Дарья Данина – Изабелловая масть (страница 41)

— Угу, — кивнула, холодными пальцами цепляясь за его запястье.

Архип медленно убрал руку с моего рта.

— Ты в порядке? Сознание не теряешь? — спросил опуская взгляд на мои губы.

— Да, — с трудом выдавила из себя.

— То, что нам нужно, — прокомментировал кровь, вновь сочившуюся из рассечённой кожи и стекающую мне на подбородок.

Я попыталась её вытереть, но Архип пресёк мои попытки, одёрнув меня, и снова перехватывая мою руку чуть ниже плеча.

Глубоко вдохнул, набирая комбинацию цифр на замке и открывая перед нами дверь.

— Пошла, — грубо рванув меня за руку, он протащил меня по крыльцу и подтолкнул к ступеням, шепча: — как мышь…

Слабо кивнув, я послушно спустилась и, осмотревшись, заметила неподалёку охранника. Он шёл в нашу сторону. На ходу застёгивая молнию на куртке, коренастый и невысокий мужчина быстро пересекал двор, направляясь к нам. Одна его рука машинально легка на пистолет, спрятанный за поясом брюк.

— Далеко собрались? — спросил он у Архипа, искоса посматривая на меня.

На что тот, усмехнувшись снова дёрнул меня за руку, привлекая ближе. Сжал пальцы, причиняя боль и заставляя меня скривиться и тихо заскулить.

— К Харману, — процедил, протягивая руку мужику и приветствуя того, — допрыгалась.

— Ууу, — протянул охранник, скалясь, — так, это она вчера тут буянила? Цену себе набивала? Слышал…

— У Хармана будет шёлковой, — отвечает Архип, усмехаясь в ответ.

— Я смотрю, она до сих пор не угомонилась? — этот тип кивает на мои вновь разбитые губы.

Архип угукает и отстранённо смотрит на наручные часы. После хлопает своего "коллегу" по плечу и произносит:

— Ладно, через пару часов вернусь. Сегодня новый товар доставят…

— Да, слышал…

Они обмениваются ещё парой фраз, и охранник провожает нас до автомобиля. Затем открывает ворота и, махнув рукой Архипу, скрывается в домике для персонала.

Мир вокруг нас погрузился в тишину. Я всё ещё не смела произнести ни единого слова. Сидя на пассажирском сидение, я ковыряла собственные пальцы и кусала губы. Архип нервно стискивал свои пальцы на руле и часто поднимал взгляд, чтобы посмотреть в зеркало заднего обзора.

— Кто такой Харман? — несмело спросила, спустя некоторое время. Незнакомое имя засело у меня в голове.

— Тот, к кому отправляют тех, кто не умеет слушаться. — Спокойно ответил Архип, и приоткрыл окно со своей стороны на пару сантиметров.

— Тот, которым нас всё время пугают? — поинтересовалась я с истеричным смешком на разбитых губах.

Архип промолчал. Бросил короткий взгляд в мою сторону и, сконцентрировавшись на дороге, вжал педаль газа, набирая скорость. Наш автомобиль мчался по идеальному дорожному полотну вдоль тёмного, почти чёрного леса. Всматриваясь в густую чащу, я внутренне съёжилась, чувствуя очередную холодную волну, ниспадающую от затылка к пояснице. Огонёк надежды, который всё ещё теплился во мне, становился то ярче, то резко затухал, чтобы снова вспыхнуть тусклой искрой.

— Ты ведь не везёшь меня к этому Харману? — спросила, уныло глядя на точёный мужской профиль.

— Дай мне подумать, Вера. Просто помолчи ещё немного… договорились?

Глава 40

После того как окончательно рассвело, мрачный лес по обеим сторонам дороги уже не казался мне таким жутким. Чем выше поднималось солнце, тем спокойнее становилось у меня на душе. Мерное покачивание убаюкивало, и бессонная ночь всё же взяла своё. Мои глаза закрылись, и тихая музыка в салоне автомобиля была весьма кстати.

Мне казалось, что я отключилась совсем ненадолго. Пять или десять минут в зыбком и чувствительном сне… мне бы хотелось остаться в нём как можно дольше. Но автомобиль начал снижать скорость, а через полминуты, шелестя гравием, и вовсе остановился на обочине.

— Почему мы остановились? — я убрала от стекла свою руку, что служила мне подушкой, и подняла голову.

Архип ничего не ответил. Его руки крепче сжали руль, а настороженный взгляд был устремлён на дорогу. Мне ничего не оставалось, как посмотреть туда же. В салоне повисло напряжённое молчание. Двигатель замолк, а музыка стихла.

— Кто это? — спросила хриплым от волнения голосом, заметив неподалёку чёрный джип, вставший поперёк дороги.

— Не знаю, — всё же произнёс Архип, — но то, что по нашу душу: это точно…

— Разворачивай, — моя рука сама потянулась к Архипу, и я стиснула пальцы на рукаве его куртки.

— Сомневаюсь, что это хорошая идея.

Он снова покосился в зеркало заднего обзора, и я тут же повернула голову. Мои пальцы сильнее сжались на его руке, а зубы тихо застучали от подступающей паники. Кажется, она стала моей постоянной спутницей.

— Это ловушка, — увидев позади нас метрах в ста ещё один внедорожник.

— Возможно. — Архип вытащил ключи из зажигания, — жди меня здесь.

Даже не посмотрев на меня, он открыл дверь и неторопливо вышел из салона. Притормозив, он бросил ключи на своё кресло. Сглотнув ком, я молниеносно подхватила их и стиснула в пальцах фирменный брелок.

— Сядь на моё место, — бросил мимоходом отдаляясь от автомобиля.

Кивнув, я перелезла на водительское сиденье. Я была очень далека от вождения. Я сомневалась в том, что мне удастся скрыться в случае чего… я и ста метров, должно быть, не проеду. Возможно, я смогу протаранить джип…

Резко втянув прогретый воздух, я наблюдала за тем, как двери чужого авто открылась, и оттуда показались двое. Я видела их впервые. Незнакомые лица мало чем отличались от тех, что приходилось мне видеть за последние дни. Двое мужчин славянской внешности. Высокие. Хорошо сложенные. Темноволосые. Из-за расстояния я едва ли смогла описать их лица в деталях…

Но у обоих в руках было оружие. Один из них держал на мушке Архипа. Второй, кажется, нацелился на меня.

— Господи, — от волнения мой голос дрожал. Руки тряслись, когда я попыталась вставить ключ в зажигание. — Да что же это?!

Ключи выпали из рук. Выругавшись, я потянулась за ними, силясь нащупать их под ногами. И когда, наконец, они снова оказались у меня в руках… вздрогнув, я застыла, согнувшись пополам. Обхватила голову. В ушах стоял знакомый грохот. Это был выстрел. Опять…

Не знаю, сколько прошло… минута. Может быть, две.

Расплакавшись, я заставила себя выпрямиться. С трудом сдержала крик, когда увидела Архипа, распластанного на дороге. Под ним была небольшая лужа крови, которая с каждой секундой становилась больше.

Звук выстрела громом отзывался у меня в голове. Мне казалось, что всё вокруг гудит… сквозь гул в голове, я снова и снова пыталась вставить ключи в зажигание. А когда машина всё же завелась… она снова заглохла.

— Чёрт! — истеричный вопль сорвался с моих губ.

Подняв голову, я посмотрела в лобовое стекло. Они шли ко мне. Один из них что-то говорил… выкрикивал… но я ничего не слышала. Ещё одна попытка, и я резко дала по газам. Машина сорвалась с места и… Боже! Я сбила с ног одного из них. Взвизгнув, я сильнее вдавила педаль, разгоняясь, и по касательной тараня чёрную машину. Меня повело в сторону. Я едва не оказалась в кювете. Что-то шепча себе под нос, я продолжала разгоняться…

До тех пор, пока за моей спиной не раздался ещё один выстрел. И ещё…

Снова собственный крик, рвавшийся из недр моей души. И автомобиль опять ведёт в сторону. Резко. Криво.

Они выстрелили в колесо.

На залитой солнцем дороге, автомобиль, которым я пыталась управлять, со скрежетом покосился. Я переставила ногу в попытке притормозить, но это мне не помогло. На высокой скорости съехав в кювет, меня дёрнуло вперёд, и от столкновения со столбом, меня едва не выбросило через лобовое стекло. Удар…

Такой силы, что на мгновения я забыла о том, как меня избивали до этого. Грудная клетка ревела. Голова. Я едва держала её. Чувствовала как со лба стекает кровь, снова пачкая мне лицо.

Но я была всё ещё жива. И я не могла позволить себе отключиться. Я не могла позволить себе здесь оставаться. Не могла позволить им снова распоряжаться моей жизнью.

Виктор

Сидя в кресле возле незажённого камина, я смотрел на тех, кого уже давно стоило бы четвертовать. Но я, увы не мог. Пока что.

Потому что Вера всё ещё была не со мной. Потому что какой-то ублюдок выволок её из дома и увёз в неизвестном направлении. Их должен был по пути перехватить Руслан, но пока что вестей от него никаких не было.

И это нервировало.

Как и те мрази, что валялись сейчас связанные на полу. Три ублюдка, которые не успели соскочить. В отличие от сукиного сына Петра. Этот гадёныш улизнул на рассвете. Мы разминулись с ним на десять минут, чёрт его дери! Дёсять грёбанных минут!

В доме были ещё несколько девушек и их постоянная охрана. Охрану пришлось убрать сразу. Девушки сидели в фургоне, куда их отвёл Николас. А эта троица…

Я не трону их, пока не найду Веру. Я узнаю всё, что здесь происходило. И линчую каждого, кто касался её. Каждого, кто причинял ей боль. А ей было больно. Я знал это наверняка. Я знал, что происходит с девушками, которые попадают в эти стены. Я знал, и теперь всё вернулось мне бумерангом.

Приподнятое ранее настроение растворилось в спёртом воздухе этого гадюшника. Я думал, что я близко. Мы просчитались в который раз, мать вашу! А ведь я и правда был совсем близко. Она буквально исчезла у меня из-под носа…

— Ещё раз, — напускное спокойствие давало трещину, — кто четвёртый? И куда он повёз девушку?