Дарья Демидова – Мемуары попаданца. Том 1 (страница 12)

Та же ерунда.

— Марти, задница жирная! Идем быстро!

Кошак оторвался от добычи и пристально посмотрел на меня. Я, конечно, рисковал, ведь моя милая полосатая зверушка могла в любой момент превратиться в гигантского зубастого монстра. Но он, на удивление, только довольно облизнулся и направился в ту сторону, в которую нам было надо. Будто мысли мои прочел. Или прочел?

***

— Знаешь, а мне здесь нравится. Тишина, природа, птички вон поют! Ляпота! — мечтательно пропел Рися.

Я его восторгов пока не разделял. Была моя очередь тащить связанные ветки с тяжелеными шкурами на них. Долго с этим провозились. Я ель рубил. Весь искололся, Рися волков свежевал — весь испачкался в крови. Выглядел как мясник из ужастиков, но с задачей справился. Мне оставалось только удивляться, сколько же у друга скрытых талантов.

Моя задача состояла в том, чтобы скрепить между собой пушистые еловые ветки и надежно уложить на них шкуры. Тут я справился, значит все-таки годен на что-то еще, кроме того, как разводить панику.

Мы отправились в город, который, согласно книге, лежал километров на десять южнее места нашего приземления в этот мир. По нашим прикидкам, к вечеру должны были добраться. Решили, что тянуть своеобразную ношу будем по очереди. Оно и верно. Шкуры тяжёлые, да и тащить ветки по высокой траве то еще удовольствие. Хорошо, что додумался сделать из верёвки подобие лямок, так что тянули, как лошади тянут плуг.

Солнце палило тут просто нещадно. Пот заливал глаза, а иногда просто темнело перед взором. Нам приходилось часто останавливаться, чтобы сделать по глотку воды, которая к полудню уже нагрелась и сделалась жутко противной на вкус.

А вот Марти было хорошо. Он скакал по траве, как козел, иногда выныривая, обозначая свое присутствие. На мышей охотился, судя по всему, ну и пускай. Правда, один раз он превратился в полосатого монстра и ускакал в чащу. Вернулся, неся в зубах кролика, которого сожрал за две секунды.

Очередной привал устроили в редкой посадке, мимо которой шла утоптанная сельская дорога. На ней виднелись застывшие следы подков и копыт поменьше, а еще бороздки от колес. Рися посмотрел на это дело, походил туда-сюда и решил, что дорогой пользуются редко. С чего он это взял, не знаю, но поверил на слово. Зато дорога была описана в книге, так что мы уже не сомневались, что сюжет и есть наш гайд для чайников.

И вот сейчас мы шли по дороге — точнее, Рися шел по дороге, Марти шарился на поле, а я тащил ношу на обочине, там, где трава. Чтобы не пачкать шкуры пылью.

— Долго еще, как ты думаешь? — спросил я.

— Да нет, наверное. О! Сейчас и спросим! — друг радостно кивнул вперед.

Навстречу нам ехала телега, запряженная одной лошадью. На ней сидел щуплый на вид мужичок лет пятидесяти в просторной рубахе и широких штанах, на голове соломенная шляпа. Рися отступил ко мне и махнул местному.

— Добро вам, молодняк! — звучно крикнул незнакомец, осадив лошадь.

— И вам добро! — улыбнулся Рися. — Мы тут не местные. Не подскажете, правильно ли в город идем? Хотим вон шкуры продать.

Мужичок глянул на серый мех, одобрительно покачал головой, и посмотрел на солнце. Вытянув руку перед собой, он прищурил один глаз и выдал:

— Через один палец будете, уж близко совсем.

— Интересно, палец это сколько в километрах? — шепнул Рися мне, а мужику уже громко: — Спасибо. А правда ли что на рынке шкуры можно продать?

— Я почем знаю? Я из Верховодицы.

— А это тоже город?

— Тьфу! Дяревня это, дяревня! — местный подстегнул кобылу и отправился дальше.

— Дяревня, значит, — передразнил Рися.

— Если это не условное средневековье, а нечто более древнее, то мы влипли, — скривился я.

— Скоро узнаем. Может мы просто попали в глухомань по местным меркам.

Я пожал плечами. Да, скоро узнаем.

И узнали. Минут через двадцать были на месте. Город оказался большой деревней, стоящей на холме. Дорога спускалась к реке, которая подковой текла вокруг городища, и переходила в деревянный мост. На лугах паслась привычная нам живность типа коз и коров, хотя и отличия имелись, и совсем уж непривычная... Сине-зеленые рогатые не то буйволы, не то... короче, тоже парнокопытные, и маленькие толстые красноватого цвета мохнатые... хрюшки. Да, наверное, они.

Странно. Леса, поля, дорога, мужик на телеге — все так похоже на нашу родную среднюю полосу. А тут какие-то неведомые твари, но хотя бы безобидные и травоядные. Они не обращали на нас вообще никакого внимания. По дороге сновали босые в оборванной одежде детишки, с любопытством глядя на пришельцев и, перешёптываясь, громко выдавали догадки кто мы такие и зачем пожаловали.

— Охотники! Золотой дам — охотники!

— Откуда у тебя золотой, дурачок? Мамка юбку перед Бурусом задрала? — раздался дружный злой смех.

— У этого меч, а еще волчьи шкуры!

— А этот с топором! На лесника похож!

— Лысый чего? Вроде молодой, а волоса порастерял!

Рися недружелюбно на них оскалился, и мальчишки на всякий случай отбежали подальше.

— Хорош, мелочь пугать, — прохрипел я, мечтая поскорее избавится от шкур.

— Да ладно! Разве я страшный? Мама говорила, что я добрый и милый мальчик.

— Везет. А моя говорит, что я лентяй и весь в папашу-подонка.

— Просто ты на него похож, вот она и бесится, — отмахнулся Рися.

— А ты откуда знаешь? — слегка удивился я.

— Ну как же! Мы с тобой пили? Пили. А ты когда бухой, болтаешь без умолку. Тебя тогда только Надька заткнула. Помнишь ее?

Еще бы не помнить! В два раза больше меня. Я тогда почти сразу протрезвел, когда понял, что она меня либо раздавит, либо я задохнусь, потому что своими сиськами деваха перекрыла доступ к кислороду. Но да, сопротивляться не было сил. Надо сказать, она, конечно, симпатичная, несмотря на комплекцию, но лучше нам было трахаться по трезвому, а то без травм не обошлось. Психологических травм.

Тем временем, мы добрались до моста. Плотно прижатые друг к другу доски настила на вид были прочны или недавно ремонтировались. Резные столбики и перила не давали возможности бухнутся в реку. Оно и верно, река хоть и не слишком широкая, но глубины на вид в ней было прилично. Меня поразила кристально чистая вода. Она была настолько прозрачна, что можно было рассмотреть мелкие разноцветные камушки и большие рыбины. Серо-зеленые, красные, желтые, синие, черные. Они плавно скользили, петляя между высоких тонких водорослей. Мы даже остановились и постояли минут пять, облокотившись на перила, наблюдая за жизнью подводных обитателей.

Передышка была кстати. Мы входили в место нам чуждое и странное. Место старинное. Место, где мы незваные чужаки. Кто знает, что нас там ждало?

У ворот стояла охрана. Крепкие мужики в темно-коричневых кожаных жилетах, штанах, сапогах до колена, вооружённые пиками и мечами, они преградили нам дорогу.

— Стой! Кто такие? — выступил вперед усатый высокий мужик.

— Путники. Хотим продать товар, — ответил Рися.

Хорошо, что решил взять на себя роль переговорщика, потому что я впал в ступор. Мужики переглянулись между собой и начали перешептываться, подозрительно глядя на нас. Потом все тот же усатый сделал шаг вперед и как-то неуверенно выдал:

— Имя.

Мы переглянулись. Вопрос неожиданный, да и разве есть разница?

— Аристарх.

Мужик достал из своей сумки жёлтый свиток, развернул его и долго пристально вглядывался. Мне даже стало любопытно, что там такое записано. Потом нахмурился и через плечо глянул на своих товарищей, покачал головой. Достал черный мелок, и записал что-то, медленно водя по бумаге. Аж вспотел от натуги.

— Ты? — обратился он ко мне.

— Павел.

— А этот чей? — страж ткнул грифелем в Марти.

— Мой.

— Магический? Кличка, степень перевоплощения?!

— Марти... — я запнулся, соображая, что такое степень перевоплощения.

А страж вопросительно посмотрел на меня.

— Я не знаю, что такое степень перевоплощения, — развел я руками, чувствуя себя идиотом.

Стража нервно захихикала, а один из них с седой засаленной шевелюрой, сплюнул на землю:

— Соровы чужаки...

— Какие у него способности? — не обращая внимания на остальных, продолжил допрос страж со свитком.

— Ну он становится большим и убивает зверей, — я криво улыбнулся.

— Огнем не дышит? — сощурился мужик.