Дарья Донцова – Ночная жизнь моей свекрови (страница 6)

– Я понервничал немного, разорвал бумаги, но Яков это заслужил! Мерзавец!

Максим сел напротив Олега:

– Мы чего-то не знаем? Где вы понервничали?

– В клинике у Баринова, – без особой охоты признался Вайнштейн. – Как увидел его, сразу все понял и потерял самообладание. Все их махинации стали видны как на ладони. Ничего, пусть в суд на меня подаст, там и побеседует с моими адвокатами.

– Что вас возмутило? – спросила я.

Олег вытащил из кармана сигарету и затянулся. Я удивилась: странно, бизнесмен ведь не щелкал зажигалкой, каким образом зажег сигарету?

– Извините, у нас в офисе запрещено курить, – произнес Макс, – это решение общего собрания коллектива. Даже я, хозяин, был вынужден ему подчиниться. Правда, лично мне это на пользу пошло, бросил, чего и вам советую.

Вайнштейн вытянул руку:

– Это электронное устройство, имитирующее сигарету.

– Правда? – удивилась я. – Удивительно похоже на настоящую!

Олег снова затянулся.

– Но не пахнет?

Я повела носом:

– Абсолютно! Моему нюху позавидует любая собака, но даже я не ощущаю ни малейшего запаха.

Бизнесмен вновь поднес ко рту сигарету.

– Это пар. Электронный фокус придумали японцы. В руководстве сказано, что пользователь быстро отвыкнет от настоящего табака. Я не поверил. С двенадцати лет дымил, думал, ничто меня от курева не отучит. Всякие никотиновые пластыри, жвачки, глупость невероятная. Но Павел, мой секретарь, приволок вот это и буквально насильно заставил меня попробовать. Неделю пыхчу и даже не вспоминаю про реальные сигареты. Будет Янке сюрприз. Она пока не знает, что я завязал с курением, – объяснил бизнесмен.

– Электронная соска, отличная вещь, но давайте вернемся к клинике Баринова, – предложил Макс, – насколько я понял, вы устроили там скандал.

– Ну, это сильно сказано, – возразил Вайнштейн, – так, сбросил на пол всякую мелочь. Историю болезни Янки в клочья изорвал, пар выпустил, потом к вам поехал.

– Хотите, чтобы мы за вас подрались с Бариновым? – фыркнула я. – Стенка на стенку?

– Именно так! – неожиданно согласился Олег.

– Вам лучше обратиться в общество боксеров, – абсолютно серьезно посоветовал Макс.

Лицо Олега вытянулось.

– Что вас так сильно разозлило? – быстро поинтересовалась я. – С чем вы хотите разобраться?

Вайнштейн слегка расслабился:

– Сегодня утром, около девяти, я ехал в офис и застрял в пробке напротив кафе…

Лента машин не двигалась, и Олег от скуки начал разглядывать пейзаж за окном. Через пару секунд увидел за столиком харчевни весело беседующую троицу – двух мужчин и молодую женщину. Вайнштейн их узнал. Это были Игорь Родионов, Елизавета и совершенно здоровый Сергей.

– Вы не ошиблись? – усомнился Макс. – Может, парень просто был на него похож?

Вайнштейн с шумом выдохнул:

– Нет, у меня фотографическая память. Этот талант, с одной стороны, мне помогает, с другой – мешает. Сергея я забыть не мог. Немного странно увидеть, как воскресший труп поглощает кофе и весело хохочет. Не находите?

– Может, его вылечили? – промямлила я.

– Не пори чушь, – отмахнулся Олег. – Я вспомнил, как был у них дома, и вдруг понял: меня развели. Трубка! Ну почему я раньше не допер! Ясно? Сергей был подключен к дыхательному аппарату. Ну? Ну! Вы такие же идиоты, как и я?

Макс растерялся, я вначале тоже не поняла, что имеет в виду Олег, но потом сообразила:

– Во время беседы Сергей на ваших глазах сам вынул трубку?

– Ядрена матрена! Да! – подтвердил бизнесмен.

– А потом вернул ее на место? – засмеялась я. – Да он фокусник!

Поскольку Макс продолжал с недоумением смотреть на Вайнштейна, я пришла супругу на помощь:

– Не знаю, как по-научному называется дыхательная трубка, но собственноручно вытащить ее непросто, а уж назад вставить и вовсе нереально, манипуляцию производит медперсонал, не каждая сестра справится с этой процедурой. Если Сергей сам выдернул приспособление, а потом вернул назад – значит, он обманщик. В цирке выступают шпагоглотатели, некоторые из них являются мошенниками со спецреквизитом, изображают, что вводят лезвие в пищевод, а на самом деле полоска стали убирается в рукоятку. Думаю, та дыхательная трубка – родная сестра «смертельного кинжала».

Олег похлопал меня по плечу:

– Молодец! Так вот, я решил пойти в кафе и уличить подонков. Приказал шоферу парковаться, тот проехал чуть вперед, нашел место. Я побежал в забегаловку и обнаружил там пустой столик, ушли, гады, пока водила джип у тротуара пристраивал. Официант сказал, что впервые их видел. Трактир дешевый, стоит неподалеку от метро, постоянных клиентов нет, туда многие забегают выпить кофе перед работой.

– Угу, – кивнул Макс, – надеюсь, вы не ринулись к Сергею домой?

– Конечно, бросился, – вздохнула я, – отменил все дела и помчался.

– А вы бы удержались? – взвился Вайнштейн. – Да, я кинулся в чертовы трущобы! Нашел там бабку, полубезумную! Еле-еле с ней объяснился!

– Она небось сдает жилплощадь, – предположил Макс, – и вы, переполнившись здоровым и совершенно справедливым негодованием, на реактивной метле погнали в клинику к Баринову и устроили ему последний день Помпеи?

Олег положил ногу на ногу, стало видно, что у него короткие и совершенно не подходящие ни к светлым брюкам, ни к красной рубашке носки синего цвета.

– Я по дороге наступил на горло эмоциям и вполне вежливо спросил у Якова: «Думаешь, тебе разводилово с рук сойдет? Урою на фиг».

– Действительно, очень интеллигентное заявление, – согласился Макс, – и какой ответ вы получили?

Вайнштейн прищурился:

– Он выкручиваться начал! Дескать, у Янки необычное течение болезни! Понес лабуду, словами заумными жонглировал, думал, я не пойму и отстану. Но не на таковского нарвался! Я его чисто конкретно спросил: «Ты с Родионовым в доле?»

– Предполагаю, Яков полностью отрицал свое знакомство с Игорем, – вставила я.

Олег вытащил из кармана шелковый платок и вытер вспотевший лоб.

– Угадала. Гад сделал круглые глаза и давай брехать. Никаких апробаций лекарств у них не проводили, Яна больна. Позвонил на ресепшен, велел бумаги принести, начал пальцем в ее историю болезни тыкать! Ну я и психанул! Смел все с его стола на пол! Телефон разбил, настольную лампу кокнул! Изодрал Янкины документы в клочья!

– Вот последнее вы сделали зря, – укорил Макс.

– Да они там лажу понаписали! – возмутился Олег. – Я всю их механику понял. Выбирают богатых клиентов и начинают дурилово! Подсовывают фальшивые результаты, пишут страшный диагноз, а потом подстраивают якобы случайную встречу с Родионовым, который выбивает бабло за место в группе испытуемых. Если Янка была так больна, почему она не померла?

– Вылечилась с помощью нового средства, – ответила я.

– Ага, – скривился Олег, – а Сергей туда-сюда трубкой орудовал. Они мошенники, я хочу их наказать! Прилюдно! Отдать под суд! Мне нужен шум, пресса, телевидение! Конечно, можно Баринова, как крысу, в темном переулке придавить, но не тот кайф. Пусть докторишка в камере посидит, под шконками[3] полежит, суда больше года прождет и на зону в столыпине[4] отчалит. Я твердо уверен: Яков гад ползучий.

– А вдруг он говорил правду? – спросила я. – Вероятно, Яна действительно болела.

– Она здоровее многих, – заявил Олег, – молодая, красивая, платье для свадьбы покупает. Мы ждем ребенка!

Мы с Максом переглянулись.

– То-то и оно, – с радостью кивнул Вайнштейн, – если баба смогла забеременеть, то она в полном порядке.

– Спорное мнение, – вздохнула я.

– Вы совершенно уверены в причастности Баринова к афере? – поинтересовался Максим. – Вполне вероятно, что Родионов действовал автономно.

– Ну уж нет! – вскипел бизнесмен. – Он меня в гараже поджидал! Чего-то не пойму, вы что, защищаете Баринова?

– Нет, – быстро ответила я. – Хотим докопаться до правды, поэтому выдвигаем разные версии.

Вайнштейн присвистнул:

– Ладно, вот вам убойный аргумент. Представьте: я начал громить вот эту комнату, покидал на пол книги, стекла побил. Как вы на это отреагируете?