Дарья Корякина – Близость, которая меня разрушила: психологический роман о травме идентичности, потери себя ради близости и размытии границ эксклюзивности на примере близнецовской динамики (страница 3)

«Домашний» почувствовал привычное смешение: щемящая радость от слова «мужики» и лёгкий холодок под рёбрами. Каждый раз, когда брат произносил «мы», мир становился устойчивее. Каждый раз, когда за этим «мы» следовало что‑то рискованное, внутри отзывается тревога.

Они шли по тропинке вдоль зарослей камыша. Речка ещё не успела прогреться, на мелководье стоял запах тины, прошлогодних листьев и сырой земли. Солнце било в глаза, в воде блестели осколки неба.

— Смотри, плавники, — брат присмотрелся к блеску под самой поверхностью. — Тут окунь стоит.

Они устроились на старых досках, торчавших из воды, забросили удочки. Тишина над водой была вязкой, как мёд. Где‑то каркала ворона, булькнуло что‑то тяжёлое у противоположного берега.

Первые полчаса были почти мирными. Лес, вода, редкие поклёвки, тихий матерок брата, когда рыба уходила. Но потом наживка стала пропадать чаще, чем им хотелось, и в глазах «лидера» появился знакомый блеск.

— Слушай, — сказал он, прищурившись. — Хочешь прикол?

Он вытащил из ведра пойманного окуня, положил его на ладонь, посмотрел, как тот открывает и закрывает рот, хватая воздух.

— Видишь? — он провёл пальцем по выпуклому глазу рыбы. — Говорят, если выковырять глаз, он всё равно какое‑то время будет смотреть. Даже когда он уже отдельно.

У «домашнего» внутри что‑то оборвалось.

— Зачем? — тихо спросил он.

— Ради науки, — усмехнулся брат. — Ради прикола. Ты чё, маленький? Это просто рыба.

Он достал из кармана маленький нож, тот самый, который отец подарил им «настоящим мужчинам» в прошлый день рождения. Лезвие блеснуло на солнце.

— Давай, ты подержишь, а я сделаю, — сказал брат. — Или наоборот. Можешь сам. Испытаешь себя.

Фраза врезалась в сознание, как крючок. Ему хотелось бросить удочку, выхватить рыбу и выпустить обратно. Хотелось встать и уйти. Хотелось крикнуть: «Нет».Испытаешь себя.

Но рядом сидел брат. Такой уверенный, такой спокойный, такой… живой. И ещё стоял невидимый хоровой хор — все те люди, которые говорили: «вы же одинаковые», «вы команда», «вы одно целое».

— Давай, держи, — голос брата стал жёстче. — Не будь тряпкой.

Он протянул ему рыбу. Тело окуня было скользким, холодным и отчаянно живым. Рыба билась в его пальцах, как сердце, которое пытаются удержать голыми руками.

— Быстрее, — брат был уже нетерпелив. — Иначе она просто сдохнет, и всё.

Время потянулось, как густой сироп. Звуки вокруг приглушились. Ветер перестал быть ветром, вода — водой. Оставались только его пальцы, чужая жизнь в ладонях и лезвие, приближающееся к глазу.

— Я не хочу, — наконец выдохнул он. Голос прозвучал тонко и странно, будто говорил кто‑то другой.

— Конечно, не хочешь, — усмехнулся брат. — Ты никогда ничего не хочешь. Давай сюда.

Он резко забрал рыбу, прижал к доске, одним точным движением вырезал глаз. Окунь дёрнулся, рот стал хватать воздух ещё судорожнее. Маленький прозрачный шарик на конце ножа смотрел на них отдельно, как отдельное существо.

«Домашний» почувствовал, как у него подгибаются колени. В глазах потемнело. Мир на секунду качнулся.

— Видел? — голос брата звучал как издалека. — Круто же. Он смотрит.

Он засмеялся. Смех был звонким, заливистым, слишком громким для этого тихого берега.

«Домашний» тоже попытался улыбнуться. Губы не послушались. Его вывернуло бы здесь же, если бы не стоящая рядом фигура брата, плотная, как стена.

Если я сейчас покажу, что мне плохо, он скажет, что я слабый. Что я не из «нас».

— Ага, — выдавил он. — Круто.

По дороге домой он почти ничего не помнил. Речка, тростник, запах сырой травы — всё смешалось в один мутный фон. Брат шёл немного впереди, болтая ногами, рассказывая, как завтра они попробуют что‑нибудь «посерьёзнее»: привязать рыбу за хвост, подождать, пока она выдохнется, посмотреть, как она «ломается».

— Ты видел, как она дёргалась? — в голосе брата была детская восторженность. — Прямо как игрушка. Это же мощь. Ты чувствуешь, что можешь делать, что хочешь.

Ему казалось, что окунь всё ещё бьётся у него в руках.«Домашний» кивал, не поднимая глаз.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.