Дарья Гусина – Звездный ветер (страница 4)
Маша мысленно вздохнула. Ну если куратор ее лаборатории Октав не смог уговорить гостя не утилизировать робота, то ей это и подавно не удастся. И все же она попыталась.
— Если вы позволите нам сохранить кибера для дальнейшего исследования, вам выплатят его двойную стоимость. И еще компенсацию.
— А эта ваша компенсация… и ваши двойные деньги смоют грех с души моего сына? — фермер посмотрел на Машу исподлобья.
— Я уважаю ваши…
— Вот и уважайте, дамочка. Знаю я, что вы обо мне думаете, мол, чокнутый фермер с занюханной планеты, тронувшийся на религии.
— Я так не думаю.
— Вы все так считаете. Мои предки заработали право на собственное волеизъявление, покоряя космос и вливая пот и кровь в нашу землю. А потом кто-то, вроде вас, привыкших к комфорту, диктует нам свою волю и морщится при виде нас, простого люда, верного Господу во всех его заповедях. Скоро нам, небось, и прилетать на Матушку Землю запретят, люди не любят, когда им напоминают про их неправедное поведение. Ну ничего, посмотрите тогда, что значит остаться без жратвы и ресурсов. Забыли, кто вас кормит?
Маша молча ждала. Спорить с этим человеком было бесполезно. Сельскохозяйственного кибера доставили в лабораторию утром. Его владелец пожаловался в «Си Эс», что машина «дьявольским образом ожила», и его сын, поддавшись искушению, стал обращаться с ней, как с домашним питомцем, еще и имя ей дал, тоже сатанинское, языческое. Отдел отслеживал подобные сигналы и перенаправлял их на Землю. Это была Ма́шина область деятельности. Ей выдали грант на изучение таких случаев, и она уже неплохо продвинулась.
Что бы ни говорил владелец робота, а именно обещанные Отделом немалые деньги позволили сохранить «жизнь» «исчадию ада». На корпусе робота имелись вмятины. Наверняка фермер отвел на нем душу, узнав о том, что функции кибера выходят за рамки копателя грядок и сборщика овощей. Ничего, главное, кор-плата осталась целой.
— Я обещал сыну… попрощаться с этим… я не тиран и люблю свою семью, — неохотно продолжил Джуроу, не дождавшись от Маши какой-либо реакции. — Георг, у тебя есть время. Помолись Господу, чтобы он простил тебя и людей, сотворивших сию… пакость.
Мужчина вышел из лаборатории, топоча грязными сапогами. Скорее всего, пошел в отдел выплат, получать компенсацию. Маша посмотрела на мальчика. Тот стоял, опустив голову. В отличие от отца, он снял шляпу и теперь теребил ее в руках.
— Если хочешь помолиться, я могу выйти, — сказала Маша.
Мальчик покачал головой и ответил срывающимся голосом:
— Я уже много молился. Отец велел.
— А… Этот кибер был твоим другом?
— Машина не может быть другом. Она неживая. Отец сказал, — мальчик впервые поднял на нее глаза.
— Может, ты и прав, — кивнула Маша. — А что он делал у вас на ферме?
— Собирал клубнику.
— О, я люблю клубнику!
— Локи… он тоже ее любил, — сказал мальчик. — Он мог есть все. Даже землю. Но любил клубнику и морковь.
— Вы ведь как-то общались?
— Да, — тихо признал Георг.
— Как? — Мария не смогла сдержать любопытство: у киборга не было речевой функции. — У тебя стоит имплант?
— Нет, отец говорит, это дьявольское изобретение. Мы… — мальчик замялся. — Я говорил с ним, а он мигал. Один раз — «да», два раза — «нет».
— Хм… — усомнилась Маша — ответов «да, нет» для заполнения пластины-накопителя до нынешнего состояния было явно маловато. Увы, Мария так и не смогла выудить «воспоминания» кибера, во включенном состоянии он «сопротивлялся». — Ты что-то загружал ему на плату?
— Да, — Георг почти шептал, — я скачал ему… свои мультики. Через комфон друга. У меня нет своего комфона. Я люблю придумывать мультики. Вечерами, когда мне нечего делать… лежу в кровати и придумываю, а потом сбрасываю на комфоны друзьям в школе. Им нравится. Они никому не говорят… они знают. И вы тоже никому не говорите!
— Не скажу, — пообещала Маша. И поинтересовалась: — А мультики про кого?
— Про роботов, — мальчика было еле слышно, — маленьких киберов. Они живут в доме у одного мальчика и помогают ему. Они очень смешные… путаются под ногами и часто все портят. Семья мальчика думает, они просто уборщики. Я таких видел. У одноклассника. Смешные…
Маша выудила из пластикового контейнера одну из отработанных, вскрытых кор-плат, показала ее Георгу:
— Видишь, что там внутри?
— Процессор?
— Да. И много чего другого. Например, терманитовая пластина. Терманит — материал, способный хранить большие объемы информации. Она записывается прямо на молекулярную решетку. Это не просто информация, а данные с очень сложным, многоуровневым алгоритмом.
— Я знаю, — осмелевшим голоском сказал мальчик. — Мы в школе проходили. Раньше кор-платы были большими и неудобными, а киборги очень примитивными. Потом открыли свойства терманита. Один ученый нашел, как записывать на него данные. А второй… нам его еще в школе всегда приводят, как пример… забыл… он нашел, как делать маленькие кор-платы для киборгов, — на щеках Георга проступил слабый румянец.
— Это был Кирилл Демидов, один из разработчиков линейки джей-семь компании «Сайклон Серендипити», — улыбнулась Маша. — Благодаря ему, наши циклоны сейчас такие… умные. Но первым свойства терманита обнаружил профессор Мацумото. Я его немного знаю.
Маша почувствовала, как в груди заворочался ком тревоги. В Отдел ее больше не вызывали, несмотря на то, что она сама попросила Октава о встрече. Она хотела выудить у разговорчивого куратора, который явно неровно к ней дышал, хоть какую-нибудь информацию о профессоре. А повод у нее был вполне реальный: циклоны Мацумото вели себя неадекватно. Оба. Но один особенно.
— Пожалуйста, не убивайте Локи! — вдруг взмолился ребенок.
— Ты же сказал, он неживой, — Маша вздохнула.
— Я… я не знаю.
— То, что произошло с тобой и Локи, мы называем «когниция». Ты записал на кор-плату свои чувства и мысли. Кибер их усвоил. Конечно, он не совсем живой. И даже не условно-живой. Однако у него есть своеобразный интеллект, а теперь и некоторое подобие И Кью (*англ — EQ emotional quotient, коэффициент эмоционального развития). Как вы общались после записи мультиков?
— Он… рисовал всякие рисунки на табло температуры и графиков полива. Там всего два цвета, красный и зеленый, но все было понятно… Что я буду теперь делать? — Георг заплакал. — Он был моим другом! Как наша собака Джея! Джея тоже не хотела умирать, когда состарилась! Отец отвез ее к ветеринару! Как Локи!
— Есть один выход. Знаешь, как мы поступим…
Дверь с грохотом отворилась.
— Ну что? — грозно поинтересовался мистер Джуроу. В руках у него были бумаги, а вид был почти довольный. — Чего ревешь?
— Он раскаялся, — с энтузиазмом сообщила Маша фермеру. — И осознал. И облегчил душу… рыданиями.
— Ну… — с сомнением пробормотал мужчина, глядя на отчаянно ревущего сына. — Ломайте эту дрянь, пока он вам тут море не налил!
— «Си Эс» предоставит вам другого сельскохозяйственного кибера.
— Я в курсе, дамочка, — фермер потряс кипой бумаг, — и не собираюсь отказываться. Вот только, если он опять выкинет фортель, уничтожу на месте.
Маша подошла к киберу, вытащила кор-плату и закинула ее в утилизатор. Мгновение — и терманитовая пластина была развеяна в пыль вместе с процессором. Георг зарыдал еще горше. Наверное, только то, что его отец держал в руках старомодные бумажные чеки на выплату денег в банке, позволило благодушию возобладать над гневом: фермер занес длань над головой сына, но в последнюю секунду просто толкнул его в затылок. Мистер Джуроу повернулся и вышел, гаркнув:
— Шевелись!
Маша быстро вынула из кармана еще одну плату, уже настоящую, с «личностью» кибера Локи, и протянула ее Георгу:
— Держи! Ты знаешь, что делать. Уговори отца заказать кибера с экраном побольше. И никогда не общайся с ним при папе.
На лице мальчика мгновенно высохли слезы. Он схватил кор-плату и запихнул ее в карман.
— Не выдашь?
— Нет! Спасибо вам, тетенька!
Георг убежал вслед за отцом. Маша развернулась к киберу, задумчиво на него глядя.
— Пожалуй, уничтожу-ка я ту копию с платы, что я сделала для тестирования, — пробормотала она. — Скажу, что фермеры ошиблись. Ненавижу, когда питомцы скучают по своим хозяевам.
… Вернувшись домой, она приготовила нехитрый ужин из овощей, поела, включила вирт-борд и потерла уставшие глаза. Это был ее седьмой запрос за месяц. Отдел молчит, не снисходит до объяснений. Она провела все необходимые тесты, отправила полный отчет, приписав свое личное мнение и рекомендации. Заказчики за киборгами так и не явились — то ли Отдел внял ее предупреждениям, то ли срок заказа истек. Такой киборг, как клон Синклера, стоит от трех миллионов цоло и выше, из-за дороговизны генетического материала — потенциальные покупатели могли и передумать. Маша была уверена, что стоимость Си-два была увеличена еще и за счет того, что на его кор-плату был записан полный образ личности селебрити, созданный им при жизни — так поступают многие кинознаменитости, на случай болезни или другого форс-мажора, чтобы режиссер мог использовать для фильма компьютерную sim-оболочку актера.
Но кто-то же заказал его изготовление! А второй циклон? Ай-каб, «выросший» из возраста игрушки. Пять смен тел, потом отказ «родителей» и отправка на склад. Кому он понадобился? Почему его «разбудили»? С какой целью Мацумото его исследовал?