Дарья Калыбекова – Русский шейх (страница 11)

– Что? – ошарашенно на нее смотрел. – Женщина, как ты посмела? – во мне проснулся дьявол.

Я был зол. Чертовски зол на нее. Не знает своего месте! А ведь из всех жен самая прилежная всегда была! Что с ней случилось?

– Мне позвонил сам Мустафа Омар! – еще тише заговорила.

– Президент? – нахмурил брови.

– Да.

– Как он посмел звонить моей жене, минуя меня.

– Я приехала предостеречь тебя, – склонила голову.

– От чего предостеречь? – немного успокоился.

Президент стоит козни. А может и кто-то другой… Хочет выдать его тем, кто подставляет меня перед семьей и округой.

– За тобой слежка. Каждый твой шаг фиксируют, чтобы передать спецслужбам Великобритании. Я понимаю, что у тебя есть свои… слабости, но, пожалуйста, будь осторожен, – взяла мою руку и поцеловала.

– Я осторожен. А ты поезжай домой, – произнес сурово.

– Как же? Уже же ночь на дворе. Может я в отеле переночую? С тобой, – захлопала своими густыми ресницами.

– Я сказал, поезжай домой.

Еще не хватало, чтобы моя жена и наложница были в одном здании… Это кто-то подстроил! Больше всего у меня уважения именно к Айле из всех моих жен. Именно ее не хотел бы обижать в первую очередь. Все же не каждой приятно, что у ее мужа есть наложницы. Одно дело законные жены, совсем другое – фактически… любовницы.

Я же не бесчувственный мужлан, чтобы позволять дорогой жене страдать. Ей знать о моих «слабостях» нельзя…

Скупая слеза скатилась по ее щеке… Никогда не видел, чтобы Айла плакала… В груди защемило, но я должен быть суров. Должен.

– Поезжай домой, я немного занят, – погладил щеку.

Она закивала и пошла к лифту вместе со своей охраной и свитой. Глядя ей вслед, чувствовал себя как-то странно. У меня никогда не было угрызений совести, что я излишне жесток. Никогда не было сочувствия, потому что знал, что так и должно быть. Но сейчас меня вдруг захватили эти неведомые ранее чувства.

Глава 12

Когда Айла уехала на лифте вниз, я подошел к своему номеру, куда так рвалась моя жена. Там меня ждала Софья. Наложница. Своенравная русская девчонка. Если к жене у меня было скорее сестринское отношение, то к Софии – страсть. Айла, как любая мудрая восточная женщина, знает свое место и всегда помогает мужу. Ее поддержка для меня была очень важна многие годы, что мы в браке. Но страсти у меня к ней нет, как не было ее и ранее.

Но для хорошего брака страсть и не нужна. Достаточно уважения и почтения жены в отношении мужа. Остальное пристроиться. Страсть можно найти с другими женами или с наложницами. Жена самый важный член семьи после родителей и всех мужчин из рода.

Подумав об этом, начал осознавать диссонанс… При всей моей к ней теплоте, я не считаю ее ни то, чтобы равной себе, я не считаю ее равной даже прислуге-мужчине. Почему так? Это нормально? Или во мне говорят гены от русской матери.

Зайдя в номер, осмотрелся. Тишина и умиротворение говорили лишь об одном – Софья спит. Ее сладкий сон это то, что мне так нравится наблюдать…

Зайдя в спальню, увидел ее укутанную в одеяло и с милых выражением лица. Видно, что-то приятное снится… Возможно я. Погладив ее волосы, сразу почувствовал прилив мужской энергии. Скинув с нее одеяло, с удовольствием отметил… Она обнажена… Видно, хочет продолжения.

Как вдруг Софья резко открыла глаза и посмотрела так, словно и не спала.

– Приехал? – задала риторический вопрос, ухватив меня за ворот кандуры[2].

Она так же резко приподнялась с кровати, демонстрируя свои оголенные прелести, от чего я даже потерял дар речи. Прижавшись ко мне со страстным поцелуем, заволокла своей доступностью и красотой. Мыслей не было. Только одна… Как скорее ей овладеть.

И тут некстати зазвонил телефон. Дрожащей рукой, что так хотела потрогать ее прелести, потянулся к мобильнику. Звонил мой помощник.

– Алло, – резко ответил с намерением отсчитать его.

– Господин, она в Абу-Даби в вашем отеле.

– Я знаю, – сразу подумал о жене. – Я ее отправил домой.

– Как? Она со мной. Амина. Вы же сказали, чтобы я ее привез.

– Ааа, – вспомнил.

Отойдя от кровати, задумался. Амина… Моя реальная матушка. Мне нужно с ней поговорить.

– Засели ее в президентский номер северного крыла. Я подойду сейчас туда.

– Да, господин.

Положив трубку, смотрел на эротично лежащую в кровати Софию. Божественная женщина. Сводит меня с ума всем своим естеством. Я бы, наверное, мог полюбить ее… Если страсть и плотское желание это любовь. Усмехнувшись, решил освежиться и пойти в ванную умыть лицо. Перед встречей с мамой нужно быть в более приличном виде, без эротичного румянца на щеках.

– Что? Еще одну наложницу привез?

– Ты о чем? – удивился.

– Ты говорил по телефону, я немного знаю арабский. Я поняла, что приехала какая-то женщина и ты попросил ее заселить в президентский номер. А я-то подумала, что особенная, – обижено насупила губы и отвернулась.

– Ты особенная. Действительно приехала женщина, но она не моя наложница.

– Ясно, – все еще выглядела насупившейся.

Отчего мне очень хотелось рассмеяться. Она очаровательна.

– Ревнуешь? – не знал, играет она или правда приревновала.

Если второе, то мне это… льстит. Хотя собственнические чувства сразу искоренял в своих женщинах. Это я их господин, который снизошел до них. А не они получили меня в собственность. Но с чертовкой Софьей все иначе. Очень хотелось, просто жгуче хотелось, чтобы она ревновала. Мечтала, чтобы я овладевал только ей и ни одна плутовка не могла урвать моего внимания.

– Еще чего! – игриво ответила, заставляя моего малого жеребца готовиться к рывку.

А ведь нужно успокоиться… Встреча с мамой!

Выдохнув, пошел в ванную.

– Рашид, – протянула она. – Не знаю, поймешь ли ты меня… Мне будет очень больно, если ты будешь спать с другой женщиной, – вдруг обняла меня со спины, а я от прильнувших чувств нежности чуть не задохнулся.

Что со мной? Почему я с ней другой? Какой-то романтичный и чувствительный, что ли…

Развернувшись, обнял за ее такие хрупкие и мягкие плечи.

– Не волнуйся. Я сейчас встречусь со своей мамой.

– Твоя мама приехала сюда? – удивленно вскинула бровью.

– Да. Ты была права. Амина моя мама, – улыбнулся ей, ища в глазах радость за меня.

И я ее увидел.

– Правда? О, Господи! С ума сойти! – прижала она руки ко рту.

– Правда! Спасибо тебе за то, что ты меня разбудила. За это готов подарить тебе любой подарок.

– Даже свободу? – приоткрыла она шире свои очаровательные глаза.

– Свободу нет. Проси что-то другое.

– Я хочу, чтобы ты освободил Анвара. Если он еще жив, отпусти его. Дай ему уехать с сестрой. Прошу. Они будут молчать! Они не расскажут никому! Я прошу тебя, – вдруг опустилась на колени.

Эта странная русская девочка поразила меня до глубины души. Она другая! Она совсем другая! В минуты, когда могла попросить все, что угодно, она попросила отпустить их. Чужих для нее людей. Она настолько чиста и добра, что я почувствовал себя сущим дьяволом…

Софья думает не о себе, она думает о других…

Отвернувшись, пытался отдышаться. О, Великий Аллах, да что происходит? Что она со мной делает? Мои принципы, мое мировоззрение рушится. Я считаю, что все, что делал до, неправильно. Почему так? Из-за красоты девчонки? Из-за чего?

Проведя рукой по волосам, молчал. Ответить не знал что.

Анвар, если ему еще не отрезали яйца, получил уже добрую дюжину ударов плетью. Парень хотел спасти Софью из моих цепких лап. Сейчас это именно так выглядело для меня. А ведь всего несколько часов назад я думал иначе. Я считал его врагом, который пытался испортить мне жизнь. Под другим ракурсом все выглядело иначе. Одна медаль, но совершенно разные стороны…