Дарья Корякина – Χίμαιρα. Женщина — шизоидный аутист с высоким IQ, попадающая в 0,03% когнитивных гениев планеты. Понять. Любить. Быть (страница 4)

Идеализация и разочарование. Шизоид создаёт внутри себя образ любимого человека – богатый, детальный, совершенный. Реальный человек неизбежно не совпадает с этим образом. Это создаёт особую форму боли: не предательство, не измена – просто несовпадение реального с воображаемым идеальным. Шизоид снова и снова возвращается к внутреннему образу – и снова и снова обнаруживает, что реальный человек меньше, проще, несовершеннее.

Страх поглощения в отношениях. В близких отношениях страх потери себя становится особенно острым. Партнёр, который требует постоянного присутствия, постоянной эмоциональной доступности, постоянного «слияния» – буквально угрожает психологическому существованию шизоида. Это не метафора и не преувеличение. Это физиологически переживаемая угроза.

Язык любви шизоида – это не «я тебя люблю» каждый день. Это:

1. Принести книгу, которая изменила его – и молча положить рядом;

2. Запомнить деталь, сказанную полгода назад – и вернуться к ней точно в нужный момент;

3. Создать пространство тишины, в котором можно быть рядом без необходимости заполнять его словами;

4. Мыслить о другом человеке глубоко и постоянно – даже не сообщая об этом;

5. Верность – абсолютная, не потому что «так надо», а потому что избранный человек занял в его внутреннем пространстве место, которое освобождается крайне редко.

Тот, кто научился читать этот язык, обнаруживает глубину, которая поражает. Тот, кто ждёт стандартных знаков любви – видит только отсутствие.

IX. ШИЗОИДНАЯ ЖЕНЩИНА: ОСОБЫЙ СЛОЙ

Всё вышесказанное относится к шизоидному типу в целом. Но для женщины этот тип несёт дополнительный пласт сложности – потому что он входит в прямое противоречие с тем, чего культура ожидает от женщины.

Культурный приговор. От женщины ожидают: тепла, открытости, эмоциональной доступности, желания близости, заботы, поддержания отношений. Шизоидная женщина – в той или иной мере – не делает ничего из этого «автоматически». Не потому что плохая. А потому что её психологическая природа организована иначе.

Это создаёт ситуацию, при которой она воспринимается как «нарушение нормы женственности». Не просто «странный человек» – а «неправильная женщина». Это двойное отвержение: и как «странной личности», и как «ненастоящей женщины».

Маскирование женственности. Шизоидная женщина нередко учится имитировать ожидаемую женскую теплоту – точно так же, как аутичная женщина учится имитировать социальность. Она улыбается в нужные моменты. Говорит о чувствах, когда это ожидается. Проявляет заботу в форматах, понятных окружающим. Но всё это – сознательное исполнение роли, требующее огромных ресурсов. За этим исполнением стоит истощение, которого никто не видит.

Материнство и шизоидность. Одна из наиболее болезненных зон – отношения с детьми. Общество предписывает матери непрерывную эмоциональную слитность с ребёнком. Шизоидная женщина любит своего ребёнка – глубоко, абсолютно. Но её любовь не выглядит так, как «должна» выглядеть материнская любовь по культурному стандарту. Она нуждается в дистанции даже в материнстве – и это вызывает в ней острейшую вину, усиливаемую внешним осуждением.

X. ШИЗОИДНОСТЬ КАК ЭВОЛЮЦИОННЫЙ ДАР

Существует точка зрения, которая радикально меняет восприятие шизоидного типа: это эволюционно необходимая вариация.

Каждое общество, каждая цивилизация нуждается в людях, способных:

1. Уходить вглубь и находить там то, что лежит за поверхностью явлений;

2. Думать независимо от группового давления;

3. Создавать концептуальные системы, опережающие своё время;

4. Сохранять интеллектуальную трезвость там, где другие поддаются эмоциям толпы.

Именно эти способности – и составляют когнитивный профиль шизоидного типа. Общество, в котором все одинаково социально интегрированы и эмоционально открыты, – общество без своих «отшельников мысли», без своих «внутренних наблюдателей» – утрачивает способность к глубокому самопознанию и концептуальному прорыву.

Шизоидный тип существует в популяции не как ошибка природы. Как её специализированный инструмент.

XI. ЧТО ЕЙ НУЖНО – И ЧТО УБИВАЕТ

Что питает шизоидную женщину:

1. Одиночество без чувства вины за него;

2. Пространство для внутренней работы – неструктурированное, протяжённое, тихое;

3. Один-два человека, способных к настоящему разговору;

4. Творческая или интеллектуальная деятельность, дающая выход внутреннему миру;

5. Природа – как пространство, не предъявляющее социальных требований;

6. Партнёр, понимающий, что её молчание – это не отсутствие, а присутствие другого рода.

Что разрушает шизоидную женщину:

1. Постоянное давление социальных обязательств без достаточного времени восстановления;

2. Требование «быть открытой» в ритме, который не является её ритмом;

3. Интерпретация её дистанции как отвержения или нелюбви;

4. Попытки «расшевелить», «разговорить», «вытащить наружу» – насильственно;

5. Среда, в которой её глубина воспринимается как проблема, а не как ресурс;

6. Необходимость постоянно оправдываться за то, что она – такая, какая есть.

XII. САМОПОЗНАНИЕ КАК ОСВОБОЖДЕНИЕ

Для шизоидной женщины понимание своей природы – это не просто «интересная информация». Это освобождение.

Освобождение от необходимости объяснять то, что теперь объяснено. От попыток чинить то, что изначально не было сломано. От вины за потребность в одиночестве, за дистанцию, за нестандартный способ любить.

Риман писал: «Шизоид страдает прежде всего от непонимания – своего и чужого. Когда понимание приходит, многое из того, что казалось болезнью, оказывается просто особым способом быть человеком».

Это особый способ. Он требует особой среды, особого партнёра, особого отношения к себе. Но он – абсолютно жизнеспособен. Более того: он способен на глубину, которая большинству людей – просто недоступна.

XIII. ВЕЛИКИЕ ШИЗОИДЫ: ВИДИМЫЕ И НЕВИДИМЫЕ

История знает многих выдающихся людей с предполагаемым шизоидным складом. Среди них – Исаак Ньютон (известный своей абсолютной неспособностью к близким отношениям и погружённостью в работу), Иммануил Кант (жёсткий распорядок, одиночество как условие философской работы, почти полное отсутствие близких связей), Эмили Дикинсон (затворничество как способ существования и творчества), Франц Кафка (дневники как зеркало шизоидного внутреннего мира).

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.