Дарья Ильченко – Дядя Петя в домике. Большой сборник рассказов. (страница 1)
Дядя Петя в домике. Большой сборник рассказов.
Один, Один и ещё раз Один!
Часы прозвенели ровно пять, и он вышел из квартиры на проспект. Пять пятнадцать? Нет! Ровно пять. И ещё минут двадцать он покружил у набережной канала, чтобы скоротать и без того мучительно долгий вечер. Упёршись взглядом в дом напротив, господин начал считать окна. Один, два, три, четыре, пять Больше? Нет! Ровно пять. Затем господин оглядел даму в паре с молодым человеком и мальчика с собакой по кличке Д., безустанно повторяя:
— Ну, хоть один, зато живой.
И дошёл господин до Гостиного двора. А там лежали на прилавке ветчина, бесчисленные варёные да жареные купаты и колбасы. Раздолье голодному глазу, а что уж говорить? И желудку!
— Сударь, одну палку колбасы, — указав рукой, он спешно полез в карман за бумажником.
— Одну не продаём. Сегодня акция «Один, один и ещё один». Берите сразу три, — замысловато ответил продавец.
— Не свежая что ли, раз по три продают? — бормотал под нос господин, перебирая купюры в бумажнике. — Но прошу позволить, зачем же мне три палки колбасы, если я один?
— Одну не продаём! — возразил продавец.
— Зачем же мне три, если меня дома «Один»! И то не всегда — с грустью он вспомнил об одиночестве, которое почему-то всё чаще приходит к нему в гости и гораздо больнее всего ранит в людных местах. Словно они служат напоминанием. Но сами, не зная, привносят в жизни друг друга флер или так уж и быть, отражение своего присутствия в судьбе господина. Как водная гладь отражает кусты да лебедей. Продавец, однозначно покрутив головой в сторону и натянув улыбку, отчего и усы как-то задорно приподнялись, спросил уже следующего покупателя:
— Чего желаете? У нас сегодня акция!
— Хорошо! — воскликнул мужчина. — Пакуйте три, да хоть шесть! Пакуйте!
И сложили ему шесть палок разной колбасы. И ветчины впридачу положили. Углицкую колбасу любил особенно наш господин и грезил ей половину пути к дому. А во второй половине остановился и надумал: «Раз я так уж одинок, то пусть мальчишка колбасы поест, собаку угостит посмеет, да барышня какая-нибудь обрадуется наверняка».
Однако вечерело. Мальчишка уже сидел в одном из тех окон, что так кропотливо считал господин. А дама и ещё другая, и с десяток похожих на него людей суетились в своих прекрасных домах и квартирах. Кто-то бегал по кухне, готовя к замечательному ужину большой праздничный стол. Но не он. Господин стоял и смотрел, смотрел, и нечаянно маленькая капля слезы прокатилась по его выбритой щеке.
На следующий день, в тот же час, он вышел из подъезда, как вдруг солнце осветило жёлтую опавшую листву. И сосед непривычно рано возвращался домой. И столь праздничным настроением он обладал, что завёл разговор и с нашим господином.
— Какое прелестное у вас пальто!
— На неделе исполнилось лет уж восемь как.
— А выглядит как новое!
— Весело в шкафу.
— А почему?
— Им разве что листья подметать да грязь собирать. До того оно длинное.
— И всё же, красивое! — его лицо приобрело приятную ухмылку, словно он съел пару шоколадных трюфелей. Закончив незатейливый разговор кивком, они разошлись.
Господин снова купил мясных изделий, кажется, тоже шесть. Не считая, он указывал пальцем на прилавок, чего бы завернуть с собой. И, зайдя на длинную набережную, увидел того прекрасного мальчишку с собакой по кличке Д. Откуда же он знал, что Д.? И всё же он скрытен, но не глуп, и его острый слух давал знать о всех уличных новостях ранее обычного.
А! Вот же! Это она! Та дама, что прогуливалась вчера, — воскликнул, пусть и вполголоса, господин. Он подошёл к даме. Её словно прозрачное платье напоминало силуэт ангела. Ангела с нежными чертами лица.
— Могу ли поделиться радостью?
— Разумеется, — приветливо ответила дама.
— Поздравьте меня, я написал статью!
— Какое прекрасное событие. Вы критик?
— Разве что своей жизни, — усмехнулся господин и отвёл глаза в сторону.
— Я купил излишне много продуктов. Не окажете ли честь забрать ту часть, что отведена вам? — Не дожидаясь ответа, господин протянул ей гостинец. Заметив, что мальчишка с уже дорогим его сердцу любимцем Д. собирается домой, он, спешно попрощавшись, побежал вперёд, запинаясь о своё же пальто.
— Подождите! Стойте! — вдруг воскликнул в полный голос господин. Мальчишка оглянулся и оттянул поводок назад.
— Добрый вечер. Что-то случилось?
— Добрый вечер, — он погладил изрядно добрую собаку Д. с золотой, как сама осень, шерстью, которая переливалась в последних лучах вечернего солнца.
— Я видел, что вы часто прогуливаетесь здесь с собакой. Я бы хотел угостить вас гостинцами, если позволите. Он протянул средних размеров корзину и поставил прямо на дорожку. Д. тут же помчался нюхать и без того прелестный аромат мясных угощений.
— Я приобрёл непозволительно большое количество продуктов.
— Почему же вы сами не съедите?
— Поскольку я живу один, то и трети от целого мне будет много. Прошу, угощайтесь сами и, конечно, дайте отведать и прелестному Д.
— Благодарю.
Не раз ещё они виделись, гуляя по набережной. Д. теперь, узнавая господина, бежала радостно навстречу. Мальчишка, проходя мимо, желал доброго вечера. А дама мягко преклоняла голову в ответ. И так неделя за неделей почему-то расцветал осенний Петербург. Дожди окатывали улицы вместе с людьми, листья мешались под ногами, — то и дело слышал он от прохожих. А в его глазах воцарила удивительно золотая осень, и солнце выглядывало каждый вечер, словно ожидая следующего выхода господина.
На импровизированной ярмарке, которая простояла две недели, теперь уже приятели набрали свежего рассыпного чая. Больше восьми тканевых мешочков упаковали им с собой. Лёгкий звон посуды слышался сквозь зал. Фарфоровые чашки с блюдцами известного завода и чайник то и дело шатались в руках мальчишки. И в кухне с большими окнами в грозу раздавались отзвуки молний. Будто и они хотели ворваться в тёплое пристанище на чай.
— А молния не проберётся к вам в квартиру? — взволнованно спросил мальчик.
— Разве что шаровая, — серьёзно ответил господин, а затем посмеявшись продолжил, — Да откуда ж ей тут взяться? Окна-то закрыты, — заверил он друзей.
Вдруг дама приподнялась с места и взяла со стола тонкую рукопись из пары листов.
— У меня для вас подарок, — слегка улыбаясь, произнесла она, — это рассказ о вас. И я бы хотела его прочитать.
Она неторопливо, слово за словом, вела глазами по листу, будто объясняя ученикам урок. Прошёл час, второй. Они выпили уже весь чай, и дама окончила прозу.
— Дурацкий рассказ, — сказал господин неожиданно для себя, словно мысль вырвалась вслух.
— Как же? Так обзываете, будто и не вы герой произведения! — Возразил мальчик.
— А я герой?
— А как вы думаете? — Загадочно улыбнулась дама.
— А что ж с того, если и впрямь дурацкий? — теперь уже со смехом озвучил мальчик.
Его звонкий голос так развеселил приятелей, что они все безудержно начали смеяться. Давно, да кажется, никогда не видела эта квартира столь радостных людей.
— Вы по-прежнему несчастны? — жалостно вопросил мальчик, краснея и волнуясь в ожидании ответа.
— Вы по-прежнему несчастны? — Повторила вслед за ним дама.
— Счастлив! Как не был никогда!
(Не)Известный человек
Неизвестный человек встаёт в 4 утра, просыпаясь и того раньше. Он чистит зубы и заправляет кровать, чтобы лечь в неё снова. Неизвестный человек, а ныне известный, думает наперебой, где кофе стоит, где кухня, а где балкон, ведь квартиру он видит раз в один век. Образно говоря, разумеется.Неизвестный человек, а ныне известный, смотрит в зеркало, как в окно. Себя он там не видит, а кто-то другой глядит на него. Кто-то более старый, или более усталый? Более зрелый, точнее сказать! Ему уже давным-давно не двадцать пять.
Неизвестный человек, а ныне известный, жизнью доволен и знатно гордится ею! Да только пресытился всей. Неизвестный человек стал известным, плоды трудов пожиная. Известный человек сел на кровать и вздумал вспомнить о чём мечтал. Сбылись ли мечты? А много их было? Немного, всего лишь одна. И всё принесла, и всё сбылось, да только один он, как и его мечта.
Неизвестный человек, а ныне известный, открыл ящик письменного стола, а из него взлетела, как птица, маленькая записка одна. А этот человек удивлённым взглядом разглядел надпись на ней. Взял её в руки, эту записку, и сел на кресло за столом. Он прочитал её, и горько стало на душе неизвестного человека. И встал тихонько он, и вышел из залы, глазами всё так же что-то ища. А мир показался ему бесконечным и необозримым одним взглядом. А может быть, молодость искал, а может кого-то иного, подумай, не ты ль тот человек?...