Дарья Калинина – Жулик моей мечты (страница 39)

Василиса такими риторическими вопросами давно уже не задавалась, она стремилась к конкретике.

– Ну ладно Спицын, – сказала она, – тут я еще могу тебя понять. Приревновал, ладно. Но Антон? С ним у меня все было давно кончено. Ему ты водку зачем подсунул?

– Антону я водку и не предлагал. Он сам стянул из палатки вторую бутылку с отравой и стал случайной жертвой.

– Но Антон после этого угощения счастливо выкарабкался. А умер он уже позже.

– Не мог же я допустить, чтобы он меня разоблачил. Он же видел, кто принес Спицыну водку. После больницы явился ко мне и начал меня этим шантажировать. Пришлось его ликвидировать. Не мог же я допустить, чтобы он встал у меня на пути, когда впереди меня ждет такое богатство!

– Погоди, но если убийцы Антона и Рыжикова действовали настолько схожим образом, что у следствия даже возникло предположение, что и там, и там орудовал один человек, то получается, что этот человек – ты? И получается, что и Рыжикова тоже убил ты?

– Я!

– Боже мой! – воскликнула шокированная Василиса. – А его-то за что? Уж Рыжиков никогда моим любовником не был!

– Страшное невезение. Мужик оказался не там и не в то время.

– Другими словами, он явился к Спицыну, когда ты его там поил паленой водкой?

– Сунулся ровнехонько в тот момент, когда Спицын первый стакан опрокинул. Он еще не был пьян и принялся объяснять Рыжему, какой я в отличие от Василисы хороший человек, потому что принес ему водку, а она, напротив, водку от него зажала.

– Ты притащил сразу две бутылки, – задумчиво произнесла Василиса. – Почти полтора литра! Но это слишком много для одного человека. Такое количество рассчитано минимум на двоих.

– Так и было.

– Ты хотел, чтобы мы со Спицыным вдвоем выпили эту водку. Выпили и умерли! И тогда тебе не пришлось бы переживать из-за страховки! Ты уже тогда хотел убить меня, и ревность тут совсем ни при чем. Твоей жертвой должна была стать я, а вовсе не Спицын с Рыжиковым и Антоном!

– Ничуть не жалею, что расправился с ними всеми. Они того заслуживали. А теперь возьмусь и за тебя. Отвечай в последний раз, согласна ты жить со мной, как и раньше?

– Как я могу жить с тобой, как раньше, зная, что ты хотел меня убить? А если тебе покажется, что я слишком плохо тебя содержу? И ты вновь решишь использовать страховой полис или еще чего-нибудь придумаешь? Раньше-то я считала тебя человеком слабым и неприспособленным к жизни, сочувствовала тебе даже. Но теперь я знаю, что ты очень даже хорошо умеешь приспосабливаться к обстоятельствам. А если нужно, то и прикончишь того, кто тебе мешает.

– Это значит – нет?

Василиса не ответила, но ее молчание было красноречивей всяких слов. И Михаил сделал шаг в ее сторону.

Саша сжала покрепче кочергу, приготовившись выпрыгнуть из шкафа, но Василиса ее опередила. Один взмах ее крепкой ноги, и Михаил отлетел в сторону.

Василиса расхохоталась:

– Давно мечтала тебя приложить! Сколько крови ты у меня выпил, негодяй!

Михаил пытался подняться, но лишь ронял предметы вокруг себя. Неуклюжий и рыхлый, он смахивал на личинку какого-то жука.

– Нравится? – ехидно поинтересовалась у него Василиса.

Михаил злобно взглянул на нее. Встать он по-прежнему не мог.

– Хотела еще тебя спросить, а что с вареньем?

– Каким вареньем?

– Оно разбилось, когда полка на мою голову рухнула.

Но Михаил насчет варенья был явно не заинтересован говорить. Все его силы уходили на то, чтобы подняться на ноги. И когда ему это удалось, он снова кинулся на Василису. Та подняла руки, защищаясь, и супруги сошлись врукопашную.

Тут уж Саша поняла, что мешкать нельзя. Она приготовилась выскочить из шкафа, но внезапно услышала стук в дверь и крики. Полиция готовилась штурмовать дом.

– Вперед! – услышала Саша голос Милорадова.

Восторг накрыл ее с головой. Он тут! Он пришел! Сейчас он спасет их. Но тут же на пути их спасителя встала преграда.

– Дверь закрыта! – услышала Саша еще чей-то голос, и теперь ее затопила волна ужаса.

Василиса закрыла дверь дома изнутри! На крепкий замок! И теперь полиция, ломая неприступную дверь, теряла драгоценные секунды, которые могли бы спасти жизнь Василисы. А в том, что жизни женщины угрожает реальная опасность, сомневаться не приходилось. В руках у Михаила откуда-то появился клинок необычной формы. Но какой бы ни была его форма, а острие было острым и сверкало оно уже поблизости от глаз Василисы. Еще немного, и острая сталь вонзится в незащищенное мягкое тело, пронзая его насквозь.

И Саша поняла, пришел ее час! Мешкать и ждать нечего. Подмога близка, но полиция может и не успеть. И ужасное, непоправимое несчастье может случиться уже через секунду.

«Не допущу!»

Саша прямо почувствовала, как ее тянет вперед. Какая-то неведомая сила вытолкнула ее из надежного убежища шкафа прямиком на противника. И вот они оказались нос к носу с Михаилом.

Увидев еще одного противника, он растерялся, но не отступил. Свободной рукой он сильно толкнул Василису, так что она врезалась в один из кухонных шкафчиков и временно выбыла из борьбы. Саша осталась один на один с преступником, дошедшим до последней степени отчаяния.

Михаил тоже слышал шум у дверей и понимал, что шансов уйти у него уже почти не остается. Но как же ему хотелось довершить начатое! Убить Василису – вот что было его единственным желанием на нынешний момент. И каждого, кто встал бы у него на пути, ждала смерть. Это Саша прочла в его маленьких, налитых кровью и заплывших жиром глазках. И надо же такому случиться, что между Михаилом и исполнением его заветного желания стояла она – Саша – с кочергой в руках.

Кочерга прабабки Василисы против старинного клинка. Саша почти не сомневалась, что этот нож из собрания музея Бородинского. Но поразмышлять на эту тему у девушки не было времени. Михаил уже кинулся в лобовую атаку.

В другой момент Саша бы растерялась. Она была современным ребенком, чье воспитание было густо замешано на толерантности, и участвовать в настоящих драках ей прежде не доводилось. Редкие стычки с одноклассниками в счет не шли, боевого опыта они ей не прибавили. Но каким-то непостижимым образом она знала, что ей сейчас нужно делать. Знала, в какой момент нужно сделать шаг в сторону, когда нужно поднять руку. Казалось, что кочерга сама направляет ее движения и делает это столь ловко, быстро и четко, что сомнений не было: победа окажется на ее стороне.

Выпад! Удар!

И Михаил неопрятной кучей медленно опустился на пол. На лбу у него вздувалась огромная дуля от полученного им сильнейшего удара кочергой.

– В яблочко! – с удовольствием констатировала Саша.

За секунду до этого дверь, уже давно трещавшая под натиском грубой силы, наконец не выдержала и сдалась. И первому же возникшему в проходе полицейскому довелось увидеть этот последний коронный удар.

Саша обернулась, когда в помещение хлынула волна полицейских, впереди которых был, конечно же, ОН! Ее любимый следователь Милорадов! В глазах его сверкал триумф и что-то еще, чему Саша названия пока что не находила.

Первым делом полицейские кинулись к Михаилу и скрутили его. Тот не сопротивлялся, ошеломленный ударом по лбу, он не мог толком даже шевелиться. Так полицейские и уволокли его, а Саша с еще двумя полицейскими принялись оказывать помощь Василисе, все же пострадавшей во время их жестокой схватки с Михаилом. На правом боку женщины обильно кровоточила рана, Михаил все же сумел пырнуть ножом свою жену.

– Немедленно к врачу, – распорядился кто-то из полицейских. – Тут может быть задета печень.

Василису унесли, и Саша с Милорадовым остались практически наедине.

– Вы все-таки пришли! – произнесла Саша, с благодарностью глядя на следователя. – А я уж думала…

– Что я брошу вас с Василисой без всякого прикрытия? Хорошенького же ты обо мне мнения.

– Но вы сказали…

– Сказал, потому что должен был держать наше появление в секрете. И не мог появиться тут прилюдно. Но это не помешало нам с товарищами с наступлением темноты занять наблюдательные посты возле дома Василисы, чтобы в ответственный момент прийти ей и тебе на выручку.

– Но Глафиру Андреевну вы прошляпили.

– Каюсь. Как-то она мимо нас прошмыгнула. Ловкая старая грымза. Наверное, воспользовалась каким-нибудь тайным ходом, их в этом доме с его закутками полно.

– И Колю вы пропустили, – продолжала вредничать Саша.

– Вот как раз Николай явился к вам по моей просьбе. Памятуя о том, что он был близким другом Антона и сам находился в опасности благодаря той сплетне, которую вы про него распустили по поселку, я попросил его прийти к вам и побыть вплоть до окончания угрозы.

– А соседи Василисы? Они знали?

– Они также были нами предупреждены. Им было сказано, что ночью на участке у Василисы будет произведено задержание опасного преступника. И для их же личной безопасности лучше будет не высовываться из своих домов и никак себя не обозначать.

– Вот почему они сидели тихо, словно мыши! Как мы ни шумели, никто из них и носа не высунул! Но вы рисковали!

– В чем?

– А вдруг преступником оказался бы кто-то из них? Коля или даже кто-то из соседей Василисы?

– Это невозможно, – твердо произнес Милорадов. – Открою тебе тайну, когда мы ехали сюда, то уже знали, кого нам предстоит арестовать.

– Вы знали, что преступник – это Михаил?

– Догадывались. Как ни старался негодяй соблюдать осторожность, но все-таки наследил.