Дарья Грач – Нью-Девенпорт 2107 (страница 21)

–Стэфилд прав, мы могли погибнуть и…

–Но не погибли,– Раст перебил меня, сохраняя в своем голосе позитивные нотки. Он пожал плечами, поерзал на стуле,-Может быть потому, что я фартовый парень,– он заметил, как я изогнула бровь и добавил,– Или благодаря одной талантливой девчонке… талантливой и меткой.

В его словах не было никакой двусмысленности, простой комплимент, обычно от подобных у других девушек могли бы, как говорится, таять сердца, вот только тон голоса детектива, немного фривольный даже заигрывающий, никак не вязался с его темным внимательным взглядом, настолько холодным и острым, что жутко хотелось сбить его всем, что может попасться под руку.

–Что ж, за такие комплименты положен бонус.

Я постаралась поддержать дружественную и шутливую атмосферу, даже натянула улыбку и живо отправилась к кухне. Оставила кружку в раковине, которую так и не выпускала до того из рук, затем вернулась к аптечным закромам

–Сейчас ты меня полюбишь.

–Не сказать, что этот вечер вынуждал меня чувствовать к тебе что-то негативное…

Искренне улыбнувшись, я выудила из контейнера криопакет и вручила его детективу, предварительно хрустнув содержимым. Парень с удовольствием приложился к холодному мешку травмированной частью лица и даже выдавил тихий стон, прикрывая глаза.

–Ммм… Определенно, теперь я тебя обожаю. И чтобы я без тебя делал?

–Сидел бы сейчас в очереди в Госпитале, надеясь, что тобой займутся хотя бы к рассвету.

Я не преувеличивала. Проходя практику в госпиталях, мне удавалось работать и в отделении травматологии, и я прекрасно знаю, какого попасть туда ночью. Если твои раны не смертельны или же у тебя в кармане не завялились лишние деньги – даже не надейся на быструю помощь.

Мне выпало время на перерыв, пока вещества, введенные в кровь Декарта, не подействуют. Я отошла к кухонным шкафчикам, открыла один, достала оттуда мой схрон сигарет, благо, всегда держу запас для подобных случаев.

Но прикурив первую сигарету, заметила, как пристально исподлобья на меня смотрит Декарт. Мне даже показалось, что я заметила движение его кадыка при большом глотке слюны. Признаюсь, мне стало его жаль. И, видимо, поэтому я подошла вновь к гостю и протянула ему сигарету, а под его носом поставила пепельницу. Тот трепетно ухватился за фильтр свободной рукой, благодарно кивнув.

–Где ты потеряла ногу?

Детектив выпустил перед собой облако дыма, расслабленно опуская плечи и на сей раз даже не смотря в мою сторону, всем своим видом и тоном демонстрируя, на сколько обычным казался бы его вопрос, будто бы он затронул тему погоды.

–О! Тебе, наверное, достаточно хорошо известно то место, называется «не твое дело»,– отойдя обратно в сторону, я облокотилась о край столешницы кухни и закурила, при этом старалась выглядеть все так же расслабленно, даже тон голоса нисколько не поменялся.

–Понял,– Декарт кивнул,– Не подумал бы, что ты оказывается такая ранимая девочка.

–А я бы не подумала, что ты такой остолоп, хотя…– я снова улыбнулась, окидывая парня взглядом с ног до головы,– Стоило бы догадаться.

–Вот сейчас обидно было,– Декарт наигранно скривил губы и отвернулся, обоими локтями опускаясь на барную стойку, – И это ты мне говоришь вместо спасибо за то, что тебе жизнь спас?

–Вообще-то, мы квиты…– сперва я безразлично пожала плечами, однако, тут же возникшие в памяти события вечера заставили задуматься. Мое бездыханное тело действительно бы сейчас валялось на узенькой полочке в морге, если бы не Раст. И не важно, что было после, не важно почему я отправилась ему на помощь, рискуя нарваться на пулю. Быть может тому причина как раз в чувстве долга и некой обязанности отплатить спасителю той же монетой, суть была не в этом.

Он первый принял решение, по результату которого я сейчас нахожусь в родных стенах, дышу, существую.

Мои зубы сжались, брови невольно сошлись на переносице, а зачатки шутливой атмосферы развеялись в пух и прах. Я медленно подошла ближе и рухнула на соседский стул. Каким бы негодяем я не считала Декарта, остатки совести не позволяли промолчать и забыть о начатом разговоре.

–Если серьезно, то…– я кашлянула, прочищая иссохшее горло,– В общем, спасибо. Правда.

Отвлекаясь на последнюю затяжку сигареты и после отправив ее в пепельницу, я подняла взгляд на детектива. Тот пусть и выглядел действительно жалко, все еще прижимая криопакет к синяку над глазом, но смотрел все так же внимательно, в упор, а затем вдруг резко поменялся в лице, весело ухмыльнулся, так же вдавливая сигарету в дно пепельницы.

–Я уж готов был поверить, что у судмедиков совсем сердца нет.

–Тебе напомнить кто у кого в гостях?– я важно скрестила руки на груди.

–Ладно, ладно, извини,– парень в знак примирения приподнял свободную ладонь над головой,– Знаю, я иногда перегибаю палку. Хотя я не виноват в том, что у кого-то совсем нет чувства юмора…

Он нарвался на мой суровый взгляд и по-дурацки хохотнул, но тут же его лицо исказилось от гримасы боли, а свободной рукой детектив машинально коснулся огромного синяка в области ребер.

Не торопясь я обошла Раста, останавливаясь позади него, машинально сложила руки на его спине, и почувствовала, как парень едва вздрогнул от холодного касания. Дальше вновь сработал тумблер профессионализма, я отдавала сухие приказы, как Расту нагнуться вперед или распрямиться, поднимать или опускать руки, дышать или замереть, спрашивала, когда боль усиливалась, а когда отпускала, одновременно прощупывая больные участки на боках Декарта. Вердикт был весьма позитивным.

–Переломов вроде нет, но советую завтра сходить в госпиталь, просветить рентгеном, подозреваю, что есть трещины в паре ребер.

–Да, мэм.

По его ответу я поняла, что мои слова были проигнорированы. Сделав глубокий вдох, я вернулась к аптечке, где стала натягивать нитриловые перчатки и готовить изогнутую иглу с медицинской леской. Уже, было, открыла рот, чтобы предупредить о последствиях такого пренебрежительного отношения, об опасности сломать ребро от малейшего удара, проткнуть осколками легкие и захлебнуться собственной кровью, вот только в конце передумала. Декарт, как мне думалось, и сам все прекрасно понимал. И в конце концов, с чего бы мне так переживать о его жизни?

–Ну что, есть ощущение, что залпом выпил «ЛонгАйленд»?

Вооружившись всем необходимым, я остановилась рядом с парнем у его раненой руки. Декарт уже несколько минут сидел в более расслабленной позе, его плечи были низко опущены, руки сложены на столе, головой то и дело он кивал вперед – верный признак, что коктейль с обезболивающим подействовал. Однако, вопреки ожиданиям, Раст не стал еще более болтлив, напротив, он с суровым выражением лица старался не упускать меня из виду и не отвлекаться, хотя в последнем ему стала мешать Алиса, отважившись познакомиться с гостем поближе. Кошка терлась о ноги Декарта, привставала на задних лапах и тянулась выше, стараясь обнюхать детектива.

–«ЛонгАйленд» был выпит еще минут пять назад, сейчас уже пошел чистый виски.

–Отлично. А боль?– я избегала взгляда в сторону Раста, благо, было на что отвлечься, раскладывала на салфетке инструменты.

Декарт медленно распрямил спину, чуть повернулся в одну сторону, затем в другую, даже оживился.

–Хм… заметно легче.

–Спасибо можешь не говорить,– не дав Расту времени даже ответить, я протянула ему ремешок от жгута, настырно всунув тому в руки,– Но все же, если нет денег на дантиста, советую поберечь зубы. Будет неприятно.

Декарт в ответ брезгливо скривил уголок губ и отрицательно мотнул головой, мол, это все лишнее.

Пожав плечами, я приблизилась к его руке и как следует сбрызнула на место раны раствором хлоргексидина. Из горла Раста тут же вырвался короткий хрип, мышцы на руке мгновенно окаменели. А далее за все то время, пока я накладывала швы, детектив больше не издал ни звука, он отвернул голову, шумно сопел, уставившись в одну точку на полу, даже в какой-то момент отвлекся на кошку, погладив ту по шерстке свободной рукой. В конце, когда я завязала последние узлы и отошла наконец-то в сторону, снимая перчатки, Раст сделал глубокий вдох, запрокидывая голову назад.

–Ммм… да уж, Харпер, на таких эмоциональных качелях меня даже бывшая не катала.

Я прыснула, не сдерживая широкой улыбки. Раст, судя по всему, был рад такой реакции и продолжил еще громче.

–Серьезно! То любить себя заставляешь, то ненавидеть,– он опустил взгляд на ровно зашитую рану, машинально подвигал больной рукой,– Ну вот снова уже целовать хочется, и все это меньше чем за час! Как это вообще вытерпеть?!– с напускным возмущением он уставился на меня, но морщины в уголках его глаз выдавали шутливое настроение. Видимо, при виде моей улыбки, он махнул рукой на всякие представления и хохотнул.

На секунду я даже забыла о том, кто такой Раст на самом деле. Мы улыбались и вели себя как давние знакомые, не ощущая никакой неловкости, позабыв о том, что пришлось пережить. Но тот короткий уютный момент испортил Декарт, как мне показалось, даже сам о том жалея. Веселая улыбка очень быстро исчезла с его лица в моменте, когда он неотрывно наблюдал за тем, как я убираю все лишнее со стола.

–Спасибо тебе.

–Не стоит…

–Не только за это,– он дернул раненым плечом, и этот жест вынудил меня остановиться, выпрямиться, все еще удерживая увесистую аптечку в руках.