Дарья Гусина – Внеучебная Практика (страница 5)
— Лучезара? — Ольга задумалась, — Лучезар – Лучезара. Очень красиво. Я спрошу у Леечки..
— Спросите, — улыбнулся Капалов.
— Иван Дмитриевич, а как же Милли? Они с Лейкой с детства не разлей вода.
— Милли мы тоже забираем, если его родители не против. Мальчик давно перерос программу вашей школы. Коловрат у него весьма выдающийся и многое в потенциале. И малышке скучно не будет.
И лишний телохранитель не помешает, подумал Капалов, настраивая выход из ДОМа на улицы Нью-Аркона.
Антона ему удалось найти очень быстро. Парня прооперировали и поместили под аппарат магической подпитки. Врач госпиталя, узнав, что Капалов – бывший куратор группы Олевского, разрешил проведать студента.
В палате пищали приборы, над головой пациента вращалась панель с кристаллами накопителями. Тони спал. Аристократические черты, легкая худоба – не субтильность, но жилистость, ранняя седина на висках, характерная для всех мужчин рода Олевских и, кажется, усилившаяся после сегодняшнего происшествия… «жених», конечно, хорош, но дурак-дураком. Знает ведь, как опасно Олевским разгуливать по темным закоулкам. Его отец, Макар Гаврилович, уже став политиком и обзаведясь армией телохранителей, пережил три покушения.
Капалов вздохнул и выстроил щепотью в воздухе необходимые векторы. Мальчику не обязательно помнить о Лейе, спасся – и слава богу. Начнет еще искать, чтобы отблагодарить, привлечет к девочке ненужное внимание.
Магический вектор лег на линии коловрата, составив воздействие для стирания памяти. Антон вздохнул во сне, но не проснулся. Иван Дмитриевич удовлетворенно кивнул и прикоснулся к руке студента:
— Выздоравливай, Антошка.
Вышел, успокоенный. Полностью полагаясь на свое мастерство, не стал проверять построенный вектор и не увидел, как изменилась траектория воздействия. Оно так и не достигло Антона, всосанное лежащей на прикроватной тумбочке грязной и помятой тряпичной куклой. Из середины оберега, из разреза, сделанного кадавром в машине скорой помощи, торчала пакля. Магия куклы поглотила воздействие, лишь полопалось несколько ниточек в вышитых бровках.
Антон Олевский ничего не забыл.
Глава 4
Из лекции Майи Олевской, декана Факультета Магической Криминалистики, второму курсу АМД:
«Дорогие студиозусы, ребята. Я приветствую всех вас, выбравших специализацию нашего факультета, на моем специальном курсе углубленного изучения реконструкции особо тяжких преступлений.
Очень надеюсь, что выбор этого направления в дальнейшем вас не разочарует. И в самом начале своей вступительной лекции хочу, чтобы вы, ребята, раз и навсегда уяснили: реконструировать можно ЛЮБОЕ прошлое, даже весьма отдаленное, пока след от него сохраняется в темпоральной матрице. Десять, двадцать лет не предел.
Реконструировать можно и особо тяжкие преступления. Можно и нужно. Именно способы магической реконструкции мы с вами в течение двух лет будем изучать на моем спецкурсе. Однако вы должны отдавать себе отчет в том, что восстанавливая ход событий с помощью своей ауры, вы как бы проживаете преступление сами. И как жертва… и как преступник. И именно вам потом с этим жить. Поэтому я даю вам еще одну неделю на обдумывание и пойму, если вы предпочтете другое направление».
Новая Аркона, Гиперборейская Империя, Мир Двоедушников
Выспаться Тони не дали. В восемь утра мобильный на тумбочке разразился трелью, на экране всплыло сообщение. Антон помедлил, не спеша выпускать подушку из страстных объятий. Не иначе как романтически настроенные студиозки опять узнали его номер и с утра пораньше посылают сердечки, поцелуйчики и «хорошего дня, любимый преподаватель». Возле слова «любимый» непременно многозначительный смайл с сердцами вместо глаз.
Антон полежал, вздохнул, разлепил веки и потянулся к смартфону.
...тони, нам нужно поговорить
Марта. Ну что ж, к этому шло.
...давай встретимся за ланчем. я улетаю вечером. хотела расставить все точки
Точки не помешают. Без них как-то… недосказано.
...хорошо. где?
...в нашем кафе у фонтана
...договорились. буду там в полдень
Они не виделись … Антон попытался подсчитать: полигонные испытания, командировка… месяц с лишним?! Марта – девушка терпеливая, но не настолько. Кажется, рейтинг Тони только что снизился до френдзоны.
Зеркало отобразило лицо еще загорелое, но к началу учебного года уже малость подуставшее и потускневшее. Помимо нагрузки в Академии придется снова брать подработки: консультирование и переводы на францёзский. Мама опять будет предлагать помощь – Тони опять будет отказываться, собрав всю волю в кулак. Он – Олевский, а Олевские очень гордые, даже… бедные Олевские. Ничего, Антон справится. Руки-ноги на месте, образование есть, работа – тоже. Дара только больше нет, и все средства добываются потом и кровью, иногда в прямом смысле.
Конечно, небольшое денежное вливание не помешало бы: нужно менять свечи и кристалл в машине. Антон экономит на заправке авто – сам заряжает накопитель в лаборатории Академии, но кристалл настолько изношен, что потянет не больше дюжины зарядок. Конечно, на работу проще добираться на общественном транспорте, но о поездках за город можно будет забыть. Одно радует – Капалов обещал выцыганить у Совета грант на исследования. Если выгорит, за лабораторию и расходные материалы платить больше не придется, а это большая экономия. На разработку проекта уходят все заработки Тони – лишь бы только вкладываемые усилия оправдались.
Телефон ожил вновь во время завтрака.
... антоша, ты не забыл? жду тебя на ужин
... нет, мама, я не забыл. отец будет?
... он уехал на празднование именин князя всеволода
Понятно. Пора бы привыкнуть. Макар Олевский – фигура публичная, застать его дома – задача для младшего сына, не политика и даже не юриста, невыполнимая.
...а влад?
... он тоже. это может быть полезным для карьеры твоего брата. антоша, приезжай, скучаю по тебе. мы не виделись почти месяц. у меня много новостей!
... надеюсь, они не связаны с пополнением в рядах высокородных девиц на выданье
Антон подумал и добавил смеющийся смайлик. Надо же как-то… смягчить.
...тошик, поверь: никаких красоток сегодня!
... а как же ты? ты самая красотистая красотка из всех. найди мне такую, как ты, мам – слова против не скажу
...ты, конечно, льстец, сын мой, но тебе придется понизить планку требований: таких, как я, уже не делают
Следующим в списке тех, кому Тони срочно понадобился в это воскресное утро (они сговорились не дать ему спокойно позавтракать?), оказался Богдан.
— Ты предатель! — взвыл Райяр, увидев через камеру планшета, как Олевский колдует у кофеварки. — У меня соломки… тьфу!... росинки маковой сутки во рту не было, я не спал всю ночь, а ты…
— Как ее зовут? — осведомился Тони, добавляя в кофе сливки и сахар.
— Ее зовут Эврика.
— Странное имя для девушки.
— Это не девушка, это наше с тобой богатое и знаменитое будущее! Думаешь, чем я занимался до самого утра? Я проводил расследование! И утром, в благодарность за немыслимые труды, ко мне явилось вдохновение. Тони, мы открываем агентство магической реконструкции! Ты рад?!
— Приехали, — вздохнул Олевский. — Таких агентств в Новой Арконе как собак нерезаных. Я ничего не имею против собак, но поле деятельности сие благодатной нишей уже давно не является.
— Ха! Ты ничего не понимаешь!
Богдан принялся с горящими глазами описывать свои ночные приключения. Квартиру Райяр снимал над дорогой колбасной лавкой. Магазин внизу доставлял Богдану немало беспокойств. Во-первых, элитные колбасы, непозволительная роскошь для молодого преподавателя на две третьих ставки, благоухали так дивно, что сводили Райяра с ума. Во-вторых, его ежеутренне будили вопли колбасника, из лавки которого таинственным, совершенно непонятным образом каждую ночь пропадало две-три палки очень дорогой «перцовой, по-алемански». В конце концов, Богдан не выдержал и подверг колбасника допросу. На дознании выяснилось, что почтенного Хлодвига Терентьевича регулярно обворовывали. В закрытом на десять замков здании. А в полиции на заслуги торговца не посмотрели, слушать его не захотели, угрожая даже… вы только подумайте!.. вытрезвителем!
— Я, как выдающийся выпускник Академии, коим ты тоже, кстати, являешься, предложил реконструировать вчерашние события. Вектор за вектором, воздействие за воздействием я восстановил цепочку событий… И что же я увидел на темпоральной схеме? Ты сейчас ужаснешься, друг мой! — Райяр таинственно понизил голос. — Тварь черная. Когти взрывают уличную пыль, слюна каплет меж клыков, шерсть угрожающе вздыбливается над…
— Кошка? — уточнил Тони.
— Кот, — Райяр ничуть не смутился. — Здоровенный котище, по две палки «алеманской с перцем» запросто через вентиляцию в коптильне утаскивал. Его маргиналы надрессировали, из брошенного дома у речки. На кота устроили засаду – отловили, пристроили в хорошие руки. Со сквотерами разобрался я.
— Сам? — удивился Олевский.
— Вот. Узри и содрогнись! — Богдан развернулся к камере ухом и с гордостью продемонстрировал сей орган в состоянии распухшем и слегка синеватом. — Схватка в сквоте была неравной. Поэтому нам в нашем агентстве понадобится голем. Возьмем в аренду или купим своего? Знаю одного преподавателя, делает кадавров на заказ. Дорого, но теперь без тени сомнения, — Райяр выразительно потер травмированное ухо, — могу сказать, что без грубой силы в нашем деле – никак.