Дарья Дятлова – Невеста по вызову (страница 4)
Через два часа квартира блестела, как новенькая! Как будто здесь и не проживал парень по имени Стас. Сполоснувшись в душе, просто падаю на диван…да, вот, что с женщиной делает злость. Убрать всю квартиру за два часа!? Это нонсенс…обычно это растягивается на полдня с перерывами на просмотр любимой передачи и пролистыванием семейного альбома, когда дело дойдет до полки, на которой он стоит.
Проверяю телефон, сообщений нет…может собеседование отменяется? Ну тогда можно телевизор посмотреть, куда торопиться, еще раннее утро…
– Ты что еще спишь? Время девять часов, – поднеся телефон к уху, услышала голос Насти. – Ты же через час должна уже быть на Волжанской 34. Але!
– Хосподи, напугала…на какой Волжанской?
– Ты что сообщение не читала, я тебе геолокацию скинула, тебя на собеседование ждут.
Подрываюсь с дивана, как будто меня пчела укусила.
– Блин, я заснула после утренней генералки, – на ходу разговаривая несусь в ванную. – Спасибо, что разбудила, подруга, все отключаюсь, мне надо собираться, пока.
Вообще мы женщины, конечно же, капуши, но, когда нам надо быстро, мы за полчаса можем такой марафет на фейс навести, что окружающие подумают, что я только с салона вышла.
Пять минут душ, волосы уже мыть некогда, поэтому скручиваю его в строгую шишку, выпустив при этом несколько прядей за ушком. Деловой макияж, духи на запястье и на мочки ушей…быстро в спальню…деловая двойка у меня всегда готовая висит, юбка-карандаш черного цвета и светло-бирюзовая блузка с бантом впереди и длинным рукавом с рюшами, это моя счастливая…туфли на десятисантиметровой шпильке и вот она я, встречайте!
Смотрю на часы, Боданина, да ты, наверное, побила мировой рекорд…двадцать шесть минут…молодец. Так…ключи от машины, телефон, кейс с документами и посидеть на посошок.
Завожу машину, включаю тугис и мчусь навстречу своей работе…
– Ксения Боданина, верно? – я находилась в святая святых – в здании коллегии адвокатов, где мне на десять часов было назначено собеседование. – Проходите, присаживайтесь. Нам вас рекомендовали, как грамотного, молодого специалиста. Вы, наверное, понимаете, что чтобы работать в хорошей адвокатской конторе, нужно сначала как-то зарекомендовать себя…годик поработать ну например, помощником адвоката…или как в нашем случае государственным адвокатом. Если хорошо себя зарекомендуете, соответственно коллегия адвокатов даст вам рекомендации и поможет с приличным трудоустройством.
– Да, да, я в курсе, – меня принял сам Шагалов, очень известная личность в юридических кругах, сейчас занимающий пост главы коллегии адвокатов. – Я согласна.
– Девочка моя, я должен предупредить вас, что по работе вам придется очень часто бывать в местах, не столь отдалённых…а там сами понимаете какой контингент, да вы еще такая писанная красавица, что мне непременно нужно предупредить вас об этом.
– Но там же все охраняется, насколько я представляю себе это заведение, – что-то от его предостережения мне стало как-то не по себе.
– Конечно, конечно…там охрана, конвоиры, с этим вам, конечно, бояться нечего…но все-таки будьте осторожны.
– Хорошо, спасибо.
– Зарплата у вас будет пятьдесят тысяч…это, конечно, по адвокатским меркам немного, но с чего-то вам же надо начинать, правда?
– Да, надо.
– Вот и хорошо, зарплату вам будет выдавать гильдия, – он поднялся, давая понять этим самым, что разговор подошел к концу. – Завтра с утра, с восьми ноль-ноль я буду ждать вас, а сейчас можете пройти в ваш кабинет, он правда маленький, но все же кабинет.
Мы вышли из кабинета и вошли в следующий. Здесь обстановка была более чем скромной и простой…но меня устраивало, я же сюда не отдыхать пришла.
– Вот на столе три дела, эти граждане запросили ваши услуги, можете остаться и изучить…– уходит с кабинета и оставляет меня одну.
… Урра!!! Я теперь рабочий человек!!!
Глава 7
На железной двери закрывается засов…лязг железа такой сильный, что становится немного жутковато. Я впервые в тюрьме, но насколько мне объяснили, разговаривать с осуждённым я буду в допросной. А тут явно чей-то кабинет…обстановка ближе к спартанской, но и не тюремная камера, это однозначно. У правой стены стоял довольно-таки элитный диван, с несколькими цветными подушками, напротив массивный стол с хорошим кожаным креслом…ну, в общем, обстановка, располагающая к конструктивному разговору. Подхожу к столу, раскладываю документы и сажусь в кресло…удобное. Ручка скатывается со стола и падает на пол, нагибаюсь и слышу, как отодвигается засов, и конвойный говорит.
– Осуждённый Никонов, – и опять лязг засова.
Распрямляюсь в кресле, кладу злополучную ручку на стол и поднимаю глаза на доставленного.
– А где Мариночка? – заявляет нагло он, осматривая меня.
– Какая Мариночка? Присаживайтесь, – заглядываю в дело. – Никонов Гордей Петрович. Слушаю вас, по какому поводу вы запросили адвоката?
Говорю, а сама разглядываю его, красивый чертяка, очень красивый. На фото он почти лысый, а тут шевелюра уже хорошо отросла, из-под густой, лежащей набок, чёлки на меня, не мигая, смотрели красивые серые глаза, опушенные густыми черными ресницами, красиво-очерченный рот, с пухлой нижней губой, нагло улыбался, от чего на щеках были видны ямочки.
– А тебя что не ввели в курс дела, куколка? – пружинисто поднимается и, быстро обойдя стол, просто выдергивает меня из кресла. – Сейчас покажу для чего я вызывал адвоката.
Поднимает меня за талию и опускает попкой на край стола, и тут же начинает целовать, терзать мой рот своими губами. Девоочкии, как он целуется!? Меня за двадцать пять лет еще ни разу не целовали с таакой страстью! Брутальный, сексуальный, как грех, еще и божественно целуется…это что-то…
– Ты просто бомба!!! – и этот нахал снова начинает искушать меня своими поцелуями.
У меня просто рвет крышу от его сексуальности и наглости, от его рук и губ, которые шарят по моему телу и дарят такое наслаждение, что я даже не могу по роже его наглой залепить…мое тело меня не слушается. Я смотрю на себя как бы со стороны, просто понимаю краем сознания, что моя юбка-карандаш уже задрана до талии, блузка расстегнута до пупка и груди выставлены, как на показ, а эта красивая скотина уже раскатывает резинку по своей дубине…и только когда он, закинув мои ноги себе на талию, входит в меня на всю свою не маленькую длину, я как будто отмираю и залепляю ему наконец-то такую затрещину, что самой становится больно руке, которой эта затрещина была нанесена.
– Вы что вытворяете? Ах…я вообще-то ваш адвокат…мм…а не уличная девка…– но этот хам даже и не думает останавливаться, одной рукой поймал мою руку и завёл за спину, прижав к столу, а рот просто запечатал поцелуем.
– Ух какая злая кошечка тут у нас, – в перерывах между поцелуями рычал парень, не переставая работать бёдрами. – Тихо, девочка, тихо…я не причиню тебе боли, просто твою кисоньку потараню маленько…мм…какая ты охуенная, какая сладкая, тихо, просто расслабься и получай…мм…
Я и получала удовольствие…столько, что хотелось кричать и плакать одновременно, но так нельзя…ах…с первым встречным-поперечным…я не такая…но как же хорошо, черт возьми, как же сладко…что со мной вытворяет этот гаденыш…ааа…
Когда мне уже казалось, что я не выдержу, взорвусь от удовольствия, парень подхватывает меня под попу и вместе со мной идет к дивану, садится на него, а я оказываюсь на коленях.
– Бляха…какие спелые дыньки, – начинает посасывать, полизывать соски…я сейчас с ума сойду блаженства…Боданина, ты ли это…– Понравилось, да? Вот так моя девочка, да, да…давай, смотри как он тебя хочет, попрыгай на нем, порадуй парня.
Взяв меня за талию своими ручищами, начинает приподнимать и снова опускать на «своего пацана»…это что-то нереальное, заоблачное…я сейчас просто сдохну…а-а…сделав еще два-три движения, мы кончаем практически одновременно…мощно…феерично…прижимаюсь к его груди, потому что сидеть ровно просто нету сил, как будто все выкачали…твою ж дивизию…это что сейчас было, а? И тут на меня такая ярость накатывает, просто сметающая все на своем пути…неуклюже пытаюсь встать с колен осужденного Никонова.
– Эт-то вы что себе здесь позволяете, а? Да вы у меня сейчас под суд пойдёте за изнасилование должностного лица при исполнении…– чувствую понесло меня. – Скотина, сволочь, гад…да я…я...
– Эй, девочка, потише, никто никого здесь не насиловал…все, кажется, было по обоюдному…или нет? – чувствую краснеют не только уши, но и шея и лицо горят уже ярким пламенем.
– Я вам ещё раз повторяю, я адвокат и вести себя со мной надо, как с адвокатом.
– Но Мариночка…я думал…мне сказали…
– Быстро одевайтесь, и чтобы я вас здесь не видела через пять минут…иначе я за себя не отвечаю…
– Извините, ладно? – парень начал, не торопясь приводить себя в порядок, при этом не мигая рассматривая меня сквозь чёлку, упавшую ему на глаза. – Вообще меня понять можно…таких красивых адвокатов быть не должно, таких куколок сюда посылают…где ж нам озабоченным удержаться…
– Молчите…просто молчите, – и, как всегда, у меня бывает после всплеска злости я начинаю плакать, гребанный характер. – Кто вам позволил так обращаться с девушкой? Неужели все
человеческое в вас умерло…это же преступление…это же хамство…
Слезы уже просто лились из глаз и капали на шелковую блузку, оставляя на ней мокрые пятна. Наконец я не выдержала, закрыла лицо руками и просто тупо разрыдалась, чёртов характер…У меня было такое ощущение, как будто меня облили помоями, искупали в унитазе, захотелось срочно все это смыть с себя, отодрать вместе с кожей…неужели же мой внешний вид располагает к такому отношению?!