Дарья Дятлова – Босс, выбираю своего малыша (страница 2)
Снова зашли люди, кабина поползла теперь уже вверх, а я всё стоял, прижавшись к поручням на задней стенке и не мог понять, что мне теперь делать…
Я отец? Да ну на…И что мне прикажете делать с этой новостью? Искать Наталью не иду, мне надо всё обдумать и точно узнать всё, потом я уже буду думать, что с этим делать…
Но мысли- сцуки всё возвращались и возвращались к этой девушке…
Всё же было у нас хорошо: отношения, секс…полное понимание, полное поклонение друг другу…я просто тащился от неё…в кои-то веки решил начать серьёзные отношения, может и женился бы на ней.
У меня было только одно условие, только одно! Я хочу жить только для неё и для себя! Ну зачем нам дети? За-чем? Будем свободными от этих воплей, от этих соплей и памперсов…
Ну чё, я не прав?
И ведь Наталья согласилась на это условие, никогда не возмущалась, молчала на мои излияния по этому поводу…а потом, вернувшись после недельной командировки за рубеж, я просто не нашёл её ни дома, ни в офисе…просто испарилась, только маленькая записка на моём столе…
« Прости, Антон, но я так больше не хочу…прощай.»
В смысле не хочу?
Сначала психанул и пустился во все тяжкие – друзья, кабаки, эскорт-девочки…, но потом начал скучать.
Когда приходишь домой, а там пусто, вокруг всё мертво, не видно моей ласковой девочки, порхающей по квартире, вечно напевающей себе под нос весёлую песенку.
На кухне таракан повесился, а в холодильнике засох кусочек лимона…
А когда ляжешь в пустую постель, сразу вспоминается её мягкое, роскошное тело, тугая круглая попочка, вечно во сне прижимающаяся к моему паху…где ты, Наташ…ну что ты, вернись домой!
Искал её долго, как в воду канула…квартиру свою однокомнатную в аренду сдала…у меня такое ощущение создалось, что Ромашова Наташа просто исчезла с лица земли…а сейчас вижу – нет, жива и здорова, и довольно-таки упитана, а сиськи так просто налились, как спелые дыньки.
Надо как-то узнать кого родила и в какой палате лежит…а как это сделать…мне на пальцах что ли её внешность объяснять…
Фу, дубина, а фотографии на что? В компе полно наших снимков, ведь мы жили вместе не один год…
Не еду даже по делам, сразу домой…к чёрту дела, когда Наташка нашлась. Вытряхиваю из рамки нашу фотку, стоящую на комоде в спальне… это мы на Мальдивах…ох классно отдохнули – жаркое солнце, жаркий пляж и знойная красотка рядом…
От воспоминаний член встал колуном, вот что теперь делать? Не передёргивать же? После неё все девки какие-то тусклые, неинтересные…только её хочу…а этого ребёнка куда девать…подожди ты, сначала точно узнать надо, может проведывать кого-то приходила, да же?
Ну-ну…проведывать в шёлковом халатике…своём блядском…
– Мирон…, – звоню своему водиле, он сегодня мне все уши прожужжал, что роддом – это не страшно, и что у него одноклассница там работает. – Мне нужно про роженицу одну узнать, сможешь знакомую свою подключить?
– Ну…, смогу, наверное, фамилию, имя нужно.
– Это Наталья Сергеевна наша, ты же помнишь моего личного помощника? – тишина на том конце, то ли вспоминает, то ли прибавляет два плюс два. – Только всё строго, между нами.
– Шеф, я могила! – ну на Мирона я и правда могу положиться, не раз он это доказывал.
– Я утром тебе фото дам, покажешь девушке, – дожился, то девки за мной бегали, а тут я сам теперь бегаю за своей беглянкой…может она замужем уже. – Она, возможно, фамилию сменила.
Мысль о муже что-то сильно всколыхнуло в груди…нет, моя Наташка не может вот так выйти замуж, а как же я? Верну её в свою жизнь, а ребёнок…ну что ребёнок? Ну не съест же он меня в конце-то концов? Потерплю уже как-нибудь ради любимой женщины…
Глава 3
– Шеф, всё подтвердилось, – через час Мирон уже докладывал мне информацию. – Свешина Наталья, родила вчера девочку, вес три сто пятьдесят, рост пятьдесят один сантиметр. Третий этаж, палата тридцать вторая. Ещё указания будут?
– Спасибо, Мирон, нет, пока всё…, – всё-таки родила… – А нет, подожди…мне нужно точно знать в какой день выпишут и в какое время.
Ну что, опять в роддом? Я туда уже как на работу хожу.
Ровно в десять поднимаю руку, чтобы постучать в палату номер тридцать два.
– А вы к кому? – раздаётся сзади молодой женский голос.
– К Наташе…, – фамилия из головы напрочь вылетела, в бумажнике бумажка лежит, но не полезу же я сейчас за ней.
– А, вы уже с командировки вернулись? – как болванчик головой киваю. – А Натка сказала, что муж не успеет приехать к выписке.
И открыв дверь, произнесла сокровенную фразу, услышав которую, я понял, что хочу, чтобы именно так всё и было.
– Наташ, муж твой приехал, – захожу за нею в палату и среди толпы рожениц вырываю напуганный взгляд. – А ты говорила не успеет.
Дальше немая сцена…Наташа сидела на кровати и прижимала к себе кулёк с младенцем. Увидев меня, она прижала его к себе так, как будто я пришёл его забрать.
– Привет, любимая, – не хочу при людях устраивать сцен, да и она, кажется, тоже. – Как ты?
Три пары любопытных глаз уставились на нас, не мигая. Вообще у людей чувства такта отсутствует.
А я даже не замечаю этого, не могу оторвать взгляда от своей беглянки – немного поправилась, округлившись там, где нужно. Волосы водопадом спадают по спине до самой кровати, перехваченные на голове яркой косынкой. А грудь, к которой сейчас присосалось это чудо…ище, стала такой аппетитной, что мне тоже захотелось к Наташке на ручки и прижаться к этому пиршеству.
– П-привет…, – сообразив, что я пялюсь на её грудь, быстро прячет это сокровище в недрах халата, встаёт и кладёт свою ношу в стеклянную люльку, стоящую у окна. – Ира, присмотришь за малышкой? Мы в столовую сходим.
– Конечно, будь спокойна, – взяв меня под руку и чмокнув в щёчку, ведёт в сторону двери. Расслабляюсь, мне и уговаривать не пришлось её, ну как от такого красавчика можно отказаться!
– Наташ, я так скучал по тебе…а куда ты идёшь, лифт там, – показываю в противоположную сторону, удивляясь куда она меня так быстро тащит.
– А лестница вон там, – голос строгий…тут что-то не то.
Стоило нам только выйти на лестничную площадку и спуститься на пролёт ниже, как меня резко развернули и я уставился в разъярённые глаза.
– Зачем ты пришёл сюда? Что, наверное, ещё кто-то от тебя родил? – блять, какая она красивая, когда злится. – Вот и иди туда, а нас оставь в покое, ты нам не нужен, понял.
Так обидно мне почему-то стало от этих слов…что я монстр какой-то? Смотрю на её пухлый ротик, выговаривающий мне все эти колкости, и перестаю сдерживаться, катись оно всё к чертям собачим…хватаю за плечи, прижимаю к себе и впиваюсь наконец-то в, до боли желанные, уста…
Девушка немного сопротивляется, но потом сдаётся и, обхватив руками за плечи, запускает руки в мою шевелюру…знает, как мне нравится…плавлюсь от поцелуя, крепко прижимаю к стене, чтобы почувствовала всю мощь моего желания…сладкая, страстная кошечка…вот она кто…
– Савицкий…ты что охренел? Это роддом…, – отпихнув меня, прижимает дрожащую ладонь к губам. – Кобелина, тебе вообще никакой разницы нет, где свои потребности утешить.
– Я просто соскучился очень…ты так неожиданно исчезла…почему? – хочу, чтобы глаза в глаза мне это сказала. – Залетела и сбежала, да?
– Ты уже сам всё понял…объяснять ничего не буду, – разворачивается и начинает подниматься по лестнице.
– Наташ…я люблю тебя…, – занесённая нога повисает в воздухе на долю секунды и движение вперёд продолжается. – Я хочу, чтобы ты ко мне вернулась…
Разворачивается на верхней ступеньке, глаза полны решимости и боли…сколько в них боли…
– Я теперь не одна, как ты, наверное, Антон, уже заметил… у меня ребёнок, а ты детей терпеть не можешь.
– Ну и ладно, как-нибудь вытерплю…, – от этого слова её лицо изменилось, в глазах появилась решимость. – Ради тебя.
– Не надо ничего терпеть, тем более ради меня. Иди домой, Антон, и больше к нам не приходи и не ищи нас…моей малышке не нужен отец, который будет её просто терпеть…и при любой детской шалости или оплошности выговаривать ей и показывать своё недовольство. Чем иметь такого папашу, лучше жить без него. Так что не принимаем мы тебя в свою семью, ты уж не обижайся…прощай!
Стою, как помоями облитый…это что меня сейчас не впустили в их семью? Меня? Антона Савицкого? Да ладно…противненько на душе стало…
– А может я изменился? – пытаюсь вернуть её.
– Ты? Изменился? Скорее ад застынет…ты зашёл в палату и даже не обратил внимание на дочку…ты никогда не изменишься…никогда…езжай…
Ушла, а я ощутил такую пустоту в душе, как будто на месте сердца осталась зияющая рана…права Наташка…права…я даже в сторону ребёнка не посмотрел… Надо над собой поработать. Если хочу с ней жить, а я этого очень хочу, то надо научиться хотя бы в её присутствии не морщиться, смотря на ребёнка…
Глава 4
– Наталья, пойдём погуляем в коридоре, спокойно на диванчике посидим, да и малышам свежий воздух не помешает, – все соседки по палате ушли прогуляться, катя перед собой прозрачные детские манежи.
– Ой, Ириш, что-то не хочется, – звонили девчонки, Олеся с Алёнкой, должны сейчас прийти. – Я фильм по телефону смотрю. Хочешь малышей оставь, я присмотрю.
– Да нет, вместе пойдём, к нам тоже посетители сейчас приедут.
Палата опустела, взяла дочку к себе на кровать, обняла и прикрыла глаза. Маленькая моя девочка…люблю тебя больше жизни, и всё сделаю для твоего счастья, а папка…ну он просто не понимает…а может никогда и не поймёт…