Дарья Коваль – Адмирал моего сердца, или Жена по договору (страница 12)
– Да что вы себе!.. – окончательно разозлился кронпринц.
Что он собирался выкрикнуть дальше, я уже не услышала. Широкая мужская ладонь закрыла мне глаза и прижала к мундиру плотнее, а сам адмирал тихо шепнул:
– Не смотри.
И всё. Голос кронпринца захлебнулся в судорожных хрипах. А где-то справа что-то хлопнуло. Слева и вовсе сверкнуло так, что если б не рука, плотно прикрывшая мои глаза, я бы точно ослепла. От того я зажмурилась лишь сильнее. И как минимум трижды вздрогнула, когда слух пронзил чей-то болезненный крик. Вместе с тем ощутив до такой степени промозглый холод, какой не ощущала никогда за всю свою жизнь. И нет, вовсе не из-за резкого падения температуры воздуха. Этот холод был иной. Словно сама жизнь покинула это место.
А потом я утратила времени счёт…
Когда всё закончилось, и причал вновь погрузился в тишину, а я открыла глаза, арденцы повсюду валялись скрюченными безвольными куклами. У большинства из них не были закрыты глаза, но взгляд каждого был слишком стеклянным, чтобы верить, что они до сих пор видят этот мир. Не осталось ни одного воина, который мог бы стоять на ногах. Да что там стоять, хотя бы немного подняться.
А мы…
– Возвращаемся домой, – сухо приказал адмирал Арвейн своим офицерам, возобновив путь.
Глава 6
Огромный линкор сверкал под лунным светом, как стальной великан. Его мощные борта с эффектным антрацитовым оттенком вызывали у меня восторг и трепет, а мачты стремились высоко вверх, словно пики, готовые пронзить само небо. Впервые ступив на борт корабля, я затаила дыхание и поняла, что мир, который я прежде знала, окончательно остался позади, а тот, что впереди, мне совершенно неизвестен.
И как же волнительно это всё было!
Ну и конечно, чуточку страшно.
Вокруг было довольно шумно. А после того, как я невольно сопоставила всё окружающее с самой собой, то ощутила себя настолько маленькой и незначительной, осторожно шагая по этому огромному кораблю, который мог бы вместить в себя пусть и небольшой, но целый город, что схватиться за мозолистую широкую ладонь адмирала – не просто прихоть, а самая настоящая необходимость. В ответ мужчина сжал мою руку в своей чуть крепче, а я поймала несколько украдких полных любопытства взглядов от матросов, прежде сосредоточенно выполняющих свои обязанности. И не удержалась от вопроса:
– А они разве не должны отдавать честь или что-то вроде того, когда встречают старшего по званию? – посмотрела на супруга.
На его губах мелькнула тень улыбки.
– Должны, – кивнул адмирал Арвейн. – Но не на этом судне. Здесь существует особый порядок.
Я кивнула. И улыбнулась ему в ответ.
– Утром я познакомлю тебя с капитаном и моими адъютантами. Двоих из них ты уже видела, осталось лишь представить. В случае, если тебе что-либо понадобится во время плавания, и меня не будет поблизости, ты можешь обратиться к любому из них. Но на эту ночь, думаю, всем впечатлений и без того достаточно, – добавил Аэдан Каин.
Мы прошли по главной палубе, поднялись по лестнице мимо второй палубы сразу на третью, а затем очутились в коридоре. По обе стороны располагались двери, я насчитала сходу не меньше двадцати. Что находилось за ними, я не знала, поскольку они были закрыты. Но на каждой висела гравированная табличка. Кажется, с офицерскими званиями и фамилиями. Прочитала бы подробнее, вот только коридор оказался довольно узким, и пришлось отвлечься от надписей, когда адмирал притормозил, вежливо пропустив меня вперёд.
Мы дошли до самого конца. Нужная нам дверь оказалась последней. Зато за ней располагалась каюта, из которой открывался просто божественно восхитительный вид. Там, за небольшим окошком открывался горизонт, на котором бескрайние волны сливались со звёздным небом, и эта безграничность манила, как самая настоящая недосягаемая мечта. И это первое, на что я обратила внимание, замерев посреди помещения.
– Это военное судно. И на присутствие леди не рассчитано, поэтому прошу отнестись с пониманием и немного потерпеть, плавание завершится к завтрашнему ужину, оно будет недолгим, – произнёс остановившийся за моей спиной адмирал Арвейн.
Должно быть, это была своеобразная шутка такая!
Или же леди в этом мире были очень капризны…
Да, каюта и в самом деле не отличалась особым простором, но практически весь интерьер был выполнен из приятного светлого дерева, и тут имелось всё необходимое: письменный стол и кресло, не двухспальная, но всё же довольно широкая кровать с высокими изголовьем, а также шкаф и малозаметная дверь, за которой…
– Удобства, – поймал направление моего взгляда муж.
Муж…
Как же до сих пор непривычно!
Но кажется, я вполне могу привыкнуть. С лёгкостью.
О том и сообщила:
– Мне здесь нравится.
То же моё последнее место жительства, то есть больничная палата, было намного меньше. И уж точно не настолько обустроенное. К тому же здесь царил идеальный порядок. За исключением письменного стола. Чего там только ни было: карта, в некоторых местах придавленная шахматными фигурками; множество книг, часть из которых была раскрыта и сложена друг на друге, куча каких-то документов, рассыпанные сверху грифели, компас, и… мысль оборвалась вместе с вопросом адмирала:
– В самом деле? – удивился он.
– Конечно, – обернулась к нему.
Хотела, чтоб адмирал посмотрел на меня и удостоверился, что я не лгу. Но в итоге между нами повисла немного неловкая тишина. Тишина, в которой, как я едва начала осознавать, остались лишь я, он и кровать, как самый выдающийся здесь предмет мебели, а также взятое с меня не столь давно обещание помочь этому мужчине с вопросом появления у него наследника.
К тому же, наша первая брачная ночь давно вошла в свои права, то есть наступила.
И если до меня это только-только дошло, то он…
Воспользуется ли он ею именно в этом смысле?
А я? Что в таком случае стану делать я сама? Не то чтоб я собиралась отказаться… Не после всего того, что этот мужчина сделал для меня. Хотя и вряд ли исключительно из чувства бескрайней благодарности. Но и… обычно люди сперва ходят на свидания, узнают друг друга хотя бы немного, ну или напиваются на какой-нибудь глупой вечеринке и вообще не думают, просто творят. Сценарии могут быть и другие. Но лично я не была в реальности знакома ни с одним, где совершенно незнакомые друг другу мужчина и женщина сперва женятся, уже потом всё остальное. Если только в турецких сериалах. И в ранние века, если на голове корона.
В моём же случае…
– Пойду, умоюсь! – нашлась с первым же предлогом, чтобы разорвать неловкость начинающей затягиваться тишины.
Да, банально сбежала. Чтобы выиграть себе немного времени и собраться с духом. В этом очень помогла холодная вода. Я плескала ею себе в лицо до тех пор, пока не замёрзли пальцы. А после я, вцепившись этими же замёрзшими пальцами в края мраморной раковины, малодушно зависла на разглядывании в зеркале отражения девушки, которое увидела впервые. В монастыре Пресвятой Магдалины не было зеркал.
Что сказать, дочь герцога и правда была красивой.
Наверное, даже слишком. Какой-то нереальной кукольной красотой. Аж в какой-то мере завидно стало. Смешно, если учесть, что завидовала я теперь себе самой.
И ещё больше, когда всё-таки вернулась в каюту!
Адмиральский мундир к этому моменту был сброшен на высокую спинку кресла, а сам мужчина остался в белой рубашке, частично расстёгнутой, с закатанными на четверть рукавами, тесно облепившими сильные руки, как вторая кожа. Возможно в вопросах своего разоблачения эти руки зашли бы гораздо дальше, но аккурат перед моим возвращением в них появился увесистый поднос с суповыми мисками и большой кружкой чего-то дымящегося и очень ароматного. Сам Аэдан стоял посреди каюты вместе с подносом в руках и задумчиво смотрел на свой письменный стол, на котором давно не осталось ни одного клочка свободного пространства, и явно размышлял о том, что в таком случае теперь со всем этим делать. Быстренько оценила всю обстановку и я. Решила, что трогать стол не имеет смысла. По крайней мере, не в эту ночь. К тому же стол – не единственная поверхность в каюте, куда можно примостить поднос. Тем и занялась, шагнув ему навстречу.
– Думаю, на кровати тоже будет вполне удобно, – предложила, потянувшись к подносу обеими руками.
Но забрать его мужчина не позволил. На мои слова кивнул и сам аккуратно поставил наш поздний ужин поверх идеально застеленного покрывала. Хотя нет, не наш… мой? Выходило, что именно так, поскольку, сбросив туфельки и устроившись на постели, спрятав ноги под себя, я обнаружила в одной из мисок несколько толстых ломтей хлеба, в другой – свежие овощи, а в третьей – мясное рагу с дымком, посыпанное сочной рубленной зеленью, то есть угощение было рассчитано точно на одного. И явно не совсем на леди, учитывая величину каждой порции, скорее на адмирала Арвейна, который ни к чему притрагиваться как раз не стал, только прокомментировал на мой вопросительный взгляд:
– Ты совсем ничего не съела за целый день. Так не пойдёт, – устроился напротив меня.
Какой же он… наблюдательный. И внимательный.
Можно сказать, идеальный мужчина.
Взявшись за вилку, я невольно улыбнулась на его слова, подцепила кусочек оранжевого томата. И задумалась:
– Как так вышло, что я успела первой? – прищурилась, заново взглянув на адмирала.