Дарья Гусина – Ведьмочка в пролёте (страница 17)

— Боюсь, — Серениус побарабанил пальцами по столу, — тебе рано или поздно придется встретиться с отцом, Ада. В настоящее время Громов – глава партии «Великое Возрождение». У него огромное влияние в Министерстве магического образования. Пока он просто попросил, но позже может настоять. И тогда мне придется подчиниться.

— У вас могут быть неприятности? — насторожилась я. — Из-за моего отказа?

Магистр неопределенно пошевелил кустистыми бровями.

— Хорошо, я встречусь с отцом, — пообещала я. — Но денег у него не возьму. Где можно уточнить условия студенческого займа, о котором вы говорили? А еще мне материальную помощь обещали, вот!

— В студенческом профкоме, — сдался ректор, безнадежно махнув рукой. — Но сначала сходи поешь. Я создал временную петлю, чтобы ты не пропустила ланч.

— Спасибо! — обрадовалась я и вылетела в коридор.

Сразу же заметила спешащую в столовую Велемиру. Подруга успела дойти лишь до лестницы. Здесь, в коридоре, прошла всего пара минут, в которые уложился весь наш разговор с ректором, тревожный и заставляющий задуматься.

Глава 10. Вредоносная магия

Глава 10. Вредоносная магия

— Устали? — сочувственно спросил мастер Дебрис.

Молодой человек снял свою мантию, оставшись в джинсах и свитере, и облегченно повел плечами. Тоже, небось, притомился за день, в такой-то тяжелой хламиде.

— Да, — выдохнула я.

Дебрис щелкнул пальцами. Передо мной появилась кружка с какао, блюдце с пирожком и еще одна крохотная тарелочка с микроскопическими зефирками.

— Ой, — обрадовалась я. — Спасибо! А что, так тоже можно было? Магистр Кревий сам для меня за какао ходил.

Прикусила язык. Что-то не по делу я раскудахталась. Еще подумают, что я намекаю на какое-то особое отношение. Дебрис, однако, не повел и бровью, лишь понимающе кивнул:

— Кто их, этих великих, разберет.

— Точно, — облегченно заулыбалась я.

— Вы подготовились к уроку? Прочитали заданное?

— Да.

— Вижу, что вы устали, Ада. Сегодняшнее занятие мы посвятим вашим вопросам. Должно быть, их у вас накопилось немало. Пейте, пейте, пока не остыло. Подумайте пока, о чем хотите меня спросить.

Сам мастер наколдовал себе чашку чая. Естественно, первый мой вопрос сформулировался из недавнего, поставившего меня в тупик опыта:

— Мастер Дебрис, а почему во всех книгах сказано, что темные не могут черпать из теплых потоков и наоборот? Ведь и то, и другое – магия.

— Да, но разная. Знак «минус» и знак «плюс», инь и янь, тяжелое и легкое, лунное и солнечное.

— А если бы нашелся визард, способный пользоваться сразу двумя видами энергии?

Мастер Дебрис встал и прошелся по кабинету. Остановился у окна, позволив полюбоваться своим четким профилем. Необычное лицо, но… грустное: уголки губ словно всегда опущены, даже когда Авар Дебрис шутит.

— Думаю, подобное чудо перевернуло бы магический мир, Ада. И это, — преподаватель вдруг лукаво улыбнулся, — было бы забавно. Сколько копий сломано из-за противоборства двух магий! Столько попыток… бесполезных попыток… разъединить два типа волшебства. И вдруг… Впрочем, появление такого мага вряд ли возможно, он не выжил бы при рождении – два вида магии слишком противоречивы. Еще вопросы?

— Как правильно поить дебордера кровью? Мой Малыш шарахается от одного только запаха.

— Фамильяр должен распробовать угощение. Как только он поймет, что это, дело пойдет на лад. Просто капните несколько капель ему на нос. Если начнутся запоры, замените свиную кровь на куриную. Полнолуние у нас завтра. После первого кормления Малыш должен получать кровь каждый день.

— О! Спасибо за подробную информацию! Еще один вопрос, — я замялась. — Вы говорили, вам нужна няня.

— Да, — преподаватель кивнул. — Говорил. Однако я поразмыслил… На вашем месте, Ада, я бы повременил с поиском работы. Все-таки у вас такая ситуация…

— Моя ситуация – это студенческий кредит! — выпалила я. — Я узнавала в профкоме, одни проценты полгода отрабатывать придется. Хотелось бы уже сейчас начать отдалять дно долговой ямы.

— Нд-а-а, — Дебрис потер пальцами подбородок. — Очень вас понимаю. Сам через это прошел после окончания университета. Должником быть не сахар.

Это, конечно, новость! Родители-старокровки деньги зажали или там гордая, но бедная аристократическая семья в старинном рушащемся замке с протекающей крышей? Уф, воображение заработало!

— Однако проблема тут скорее в ином, — продолжил преподаватель. — Со мной живут двое детей, десяти и восьми лет. Они ярко-выраженные темные маги с сильным даром Глубины. Это весьма… шаловливые дети, а вы недавний несвед. Тут, видите ли, не все няни с магическими дипломами… Скажу откровенно: ни одна няня не продержалась в моем доме больше месяца, вне зависимости от того, насколько хорошие рекомендации они мне предоставили.

— Уверена, что продержусь долго! Шалости? Там, где ваши дети только учатся, я давно преподаю! Но у меня нет рекомендаций. Я работала бебиситтером, то есть няней, в нескольких семьях, но лишь по знакомству. Меня передавали от семьи к семье сарафанным радио. Никто не жаловался… почти. Ну… — я тоже решила быть абсолютно откровенной, — в одной очень обеспеченной семье я надела тарелку с пюре ребенку на голову после того, как мальчик вылил на меня горячий суп. Пюре, в отличие от супа – это было больно, кстати – остыло, пока я уговаривала его поесть… И вообще, ребенку это только на пользу пошло, он выяснил для себя, что можно и сдачи получить. Ведь нельзя же настолько баловать чадо, позволяя ему издеваться над обслугой, правильно? Однако сами понимаете, там у меня… не сложилось.

— Пюре? На голову? — вид у преподавателя, вопреки моему ожиданию, сделался крайне заинтересованным. — Пошло на пользу? Что ж, — мастер Дебрис подумал и кивнул, — раз у вас такой богатый опыт…

— Я люблю детей! — приободрилась я. — Мы были друзьями… почти со всеми! Случай с пюре – исключение.

— Все равно, — молодой человек тяжко вздохнул, — выбора у меня нет: в городе не осталось ни одного агентства по подбору нянь и гувернанток, в котором моя семья не была бы внесена в черный список. Осваивайтесь в Академии, Ада, не будем спешить. Время терпит. Думаю, я познакомлю вас с Минни и Джеймсом после зимних праздников.

Выйдя во двор, я побрела к общежитию. Магистр Дебрис ни разу не упомянул свою жену. Развод или… что похуже? Не мое дело. Самое главное, что я усвоила на первом занятии, – Ада, молчи в тряпочку. Никаких разговоров о зачерпнутой из верхних слоев магии. Я не хочу переворачивать мир. И не надо меня… на опыты. И вообще, я могла ошибиться – я пока полный несвед, в абсолютном смысле этого обидного слова.

… Так прошло несколько дней. Тенет и Крофф по-прежнему меня донимали. На лужайках «отключили» обогрев, а Малыш впервые попробовал крови. Инстинкт сработал – дебордер смирился с новым рационом и, кажется, получал от нового блюда удовольствие. 

Первое время я так уставала, что расстояние от учебных корпусов до общаги казалось мне целым путешествием. Начальная боевая магия, как выяснилось, это не пулянье плазменными шарами, а уроки обыкновенной физры. Авар Дебрис, милая душа (это, вообще-то был сарказм) после первой, особо утомительной пары, на которой наш курс был похож на ожиревших пингвинов, рекомендовал принимать горячие ванны для натруженных мышц. Мне почудилось, при этом он ехидно косился в мою сторону. 

Прошла неделя, стало легче. Может быть, потому что уменьшилась нагрузка: у нас пропадали пары. Магистр Серениус, магистр Кревий и многие преподаватели уехали на какую-то важную образовательную конференцию. Ходили слухи, что на ней собиралась присутствовать придонная ведьма Галада.

Загруженная уроками, я забыла о том, что обещала встретиться с отцом. Вспомнила и опять забыла. Честно говоря, мне очень не хотелось совершать лишние телодвижения. Я жила в своем маленьком мирке, преодолевая трудности и постигая хорошие стороны подобного существования. Меня вкусно кормили, обучали и даже развлекали.

Чаще всего в роли клоунов выступали Арчи и Шан. Потеряв належанные на лужайке места, парни повадились приходить ко мне на традиционный вечерний чай. У меня даже поселился их чайный столик для церемонии. Шан сам колдовал над крошечными чайничками, пиалками и ситечками, не подпуская к церемонии никого, кроме Малыша.

Холодным ноябрьским вечером оба друга (врага, врага, я помню!) притащились ко мне в состоянии осеннего уныния. Они приволокли с собой шахматную доску, вернее, доска, подобно морскому скату взмахивая раскрытыми половинками, влетела за ними в комнату. Фигуры на доске в панике цеплялись друг за друга и жались к середине.

— Живые шахматы! — восхитилась я. — Я такие в фильме видела.

— Умеешь играть? — оживился Тенет.

— Нет.

— Ничего-то ты не умеешь, ребенок.

Я виновато развела руками. Арчибальд был прав.

— У нас депрессия, — уныло сообщил Арчи, расположив свой поджарый зад на диване и закинув ногу на ногу.

— Одна на двоих?

— Я говорю о себе.

— Во множественном числе? Может, все-таки шизофрения? Раздвоение личности?

— Помолчи, ребенок. Нет настроения плести заклятие, лишающее речи языкатых ведьмочек. Оно долгое и энергозатратное.

Перед Тенетом зависла доска. Шахматные фигуры метались по полю, спеша занять свои места. Я зачарованно следила за суетой коней и слонов. Башни-ладьи перекатывались по клеткам на крошечных колесиках, а пешки-офицеры, на которых они наезжали, грозили им алебардами. Короли были похожи на обычных королей с коронами, но ферзи – на магов.