Дарья Ишметова – Академия Ваджерис. Проклятый след (страница 9)

Ведана

Дверь распахнулась, и я замерла на пороге, поражённая полным разгромом в нашей комнате. Вещи валялись повсюду, книги были разбросаны, а карты, амулеты и дымящиеся перья Ронды пострадали больше всего. Карты были разорваны в клочья, из перьев вырваны волоски, а ловцы снов залиты чёрной краской. Подруга, нервно теребя кулон, стояла у моей кровати, ее взгляд метался по этому хаосу.

– Что здесь произошло? – вырвалось у меня, хотя я понимала, что Ронда, скорее всего, сама не знает ответа.

– Сначала пропал мой амулет видимости, а теперь кто-то искал что-то здесь и, видимо, нашёл.

Бранд вошёл в комнату и окинул её таким взглядом, какого я не пожелала бы и злейшему врагу.

– Что ещё пропало? – Бранд нахмурился.

– Камень вечной любви. Этот камень пропитан кровью ведьм, а значит, и моей кровью.

– Но зачем? Кому нужен этот камень? – я была потрясена до глубины души.

– Тому, кто страдает от безответной любви, – Ронда метнула взгляд на Бранда, затем остановилась на мне. – Если камень приведут в действие, будет крайне сложно вернуть человека назад. Он будет одержим тем, в кого будет влюблен.

Бранд уставился на подругу.

– Ты что, намекаешь на меня?

– Я не исключаю, что камень нужен, чтобы отвлечь тебя от Веданы. Так что береги своё сердце, – Ронда похлопала его по груди.

– Но почему ты решила, что камень используют против Бранда?

– Господи, Ведана! Иногда ты мне кажешься полной дурой. И что ты в ней нашёл? – подруга искоса взглянула на Бранда, явно намекая, что и у него с головой не всё в порядке.

– Начался настоящий буллинг против тебя, а под раздачу попали и я с Дианой. Нас явно хотят рассорить. Я не удивлюсь, если тебя обвинят во всех грехах, даже в том, что ты умышленно покалечила Тони, – продолжила подруга.

– Но это не так! – Возразила я.

– Конечно, не так. Все знают, что я могу видеть будущее, поэтому и порвали карты. Перья теперь придётся искать новые, а амулет видимости стащили, чтобы найти камень вечной любви. И кстати, что с твоей шеей? – Ронда подошла вплотную и осторожно коснулась пальцами самого больного места.

– Алан сказал, что это за его страдания.

Ронда усмехнулась:

– Какие страдания? Он сроду не страдал, да и ты его вылечила на занятии. Глупости какие-то… – подруга развела руками.

Я краем глаза посмотрела на Бранда. Он выглядел как грозовое облако, готовое вот-вот превратиться в разрушительное торнадо. Чёрные глаза потемнели настолько, что темнеть было уже некуда. Губы упрямо сжаты, скулы напряжены… Чёрт, какой же он сейчас горячий!

Запахло палёной кожей. Руки Бранда опять вспыхнули огнём. Я уже заметила: когда он не может себя сдержать, огонь вырывается непроизвольно, помимо его воли.

– Эй, не сожги последние уцелевшие вещи, мне и так много восстанавливать придётся! – возмутилась Ронда.

Бранд встряхнул головой и спрятал руки в карманы брюк. На лице заходили желваки, и я уже видела, как он придумывает план мести, чтобы надрать зад Алану.

– Успокойся! Он был не в себе, я видела это по его глазам, – попыталась я оправдать одногруппника, хотя сама не испытывала к нему ни капли симпатии.

– Не прикрывай его!

В этот раз меня пробрал настоящий страх. В голове вспыхнул красный сигнал опасности, и самые жуткие мысли закружились каруселью.

Я приложила ладонь к щеке Бранда, пуская лёгкий холодок. Его лицо буквально горело, и мне отчаянно хотелось остудить его пыл. Как иронично, ведь именно я могла усмирить этого горячего самца. Бранд глубоко вздохнул и прижал мою руку своей. Он закрыл глаза, притянул меня к себе, поцеловал в лоб и прошептал:

– Ненавижу, когда ты так делаешь.

– Как?

– Вот так, смотришь на меня и делаешь вид, будто всё в порядке.

Я хотела возразить, подтвердить, что у меня действительно всё более или менее хорошо. Но Бранд прикрыл мой рот двумя пальцами и продолжил:

– С Буйнолом я разберусь, а ты помоги Ронде с уборкой.

Через мгновение Бранд покинул комнату, оставив меня наедине с моей буйной фантазией. Я уже представляла море крови, переломанные кости и еще один труп, теперь уже в стенах академии.

– Ты посмотри, что они сделали с моими ловцами снов?! – Ронда вырвала меня из раздумий, указывая на растрёпанные перья. – Я это так не оставлю. Хорошо, что всё самое необходимое для будущего я ношу с собой.

– А ты не можешь по звёздам или лунному пути просчитать, кто устроил у нас погром? Ну… заглянуть в прошлое? – поинтересовалась я у подруги.

– Копаться в прошлом – это по твоей части. У меня есть одна идея, как выйти на того, кто всё это устроил, – в глазах Ронды вспыхнул зелёный огонёк, словно маячок, предвещающий гениальную мысль.

– То есть ты не думаешь, что это рук Алана? – я вспомнила нашу последнюю встречу. Мне казалось, что вероятность его причастности слишком высока.

Подруга задумалась.

– Он слишком туповат. Максимум, на что он способен, – это создать фонтан воды и плескаться им в кого попало.

Действительно, у Алана была дурацкая привычка пакостить на уроках. Однажды он наколдовал лужу на стуле нашей одногруппницы с факультета иллюзионистов. Она так визжала из-за мокрой попы, что запустила в Алана миражи летучих мышей.

Хотя эти пакости – лишь детский лепет по сравнению с тем, что сегодня он меня чуть не придушил. Алан был слишком зол, таким злым я его ещё никогда не видела. Неужели сердечные страдания так повлияли на него, что он был готов меня убить?!

На следующий день мы пришли на урок по истории магии. Кабинет был закрыт, и все первокурсники столпились в коридоре. Наша троица, как обычно, держалась особняком от всей группы. Было крайне неприятно чувствовать себя белой вороной. Ещё обиднее было то, что в это втянулись мои подруги. Ронда – боевая девушка и в обиду себя не даст. А вот Диане портили вещи в лаборатории, и вчера она пришла совсем расстроенная из-за того, что кто-то облил краской её предэкзаменационную работу. Ладно бы краска была обычной. Но нет, кто-то нанёс заклятие вечности. Теперь работу придётся либо выкидывать, либо показывать то, что есть. Вчера мы до ночи колдовали над заклятием вечности, пока не поняли, что нашими силами мы просто не в состоянии справиться. Пришлось позвать Энди. Но тот с кислой миной заверил, чтобы мы не предпринимали никаких попыток, а он сам найдёт способ вычислить того, кто это сделал, и повесит на кучумовом столбе. Это в стиле Энди: запретить, найти и убить.

– Все на нас так таращатся, будто мы из другого мира, – Диана шёпотом сказала мне и Ронде.

– Они просто нам завидуют, – возразила Ронда. Её слова повисли в воздухе, и я, взглянув на одногруппников, увидела, как они, словно по команде, разом отвернулись, уставившись в другую сторону.

Минуло всего несколько ударов сердца, когда мир взорвался каскадом событий.

Я услышала знакомый голос, всхлип Алана и глухой удар о бетонную стену.

– Бернаус-ти!

Бранд, возникший словно из ниоткуда, держал Алана Буйнола за горло, припечатав его к стене так, что ноги парня безвольно болтались в воздухе. Другой рукой он зажёг факел. Пламя ревело с такой яростью, что по его цвету и интенсивности было ясно: Бранд настроен серьёзно и шутить не намерен.

– Вижу, тебе нравится издеваться над беззащитными, – прорычал Бранд, его хватка на горле Алана становилась всё горячее, пальцы дымились. Ещё немного, и Алан мог бы вспыхнуть. Тот отчаянно дёргался, в ужасе глядя на Бранда, пытаясь что-то сказать.

– Ещё раз подойдёшь к ней, и окажешься первым в списке на состязании со мной, – слова Бранда прозвучали как приговор. Все знали, что с ним лучше не связываться, особенно на состязаниях, где каждый второй заканчивал в лазарете.

Бранд разжал пальцы, и Алан рухнул на землю, хватаясь за обожжённое горло.

– Она проиграла мне и получила по заслугам, – каждое слово Алана давалось с трудом. Он тяжело дышал, периодически кашлял, злобно сверля взглядом то меня, то Бранда.

Теперь шея Алана выглядела куда хуже моей. Она была покрыта волдырями от ожогов, и было видно, что он терпит лишь благодаря силе злости.

Бранд повернулся и подошёл ко мне. Нежно поцеловал в губы и прошептал на ухо:

– Теперь тебя никто не тронет. Я дал всем понять: ты – моя.

Глава 13

Ведана

После представления Бранда я оказалась в полном замешательстве. Алан, с пылающей шеей, так и сидел на полу, а ребята переводили взгляды с меня на него, явно не понимая, что происходит. Никто не спешил заступиться за Алана, но и на мою сторону никто не перешёл.

Гробовую тишину и неловкое молчание нарушил топот быстрых ног профессора Аслин. Впервые за всё время она опаздывала на занятие, и вид у неё был встревоженный. Её зелёные серёжки-пёрышки, болтаясь из стороны в сторону, хлестали по лицу. Пробегая мимо, она даже не заметила, что одному из учеников требуется медицинская помощь.

Профессор приложила браслет к замочной скважине и открыла дверь. Кабинет тут же расцвёл множеством изящных растений. Стебли цветов вытянулись во весь рост, расправляя листья, словно демонстрируя своё превосходство. Этот кабинет всегда казался живым, наполненным зелёными красками и импульсивным характером профессора. Цветы были её отдушиной и всегда чувствовали настроение хозяйки. И вот сейчас, как только профессор подошла к своему столу, несколько фиалок сжались, закрыв бутоны, будто на дворе наступила ночь. А дальние растения на высоких полках вяло покачивались, словно предвещая бурю в кабинете.