Дарья Демидова – Станция Озерки (страница 41)
***
На утро Марк с Кириллом перерыли весь архив Озерковского отдела милиции, но дело о пожаре на Озерной двадцать два так и не нашли. Тогда они отправились к дому Ивана, который на всякий случай выдал им ключи.
Уже на месте они поняли, что скорее всего вокруг осталось мало тех, кто жил здесь в те годы. Дома активно скупались дачниками.
Марк, выйдя из машины, потянулся и зажмурился на летнее горячее солнце, а Кирилл, нацепив солнцезащитные очки, огляделся. В такой зной никого не было на улице, только с пляжа доносились визги детей.
— Если вы с проверкой, то вот перекапываю, товарищ майор.
Марк обернулся на голос и засмеялся, увидев наркобаронессу Зинаиду Никичну, перекапывающую участок, на котором снова разрослась конопля.
— А что раньше не перекопали? Почти неделя прошла, — усмехнулся он и оперся на ее ворота.
— Да, Колька, тьфу! Спину сорвал! Доски какие-то тягал в контейнеры. Ходит, прости господи, как инвалид! Пошел вон в больницу, авось какие уколы назначат. А я чего? Перекопаю заразу потихоньку, полегоньку. Зато Лидка, потаскуха, жаловаться капитану больше не будет.
— А вы Зинаида Никитишна, давно тут живете? — спросил Кирилл.
— Тю! Где уродилася, там и помру! — отвечала старушка, не отвлекаясь от работы.
— Отлично! — улыбнулся Марк, — То есть помирать не надо. Но вы, наверное, помните, кто жил тут до Ершова.
— Семья какая-то долго снимала. Четверо у них детишек было. Невоспитанные, жуть!
— Да нет, я не о том. До нынешнего хозяина тут жили Примаковы. Вы их помните? — с нетерпением спросил Марк.
— Помню, — кивнула Зинаида Никитична. — Макар с Анфисой жили. Дочка у них была Татьяна. Непутевая девка! В подоле принесла. Так и жила с родителями.
— А кто у нее был?
— Мальчик. Как зовут не вспомню, — она остановилась, опершись на черенок лопаты и задумалась. — Нет, не помню. Сгорели они все, кроме мальчонки. Тот выскочить успел. Старшая дочка его к себе забрала, Машка. В Колосово жила с мужем-алкашней.
— А что милиция говорила? Какая причина пожара? — спросил Кирилл.
— Да вроде несчастный случай — не то проводка, не то Макар папиросу не затушил. Не удивлюсь — выпить любитель был и дымил как тот паровоз!
— Понятно. Так неизвестно было, от кого Татьяна родила? — осторожно спросил Кирилл.
— Так откуда? Кто знает, где она там шлялась? Сама никому не говорила, даже родителям, иначе Анфиска за рога этого козла бы домой притащила, да жениться заставила. Такую девку попортил!
— А женихи-то у нее были?
— А как же! Вот Васька Кривозубый сватался, мед им с пасеки возил. А она стоит, губы поджала мол спасибо конечно, мед возьму, но с тобой жить не пойду.
— А сыну ее тогда сколько было?
— Да малой совсем, но бегал уже. Эх, завидный жених Васька был! Может, если б она за ним пошла, то жива была бы, да парнишка сиротой не остался бы, — покачала головой женщина и снова воткнула лопату в сухую землю.
— Да, может быть, — кивнул Кирилл. — А никто к ней приходил из неместных?
— Откуда же я знаю? Я за ними не следила. Своих делов невпроворот.
— Понятно, — сказал Марк. — А может ей кто зла желал? Злословил?
— Тьфу, вы городские, молодые! Это деревня! Тут из развлечений один кинотеатр был и тот закрыли! Конечно все друг другу кости перемывали. Так что же теперь на всех внимания обращать? Это так жизни никакой не будет, — философски заметила Зинаида Никична. — А чего поймали маньяка-то?
— Все уже про него знают, да? — усмехнулся Марк.
— Деревня, — напомнила женщина и хитро прищурилась, ожидая ответа.
— Тайна следствия, — заявил Марк и развел руками. — А вы не напрягайтесь особо. Три дня вам даю, потом приду проверю.
— Тю! Хоть завтра приходите, товарищ майор!
Марк криво усмехнулся и кивнул Кириллу. Они отошли от забора и огляделись. Домов на Озерной улице было предостаточно. Может кто и вспомнит, кто мог иметь зуб на Татьяну Примакову, потому что они были уверены, что она была одной из любовниц Бельского.
Глава 21
Пол дня прошли почти бессмысленно. Те соседи, кто помнил пожар говорили плюс-минус тоже самое, что Зинаида Никитична. Не сходились только причины пожара. Кто утверждал, что проводка замкнула, кто-то, что виной трагедии стала непотушенная сигарета, но были и те, кто утверждал, что дом подожгли. Многие сходились на том, милиция так и не смогла точно определить причины пожара.
Устав от изнуряющей жары, друзья решили доехать до Озерковского отдела милиции, где в этот момент находился Иван. Им было что обсудить. И вот теперь устроившись в кабинете, они попивали холодную газировку и ждали Ворона, которому принесли очередное заявление о краже газонокосилки.
Естественно, они не могли обойтись без того, чтобы подколоть друга, чем вызвали бурную реакцию Ворона, который обратил весь свой гнев на бедных человечков.
— Что теперь будем делать? — спросил Марк, погрустневшего Кирилла.
— Искать. Что мы еще можем? Его фото тут на каждом столбе. Будем надеяться, что его кто-то видел.
— Ага, — Марк кивнул на стопку документов. — Судя по всему его видели на каждом углу и каждая собака. Особенно интересно, что его видели в одно и тоже время в трёх разных деревнях в трех разных комплектах одежды.
— Люди взволнованы, вот и видят то, чего нет, — философски заметил Кирилл. — Перестраховываются.
В дверь постучали, но она сразу же открылась и в проем заглянула патлатая голова местного орнитолога, которого они как-то раз до смерти напугали.
— О! Какие люди! Орнитолог, заходи! — почему-то обрадовался Марк.
— Здрасьте, — сконфуженно кивнул мужчина и встал у двери, переминаясь с ноги на ногу. — А мы знакомы?
— Наслышаны, — ответил Кирилл и строго посмотрел на Марка. — Проходите, присаживайтесь. Как вас зовут?
— Гришин, моя фамилия. Михаил Гришин.
— Михаил, и что же вас сюда привело? — полюбопытствовал Марк. — Тоже видели Примакова?
— Да нет...
— Газонокосилку украли?
— Нет, с чего вы...
— Извините, у майора Голицына сегодня хорошее настроение, — Кирилл снова посмотрел на Марка осуждающе. — Так что у вас случилось?
— У меня ничего. Но я знаю, вы ищите маньяка... — Гришин взял карандаш и начал нервно крутить его в длинных пальцах. — Я не знаю, может вам это поможет... Просили обращаться, если видели что-то необычное...
— Вы не волнуйтесь, Гришин, — ободряюще улыбнулся Кирилл. — Вы говорите, а мы уж решим важно это для поимки преступника или нет. В любом случае, вы молодец, что хотите помочь.
— Да-да, конечно, — оживился орнитолог. — В общем я иногда хожу ночью в лес. У меня камеры с ночным режимом. Я сычей фотографирую, неясытей. Ой, а как у нас поют ночью соловьи и камышовки!
— Интересно. И что, вы что-то видели ночью в лесу, кроме птиц? — осторожно перебил его Кирилл.
— Не совсем видел, — замялся Гришин. — Я знаете, за годы работы привык двигаться по лесу бесшумно... Вот. А когда птиц слушаю, так устроюсь где-нибудь на мху, или на пенечке... О чем это я? Так вот! Этой ночью уселся тоже на пенечке и сижу камышовок слушаю. И вдруг совсем рядом слышу — голоса внезапно появились. Откуда они там взялись — понятия не имею. Если бы они через лес шли, то я бы их услышал раньше.
— Во сколько это было? — тут же подобрался Кирилл.
— Часа в четыре утра, — почесал затылок Гришин.
— Так, продолжайте! — с нетерпением попросил Кирилл.
— Вот сижу я значит на пенёчке, и тут голоса появляются. Два голоса. Оба мужских. Один такой с хрипотцой, а второй такой... никакой что ли...
— Бесцветный и безэмоциональный? — уточнил Марк.
— Точно! А я все думал, как объяснить! Точно такой, — улыбнулся орнитолог.
— О чем они говорили? — спросил Кирилл.
— Ну тот, что бесцветный спрашивает: «Чего звал?». Хриплый отвечает: «Хотел удостовериться, что ты никому ничего не ляпнул». Бесцветный ему говорит: «Я-то не ляпнул, но ляпну. Не ожидал, что ты тут такое устроил. Хотя догадывался». Второй ему: «Ну-ну, иди к этим демонам, расскажи все. Они же тебя первым и сожрут». Бесцветный отвечает: «А если не сожрут? Они кажутся нормальными». Хриплый: «Нормальными? Да ты сдурел?! Мы с тобой ненормальные и никогда ими не были. Думали одни такие, а видишь, как выходит. Что они с нами сделают? Разорвут на части! Так что сиди тише воды, ниже травы и не высовывайся, авось отстанут!». Бесцветный ему: «А я завтра уезжаю. Но тебя они все равно будут искать». Тот ему: «Пусть ищут. Долго искать будут». И все, и тишина.
— Вас они не заметили? — нахмурился Кирилл.