слушать эти жестокие слова. А она ведь даже не подозревала, как сильно они ранили его.

Тут вдруг кто-то наступил ему на ногу. Он нехотя осмотрел собеседниц и наткнулся на проницательный взгляд Марины Петровны.

– Мальчик мой, чтобы очаровать девушку, нужны ум и добрая душа. Все это, как я вижу, у вас есть, так что пользуйтесь.

Женя застыл, не в силах вымолвить ни слова. У него было более сложное представление о любви. Если бы Марина Петровна оказалась права, он бы уже давно держал за руку любимую девушку.

– Ой, что-то я заговорилась совсем! У меня же через полчаса экскурсионный автобус! А еще нужно зайти в номер за шляпкой и припудрить носик! – Марина Петровна подняла глаза от наручных часов и взялась за столовые приборы.

Глава 4

Женя и Кира шли до своих номеров в тишине. Женя планировал взять нагрудную сумку с деньгами и документами, а Кира собиралась переодеться, ведь в столовую она заявилась в помятой растянутой футболке, спортивных широких штанах с маленькой дыркой на коленке и тапочках.

– Куда ты планируешь пойти сегодня? – как бы невзначай поинтересовался Женя, хотя в действительности думал об этом весь вчерашний вечер.

– Хочу начать свое приключение с Петергофа, – тут же отозвалась Кира, хотя все еще выглядела удивительно задумчивой.

– Как будешь до него добираться? – Они застыли возле номера Киры.

– Пока еще не продумывала маршрут.

– Помочь?

– Хочешь съездить со мной? – вот так просто предложила Кира.

– Да! – выпалил Женя и тут же пожалел об этом. Петергоф стоял в его планах, но в них не было спутника, тем более Киры. Разве Женя готов разделить с ней сокровенные эмоции от посещения дорогого сердцу места?

– Я быстро!

Пока Женя анализировал принятое на эмоциях решение, Кира упорхнула в номер. Хлопок двери отрезвил его. Женя покачал головой, поражаясь собственному безрассудству, и засеменил за сумкой.

– А ты знаешь вообще, что такое Петергоф? – спросил Женя, когда они уселись в поезде друг напротив друга. Поезд был переполнен. Кира думала, что им придется стоять весь путь, но Женя нашел два свободных места рядом с другими пассажирами.