Дарья Грэй – Ориола (страница 3)

Он обнял её за плечи и прошептал:

– Всё будет хорошо, я обещаю.

И Ориола почувствовала, как напряжение покидает её тело. Теперь она была уверена: этот день пройдёт идеально.

– Я Кирилл, а это мои друзья Сергей и Дима.

– К нам приехал сам – Чёрная борода, – засмеялась Ксения и подмигнула Кириллу.

Дима, высокий стройный блондин, небрежно помахал рукой девчонкам.

Сергей, толстый увалень в очках, при взгляде на девчонок покрывался розовыми пятнами.

Компания дружно перезнакомилась между собой, и все пошли на пикник к реке.

То ли от избытка чувств, то ли от радости Ориола быстро вскарабкалась на придорожное дерево. Коричневый брючный костюм позволял ей ловко перебираться по стволу. Голубые глаза горели. Невысокого роста, она быстро пробиралась сквозь ветки к вершине. Душа её пела и смеялась, кудрявые длинные волосы развивались на ветру.

Казалось сейчас она начнет прыгать с ветки на ветку, с дерева на дерево.

Все дружно смеялись, махали ей рукой. Кто-то даже сфотографировал, но не остановились, а продолжали идти к реке. Из её компании больше никто не последовал её примеру, на дерево не полез.

– Совсем одна. И зачем меня только понесло опять на дерево? – думала раздражённо Ориола.

Она сердилась на себя за свои действия, на свою глупость. Ей почему-то стало стыдно перед друзьями и знакомыми. Она слезла с дерева и догнала шумную группу. Молча плелась среди своих друзей и чужих людей, ни с кем не разговаривала и вообще оказалась скучной спутницей в этой компании.

Ориола чувствовала, как ей тесно, не хватает пространства, полета. Не виновата она, что родилась человеком, а не птицей. А ей хотелось делиться своим состоянием радости, чтобы и другие могли ощутить этот полет души или погружение в глубину своего сердца.

Глава 3

Подруги: Ксения, Ориола и Марина вместе с парнями приближались к речке. Друзья остановились на берегу живописной реки. По её берегу деревья клонились к воде, словно стараясь коснуться зеркальной поверхности своими зелёными ветвями. Их отражения в воде напоминали причудливые рисунки, которые природа создаёт при помощи лёгкого ветерка. Солнечные лучи играли на воде, создавая блестящие искры, а в воздухе витал сладковатый запах цветущих трав.

Ксения, сидя на пледе, смотрела вдаль и задумчиво сказала:

– Знаете, я всегда думала, что река – это такая романтичная вещь. Вот сколько раз ходишь к ней, столько раз она бывает разной.

Ксения – девушка своеобразная. Она знала, что за свой весёлый нрав она нравится мужчинам. И к тому же она была недурна собой: короткая стрижка, глубокие чёрные глаза, сексуальные ямочки на щеках. Всё это использовалось для привлечения мужчин.

– Романтичная? Ты про ту, где утки на том берегу вообще не стесняются крякать как будто они на конкурсе певцов? – воскликнула Марина.

– Да, утки – это как трудные сослуживцы на рабочей конференции. Кричат, ни о чем толковом не говорят, но всё-таки привлекают внимание, – засмеялся Дима, менеджер по развитию бизнеса. Он снял спортивный костюм PUMA, оставаясь в темно-синих плавках, с одного бока которых светло-голубые полосы с зелеными и черными штрихами.

– Почему-то я ощущаю, что утки среди нас интеллигентнее? –хихикнула Ориола.

Все уставились на неё. Положение спас Сергей:

– Ну, главное – не называть их «гусарами», иначе они точно обидятся, – серьезно сказал он.

– А гусары – это же не утки? Это мужчины в форме? –хохоча и сбивая всех с толку, говорит Ксения.

–Да, но мы именно говорим о том, что гусары точно не будут крякать! –смеется Марина.

– Но это потому, что они предпочитают кричать: «Гусары, вперед!» – выдвигая руку, как будто она на взлете, – шутит Кирилл.

– И да, начнется битва за последний кусок шашлыка! – кричит Сережа, поднимая воображаемый меч. Сережа и Дима работают вместе, слегка конкурируя.

Ксения хохочет:

– Всё, я на стороне уток!

–Я тоже! Лучше крякать, чем умирать от голода! – сетует Марина.

– В таком случае, нам стоит выпустить свою утиную природу и начать откровенно крякать! – в шутку смеётся Дима.

– А если мы начнем крякать, мы точно привлечем внимание! Может, даже утки к нам подтянутся. – гогочет Кирилл.

– Супер! У нас будет команда – «Крякин и компания»! – восторженно заявила Марина.

– О, мы можем еще и конкурс сделать – кто лучше крякнет, тот и выигрывает мороженое! – воскликнула Ксения.

– И вам уже не нужна конкуренция. Утки выиграют с разницей в сто баллов! – подал голос Дима.

– Река может стать нашей ареной, и пусть народ смотрит на наш «Кряк-фест»! – подмигивает Кирилл.

– Нет, мы лучше сделаем «Прыг-фест»! – кричит Сергей. – Пойдемте на тарзанку.

С криком и визгом Ксении парни и девушка бросились бежать к тарзанке.

Сергей на ходу крикнул:

– Девчонки, вы остаётесь? Готовьте стол-пикник.

У костра остались две девушки: Ориола и Марина.

Пламя костра создавало уютную атмосферу, наполняя сердце Ориолы спокойствием и гармонией. Время от времени она подбрасывала ветки, чтобы огонь разгорелся ярче, даря ещё больше тепла и света.

Сквозь дымку костер разгорался, излучая теплое свечение. Яркие языки пламени вели свой танец. Тепло костра окутывало, обнимало своей мягкой аурой, и кажется, что вся суета дня осталась где-то далеко. Запахи будили воспоминания. И Ориола погрузилась в детство. Вспомнила бабушку Александру, её нежные руки изящно гладили по волосам Ориолы, – и это символ заботы и тепла. Вспоминая, как бабушка шила плотные одеяла и пекла пироги, она ощутила, будто нежное прикосновение её рук снова обнимает девушку.

Каждое движение бабушки было наполнено особым смыслом: готовка пирогов, произнесение молитв, просто объятие – всё это словно оживало в её руках. Ориола вспомнила, как бабушка рассказывала ей сказки, а затем улыбалась, точно озаряя звёздное небо. Эти нежные руки словно уносили её в детство, как ветер уносит осенние листья. Мир вокруг словно померк, оставив лишь образ бабушки Александры. И Ориола почувствовала, как память о ней всегда согревает её сердце.

Глава 4

В далёкой стране, где солнце светит ярче, а небо глубже, в одном маленьком городке, где дома были покрыты красной черепицей, а улицы устилали гладкие булыжники, жила девочка по имени Ориола. Ей было всего семь лет. Её город назывался Солнцево, что под Москвой.

Рано утром, когда солнечные лучи касались её глаз, она просыпалась. Сладко потягиваясь в постельке, Ориола махала ручкой и кричала:

– Здравствуй, солнышко! Здравствуй, бабушка! Я проснулась!

Она медленно спускала ноги с кровати, словно ещё досматривая сны, и искала тапочки на полу. Просунув ножки в мягкие голубые тапочки, бежала в ванную умываться.

Её любимая мохнатая белая кошка Снежинка уже ждала Ориолу на кухне. Ароматы оладушек кружили Снежинке голову. Её усы слегка шевелились под мягкой лапкой кошки, она умывалась. Как говорила бабушка: «Загребает гостей к нам». К столу подбегала румяная девочка в рыжих кудряшках, с зелёными глазами и маленькой родинкой на щёчке возле правого уголка рта. В этот момент она была так похожа на свою куклу Лизу.

К её лицу тянулась усатая мордочка кошки, и они тёрлись носиками друг о друга, словно говоря:

–Мы сохраним свои секреты.

Бабушка Александра с любовью гладила внучку и кошку. От бабушки всегда вкусно пахло. Правда, в последнее время добавился аромат каких-то пахучих лекарств. Ориола привыкла к ним и не замечала, а вот Снежинка, мурлыкая, тёрлась о ногу бабушки.

Внучка с нетерпением ждала, когда бабушка подаст тарелку с золотистыми оладьями. Они были хрустящими снаружи и мягкими внутри, а их поверхность сверкала, словно солнце, проникающее через окно. Бабушка всегда говорила, что оладьи – это волшебство, и в этот миг девочка ощущала, как это волшебство наполняет её сердце радостью.

Когда бабушка Александра поставила перед ней тарелку, Ориола не могла сдержать улыбку и даже облизнула губы. Она схватила ложку и щедро полила оладьи сгущённым молоком, которое стекало по бокам, как река, омывающая берега. Девочка почувствовала волнение, когда первая ложка сгущёнки вот-вот окажется на языке.

Как только она откусила кусочек, у неё запрыгали глаза от удовольствия. Оладьи таяли во рту, сладкое сгущенное молоко добавляло этому моменту ещё больше нежности, и каждый укус вызывал в ней радость, как будто внутри маленького сердца лился поток веселья и тепла. Она мысленно нарисовала радугу, представляя, как на каждом цвете скатывается, словно с горки.

Ориола представляла, что каждый оладушек – это маленькое облачко смеха, которое она ловит руками, когда ест. Она замерла на мгновение, закрыв глаза, ловя все чувства, проникающие в её маленькую душу. В этот момент она была не просто девочкой за столом, а настоящей принцессой в стране блаженства.

Неожиданно девочка, подумала о том, как хорошо будет угостить этим лакомством своих друзей. Она позвала бабушку и с восторгом рассказала ей о своём плане – в следующий раз они вместе испекут оладьи и пригласят детей с детской площадки.

Бабушка, смеясь, согласилась, и, как будто на сказочной ноте, их дом наполнился светом, радостью и смехом. Вкус оладий со сгущённым молоком стал для Ориолы не просто завтраком, а ожиданием настоящего чуда, началом новых дружеских моментов и незабываемых воспоминаний.

Кошка Снежинка поддерживала идею о гостях, ведь она не просто так сегодня загребала за ушком.