Дарья Гущина – Забытые-2: Тишина взаймы (страница 4)

– Гробницы древних, – она поёжилась.

– Мы не всегда горели, как дрова, – я откинулась на спинку кресла. – До Забытых мы жили долго – очень долго. А чем дольше живёшь – тем больше силы. Мама рассказывала, в древних искрах её скапливалось столько, что тела умерших не истлевали веками. Что и через двести-триста лет мёртвые искрящие в гробницах казались спящими. Недавно и мирно уснувшими, – и решительно тряхнула головой. – Они не могли пройти мимо такой кладовой. Особенно если среди создателей Забытых была искра.

– Хочешь проверить? – Снежна снова поёжилась. – Но ведь со времён Забытых прошли века. Тела могли истлеть.

– Но не все, – возразила я. – И если именно там появился Зной… Я пойму. Следы такого ритуала можно стереть лишь одним способом.

– Тогда в гробнице вообще ничего не останется, – пишущая нахмурилась. – Но что это даст?

– Поймём, замешана ли искра, – встрял Зим. – Из вашей ли крови создан Зной. Или… нет. Или из чего-то ещё. И как-то… иначе.

– Точно, – я кивнула. – Войти в наши гробницы сможет только искра. Как и найти их через память крови. Что говорят ваши сказки, Снежна: сколько пишущих пропало без вести, прежде чем появился весенний Потоп?

По напряжённому лицу Снежны стало понятно, что она – да все они, пишущие – никогда об этом не думали. По лицу Травны – тоже.

– А наши говорят, что мало, – пояснила я. – А Забытые откуда-то взялись. Очень советую вам навестить свои гробницы. И безлетных – тоже. Так мы поймём, где исток. Мы ли это, старая кровь, – дух или тело. Или всё-таки не мы. Или не во всём мы. Их было четверо, как и народов старой крови, – и мы решили, что Забытых создали из нашей силы. И именно поэтому они так в ней нуждались, каждый в своей, для поддержания жизни… или по иным причинам. И охотились за ней. Но так ли это – на самом деле?

– Кому-то придётся сходить в пределы Забытых, – Снежна поморщилась. – Все гробницы остались там, да так далеко… Рискнёшь? Даже если до них не решался доходить никто прежде?

– Само собой, – кивнула я. – Чего и вам советую. Итак? Ваши сказки и предположения? Откуда Забытые взялись? И куда пропали?

Травна быстро что-то выкопала в свежих записях и протянула Зиму несколько потрёпанных листов. Тот взял, пробежал взглядом по тексту и сухо зачитал:

– Старая кровь была создана, чтобы вобрать в себя разрушительную силу Шамира. Чтобы стужи и потопы не истребляли год от года новую жизнь. Но нас не так много, как надо. Сырой силы у Шамира через край. И он начал создавать ветвь новой крови – людей с холодной кровью и своей силой, чтобы справляться с разрушительными необычностями вроде той же голодной стаи, – и от себя добавил: – Но что-то пошло не так.

– Когда дело касается людей, всё идёт не так, – я посмотрела на Травну: – То есть вы считаете, что Забытые – дело рук Шамира? Он сотворил – и он же убрал?

Говорящая протянула мне новую записку: «Мы считали. До недавнего времени, пока не заметили признаки новых Забытых. После той катастрофы появились знающие – та самая необходимая ему ветвь новой крови с волшебством. Но Шамир и сам слишком сильно пострадал. Вряд ли он затеял бы новых Забытых. Незачем. И опасно».

– Либо это не новые появляются, а старые. Либо всё-таки Шамир создал, а кто-то понял, как, и теперь повторяет… – задумчиво пробормотала я.

– …либо изначально не он. И даже первого знающего создал тоже не Шамир, – негромко добавила Снежна. – А кто-то из нас, из старой и новой крови, кому захотелось… перемен.

– И великих дел, – мрачно поддакнула я, вспоминая «старост» Заречного. И откровения пишущего о «найти применение своей странной силе». – То есть вы полагаете, что Шамир вообще ни при чём?

…но ведь он считает себя виноватым – потому что допустил? Позволил свершиться непоправимому?

– Как и вы, мы не уверены, – покачала головой Снежна. – Но одно знаем точно: Шамиру не нужны катастрофы. Он с таким трудом пристроил свою сырую силу к старой крови, а потом решился на создание знающих… Он хочет жить и давать жизнь другим, а не истреблять её. Заметь, Осна, он всему живому даёт возможность существовать – и паразиты тому примером. Ведь проще уничтожить неудавшийся народ – и на его месте, с учётом ошибок, создать новый, улучшенный. А Шамир вместо этого придумывает, как помочь, – и доверяет паразитов вам. И не создаёт ему замены, хотя мог бы. Он оставляет за народом право жить таким, каким он получился, закрепляет за ним место под своим солнцем. Шамир бы не стал создавать Забытых. Разрушать и отнимать жизнь – против его природы.

– И даже знающие – это тоже попытка сохранить жизнь, – согласилась я. – Не столько создание нового, сколько сохранение старого. Да, ты права.

– Ты тоже, – пишущая опять поёжилась. – Надо изучить гробницы. Надо понять, откуда взялась сила для Забытых. Я скажу своим. Когда ты пойдёшь в пределы?

– Не раньше, чем закончу дела в Обжитых землях и не проверю кое-что, – я покосилась на пса, но тот делал вид, что дремал, положив косматую голову на передние лапы.

Нет, безлетные пока ничего не скажут. Хотя они, как истинные знающие, наверняка знают. А может быть… и нет. Уже – нет. Может, и их коснулись потаённые запреты и «островки». И не зря они передали право называться знающими другому народу.

Да и в этом теле – как пёс расскажет?

Однако и в человечьем облике кое-кто остался.

Перед моими глазами встало лицо Добры – служанки в том доме, где я нашла душу искры. Однозначно безлетная. Она поняла, что я её распознала. И ждёт ли – для разговора?.. Или уже снялась с насиженного места – после звездопада-то? Сама найдёт меня в своё время?..

Повисла тишина.

Травна вновь разлила всем чай. Я наконец доела остывшие оладышки, но больше чтобы отвлечься от тяжёлого разговора. Снежна угрюмо и задумчиво смотрела то на молчаливого пса, то на записи Травны. А Зим поёрзал-поёрзал, словно что-то не давало ему покоя, поискрил…

– А если старая кровь мешала Забытым? – высказался знающий. – Если они не питались вашей силой, а вы просто им мешали? Были препятствием? Могли бы помешать, если бы собрались?

И я сразу вспомнила слова спасённой в Ярмарочном души искры.

«Чем мешает пчелиный улей под крышей дома? – спросила Св е тла. – Лишь тем, что он есть. А его там быть не должно».

…потому что он опасен, да, звучало между строк. А заодно мог быть и пережитком прошлого.

– Зим, – Снежна посмотрела на бывшего ученика и мягко, и одновременно строго. – Ты полагаешь, что мы сами до этого не додумались? И этот вариант мы тоже рассматривали.

– Ну… – знающий смутился. – Тогда… напоминаю.

– В самом деле, Осна, – пишущая перевела взгляд с Зима на меня, потом на Травну. – Ваши варианты истребления Забытыми старой крови?..

– В нас очень много силы, – я сжала чашку. – Очень много. Мы используем едва ли треть своих способностей и ресурсов. Мы всё-таки думаем, что Забытые охотились за силой. Сначала – чтобы стать ещё сильнее. И ещё. А потом они просто не смогли остановиться. Сейчас, – я снова зачем-то посмотрела на пса, – мы знаем, что способны дать отпор. Но для этого нам пришлось пройти через истребление. Тогда, – и я перевела взгляд на Снежну, – мы этого не знали. Никто из нас не использовал силу для разрушения. Никто даже не рассматривал её использование в таком ключе. Если мы и мешали… то как пережиток прошлого. Занимали место задуманного нового народа.

Травна часто-часто закивала, соглашаясь.

– Поддерживаю, – кивнула и Снежна. – Опять же, Шамир никогда не уничтожал созданное, даже вроде бы неудавшихся паразитов. Зачем-то Забытым понадобилась бездна силы. А волшебных необычностей для подпитки не так уж много. Или, да, потом они просто не смогли остановиться, потеряв разум от переизбытка силы.

– Зачем… – Зим снова заёрзал. – А не могли ли Забытые в конце концов… самоуничтожиться? Лопнуть от… переедания?

– Искры горят, как дрова? – я хмыкнула. – Да, мы самоуничтожаемся, если перебираем с силой – если используем её больше положенного по возрасту и опыту. Но все Забытые были людьми – хладнокровными. И опыта, и возраста в них было наверняка немного, но вот силы… Нет, вряд ли, Зим. Они бы лопнули задолго до своего активного появления.

– А точно людьми? – знающий заинтересованно поднял брови.

– Мы потому-то и поняли, что людьми – потому что наши законы у них не работали, – пояснила Снежна, глотнув чаю. – И мы точно знаем, что и говорить, и писать они умели без ограничений.

– Правда? – для меня это стало неприятным открытием. Я об этом не знала. Мы считали Забытых людьми по одному лишь признаку: да, они не сгорали от использования сложных чар, требующих бездны силы, как мы. Или я до кое-каких глубинных знаний не доросла. – Откуда?

Травна кивнула, скрылась в доме и сразу же вернулась с тонкой папкой. Бережно смахнув с неё пыль и развязав тесёмки, говорящая протянула мне открытую папку. Зим немедленно придвинулся ко мне вместе с креслом.

Я осторожно перебрала старые страницы – пожелтевшие, мятые. Легенды прошлого – такие, какими их смогли передать уцелевшие говорящие. И Забытые – такие, какими их запомнили. У говорящих тоже были свои чары-вестники, и те, кто видел Забытых, успевал отправить своим кое-какие наблюдения, замечания и домыслы. Путаные, полные страха, прощальные. Но владеющая силой говорящих Буря действительно говорила без проблем, запинок и ограничений.