Дарья Котова – Наказание для вора (страница 5)

– Да сдохнуть мне в Глубинах! – в сердцах ругнулся Лен. – Какой извращенец составлял это расписание? Еще третью историю куда-нибудь запихнули!

– Нельзя, – назидательно произнес Реб. – Преподаватели должны когда-нибудь отдыхать.

– А мы, похоже, нет, – проворчал лис: после еды спать захотелось в разы сильнее. Он не представлял, как доживет до конца долгого и насыщенного дня, если уже сейчас глаза слипаются. Все же он переоценил свои силы, и его не спасет даже нечеловеческая природа.

– Нам пора, если не хотим опоздать,  – сказал Мэл, глянув на часы, висевшие на дальней стене столовой, недалеко от которой, в самом углу сидела компания друзей. Этой фразой он вызвал очередную волну насмешек со стороны Реба на тему "как можно быть таким правильным мальчиком". Мэл привычно терпел выпады друга: к невыносимому характеру дракона в компании давно успели привыкнуть.

Подходя к выходу из столовой, Лен невольно обернулся, окинув ее взглядом.

– Кого-то ищешь? – тут же отреагировал Реб, даже отвлекаясь от потрошения Мэла.

– Угу, Сатиэля, – буркнул лис. – Месть готовлю.

– Хах, это всегда здорово, – хохотнул дракон и вернулся к человеку. А оборотень тихо и облегченно вздохнул. Почему-то первый день в Академии начинался слишком сложно и многообещающе. В плохом смысле этого слова. И отправляясь на историю, он в очередной раз пришел к этому выводу.

У Лена были серьезные основания не любить этот предмет. Дело в том, что профессор истории Нот Герим терпеть не мог лиса. Нет, не так: он его ненавидел. Ни одно занятие не обходилось без публичной экзекуции Лена, Герим постоянно доставал лиса всевозможными придирками, использовал любой повод, чтобы назначить тому наказание. А экзамены по истории превращались в игру "как пройти девять кругов Глубин и не сдохнут". Лен готовился по этому предмету так, как не готовился по остальным, вызубрил все учебники, перечитал все конспекты – и все равно каждый раз на экзамене едва не проваливался. Лис прекрасно понимал, что в своей ненависти Герим не остановится и когда-нибудь точно добьется его отчисления, но пока тому это не удавалось благодаря усердному труду лиса (проклятье, никто его так не унижал!) и его феноменальной способности выкручиваться из любых ситуаций. К сожалению, история идет все пять курсов, а значит, впереди Лена ждало еще шесть экзаменов по ненавистному предмету. Шесть шансов потерять место в Академии. А все из-за Герима, который был другом старшего инспектора Альберта Крейла, приютившего у себя в доме семь лет назад беспризорного воришку-лиса и ставшему ему отцом. С тех самых пор профессор истории ненавидел мальчишку, считая, что друг совершил ошибку и из "грязного вора" никогда не получится приличного человека. И если до поступления в Академию Герим ограничивался недовольными взглядами, то после – после началась самая настоящая война.

– Лен, не спи, – тихо позвал друга Дель. Они уселись на последний ряд, на свое любимое место, которое отбили еще на первом курсе. Даже сейчас, на истории, которая шла сразу у всего курса, и аудитория была забита студентами со всех факультетов, никто не покусился на стол друзей – слишком нехорошая у них была репутация из-за дрянного характера Реба, острого языка Лена и грозного облика ликана-полукровки Деля.

– Лен, – в очередной раз шепотом попытался привлечь внимание друга Дельморг. Пара давным-давно началась и хмурый (как всегда) профессор что-то долго вещал про войну с оборотнями в Фелин-Сене, пока лис проявлял недюжинный героизм и спал (!!!) на парте.

– Отстань от него, – недовольно буркнул Ребор, отвлекаясь от своего любимого занятия – глазеть на девушек. – Лучше пиши конспект, а то у кого мне его потом брать?

– У Мэла?

– У него почерк плохой, – отмахнулся дракон. Рядом обиженно засопел человек.

– Не пробовал сам записывать?

– Мэл, ты издеваешься? Еще предложи начать учиться!

Дель не выдержал и улыбнулся, а вот Мэл кинул укоризненный взгляд и вернулся к конспектам.

– Так что отстаньте от нас с Леном и занимайтесь своей учебой. А я занят.

– Чем?

– Пытаюсь понять, что это за цыпочка в нижнем ряду?

– Что, неуемное потребление алкоголя и беспорядочные связи отбили тебе память и ты забыл собственных однокурсниц? Воистину, чудо свершилось, – пробормотал сквозь сон лис, не отрывая головы от столешницы.

– Да нет, Лен, похоже, и правда, новенькая, – заметил Дель, скользя взглядом по первому ряду.

Но разговору о прекрасном – о таинственных дамах – не суждено было продолжиться.

– Ален, повторите, что я сейчас сказал, – голос профессора оглушил аудиторию. Все головы как по команде повернулись к четверке друзей.

Медленно подняв таки голову и открыв глаза, Лен встал и хриплым ото сна голосом начал вещать:

– В 4789 году от Великого Нашествия оборотни были окончательно изгнаны из царства фейри и разрозненными группами стали перемещаться по людским королевствам, пока в 4795 году из-за восстания ликанов они не объединились с последними и не развязали Лехскую войну, получившую свое название по небольшому приграничному городку Лехсу, который первым подвергся нападению, – закончил Лен под восхищенные взгляды сокурсников и друзей: лис дословно повторил лекцию. Но профессора это не впечатлило, он только начал экзекуцию

– Господин Ален, – Герим никогда не звал его по фамилии, говорил, что не считает нужным марать имя друга, – ответьте мне на вопрос: были ли потери со стороны мирных жителей людских королевств в Лехской войне?

– Были, профессор.

– Надо же, – у Герим аж глаза засверкали от предвкушения. – А не расскажите ли нам, кто были эти несчастные, если боевые действия велись исключительно в пограничной полосе Фелин-Сена и Рассветного Леса? В результате чего пострадало несколько эльфийских поселений, но на людской территории все ограничилось стычками с военными.

– Один мирный житель все же пострадал, – как ни в чем не бывало заявил Лен, дерзко вскинув голову. – Озо Релин, бывший советник короля Логра и действующий на момент смерти советник короля Фелин'Сена. На его кортеж, проезжавший через Зарод, соседний с Лехсом город, напали ликаны. Советник был убит, а произошло все это на рассвете, тогда как война началась уже как полчаса – с атаки оборотней на эльфийскую крепость. Атака была легко отбита воинами Рассветного Леса, а вот нападение на сам Лехс произошло немного позже и было разгромным, в результате именно от этого события начинают отсчет многие историки. Но, если мы будем точны и обратим внимание на самое первое нападение, на эльфов, и примем его за начало войны, то смерть советника будет той самой жертвой со стороны мирного населения.

– Замечательно, – процедил Герим: ничего в голосе профессора не указывало на похвалу или, по крайней мере, удовлетворение ответом. – А теперь напомните первое правило истории.

– Все знания основываются исключительно на достоверно известных фактах, – отчеканил Лен. Студенты вертели головами то в одну, то в другую сторону, наблюдая за словесным противоборством сокурсника и профессора и гадая, за кем останется победа в этот раз.

– Скажите, господин Ален, – Герим сцепил руки за спиной и прошелся по кафедре. В отличие от большинства преподавателей Академии, профессор истории был обычным человеком и выглядел соответственно. Это был мужчина лет сорока, среднего роста и телосложения, с шапкой черных волос с редкими проблескам седины, множеством морщин на лице и мрачным взглядом темно-серых, как пасмурное небо, глаз. В общем, обычный, ничем не примечательный человек. Но сейчас, когда он занимался своим любимым делом – линчеванием Лена, он выглядел значительно. – Скажите, господин Ален, основано ли ваше утверждение на достоверно известном факте? Можете ли подтвердить, что за некоторое время до убийства Озо Релина отрядом оборотней было совершено нападение на эльфийскую пограничную крепость?

– Могу.

– Чем? – зло прошипел профессор на всю аудиторию, впившись очень недобрым взглядом в наглого студента. Лен на секунду замялся – не признаваться же, что залез в закрытую секцию библиотеке (исключительно на спор, а не из жажды знаний!), – но не успел.

– Живыми свидетелями, – раздался тот самый мелодичный женский голос, от которого Лену захотелось взвыть: вот только ее не хватало! – Моя мать командовала крепостью в тот период и была очевидцем нападения, так что я могу подтвердить слова Алена.

Теперь весь курс пялился (по-другому не скажешь) на эльфийку. За два года обучения все в Академии успели усвоить, что нет быстрее пути в могилу, чем лезть в перепалку профессора истории и Лена. Но новенькая этого явно не знала, чем навлекла на себя беду.

– Леди, – сказано было таким тоном, что лис лишь удивился, как со рта яд не закапал. В голове успела промелькнуть шокирующая мысль: впервые со дня знакомства они с Геримом сошлись во мнении и одинаково злятся на остроухую.  – Благодарю вас за неоценимые знания, которыми вы с нами поделились. А за то, что вы позволили себе перебить меня, я назначаю вам наказание. Садитесь, Ален.

Лис плюхнулся на скамейку, сверля взглядом спину эльфийки, которая никак не отреагировала на совершенно несправедливое отношение преподавателя и продолжила записывать лекцию. Спать расхотелось окончательно, но Лен из чистого упрямства улегся на парте и закрыл глаза.