Дарья Ильченко – Влюблённый Дурак (Щенок) (страница 11)

Шёл девятый час вечера, поэт выключил на кухне свет. В холодильнике так и забыв пакет, он собрался и надел пиджак.  Рукописи Владимир оставил на том же кухонном столе, желая прогуляться завтра перед театром и освежить голову. Он вышел из дома и пошёл вдоль набережной, сначала по Английской, которая мягко перетекала в Адмиралтейскую и вышел наконец на главную жемчужину среди остальных: Дворцовую. Владимир остановился и расслабив спину оперся логтями на ограду набережной. Закрыв глаза он вдохнул первый и не последний почти морской порыв ветра.

– Звёзды светят ярко, – сказал он пол голоса. И тут же в его освежённом мозгу зародились строки. Он вытащил из карманов брюк маленький блокнот в темно-коричневой кожаной обложке, излюбленный карандаш и начал писать, чувствуя ветер на красных от труда щеках. Они часто краснели то от напряжённой деятельности, от бега, в общем-то, от всего.

"Счастье не терпит пустоту"

И светят звёзды ярко,

В нежном омуте ночей,

И смотрят в окна зорко,

Их тысячи очей.

Рукою не задену пряди,

Как жаль, что нет…

С судьбой в прятки,

Играем двадцать лет!

И кто, зачем, люд создал,

Творение-дитя?

Раскинув руки порознь,

Как ветви от огня!

И раскидали души-пазлы,

Рассохлись в пути края,

Но свечи не погасли,

Дыханье затая.

Счастье не терпит пустоту,

И ходим мы по миру,

Ища тем пазлам по зонту

Вторую половину.

Кажется, я начал понимать Оську. Что-то в них есть, в этих мостах. В древней мифологи мосты считались символом перехода в другой мир или на следующий берег, как в моём случае. Вот такая своеобразная дверь. Другой берег мне не нужен, я хочу стоять посередине. Как бы стать причастным к таинству обряда, который люди совершают каждый день по несколько раз, не замечая этого. Из машин то и дело выглядывали знакомые лица, я их знал, они меня нет. Впрочем, и перед незнакомцем можно вежливо склонить голову, выразив уважение не произнося и слова. Так я познакомился с половиной города, кого там только ни было. Что ж, и вот когда они меня забудут через минуту после нашей встречи, я спокойно отправлюсь дальше. Постояв немного я ушёл в глубь города и пройдя между домами, наконец открыл дверь уже родной парадной. Медленно поднимаясь уставшими ногами я шоркал ботинками о ковёр, а он медленно сползал. Только две маленькие ручки посередине каждой ступеньки держали красное толстое полотно. Удивительно измождённые глаза закрывались.

– Почему удивительно? Так ведь потому, что я толком ничего сегодня не делал. Но скажу, умственная работа не слабже физической. Прибавь к тому изнуряющий знойный день, переполненный чувствами волнения о потере важной части жизни. И конечно, подарок от Лили, – улыбаясь сел на ступеньку своего этажа Владимир рассказывая коту о своём дне.

Поэт гладил его по голове, то вороша, то укладывая светлую пушистую шёрстку кота приговаривая, – Надо же, нет, какие умные глаза! Я назову тебя Академик или сокращённо Академ. Пойдёшь ко мне жить? – ещё поглаживая вопрошал поэт, Академ одобрительно два раза мяукнул в ответ.

Они встали с лестницы, Владимир отряхнул штанину, а кот вторя хозяину вытирал о ковёр задние лапы и они пошли к двери. Молодой человек открыл её ключом и услужливо пропустил нового жильца. Показывая руками своё почтение он указал коту на прихожую и тот гордо подняв голову и хвост вошёл в квартиру.  Так и заканчивался день поэта. В квартире слышался стук стеклянной бутылки, это Владимир хозяйничая на кухне наливал Академу молоко в маленьую железную миску. А тот не раздумывая побежал ужинать, вероятно, он весь день ждал своего нового хозяина в подъезде.

Владимир зажёг яркую лампу и уселся за кухонный, теперь уже рабочий стол. На нём валялись карандаши и расписанные черновые бумаги. В этом беспорядке казалось образовалась своя собственная система, ведь с левой стороны лежали бездарные, по его мнению стишки и проза, по правую же руку что-то, что можно отослать Лили. Поэт вытащил блокнот и карандаш из штанин, уже витая мыслями в собственном поэтическом мире. Он то водил глазами по бумагам на столе, то поднимал их потолок, словно высматривая муху на обоях. И навостря и сжав карандаш, он улавливал какую-то мысль, которая летала и всё выскальзывала из вида. Вдруг Академ, вероятно, закончив всю миску молока на ужин, вскочил поэту на колени и лёг, согревая его ноги как пушистый белый плед.

– Вот та мысль, которую я ищу. Она сама пришла ко мне. Точнее пришёл, – смотря на Академа сказал поэт, а тот смотрел ему в ответ. Владимир ухватил карандаш и согнувшись над столом начал писать.

"Кот Академ"

Вечером тихим, вечером душным,

Смело распахнуты шторы окон.

Шесть фонарей в прозрачной луже

Мерцают ночами там, где мой дом.

В квартире моей, на этаже первом,

Что под номером, кажется, семь,

Говорил телевизор, и на подоконник

Забрался кот Академ!

У Академа изысканные вкусы:

Белая шёрстка и пятен серых пять.

Фортепианным этюдам он – муза,

И книжных историй любимец писак.

В конце дня выпьем чёрного чаю,

Под музыку старых, любимых столиц.

Как он ждал, ох, как он скучал,

Ища меня среди сотен прохожих лиц.

Утром, ослушавшись Алексея Николаевича я всё же позвонил в театр. Нервин был как всегда непонятен мне. Он выслушивал, делал долгие паузы, то ли думая, то ли отвлекаясь на кого-нибудь ещё. На вопрос могу ли я прийти, он не ответил, переспрашивая о новой костюмерше.

– Простите, что? – удивился я.

– Да, да, вот этот будет как раз, – многозначительно ответил Нервин.

Михаил Михайлович может и не плохой человек, но иногда весьма рассеян и упрям. По его словам и тону речи почти никогда не понятно зол он или просто не в настроении. Мягким изыском и торопливостью везде и всё успеть он напоминал мне одного князя девятнадцатого-двадцатого веков. Поэтому за глаза я начал называть его Миш-миш. Вот так просто и непринуждённо директор театра стал моим забавным Миш-миш. Он что-то протараторил мне в конце и закончил таким образом разговор. Я тут же припомнил себе слова худ.рука и попёрся в театр! Прихватив папку у Лили, по дороге я поправил галстук и решительным настроем уже мысленно читал пьесу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.