Дарья Данина – Бездушные (страница 61)
- Я позабочусь о том, чтобы не убрали.
Его взгляд темнеет. Я вижу, как неприятно ему говорить об этом.
- Почему ты просто не отпустишь меня, Нико? Я никому ничего не скажу. Я просто обо всем забуду. Словно ничего не было...
- Потому что я больше не представляю себя без тебя. - Перебивает мужчина, буквально раздавливая меня этими словами. - Ты стала смыслом, Агата. - Затягивается дымом, и хищно прищуривается, не отрывая от меня взгляда. - И я слишком эгоистичен, чтобы отпустить тебя. Только через мой труп, Снежок. Только так.
Тушит окурок в раковине, и подходит ко мне. Цепляет ворот моего халата и отводит в сторону. Проводит кончиками пальцев по ключице, спускаясь ниже. Скользя под ткань шелковой сорочки.
Моё дыхание снова сбивается.
Николас тянет меня за руку, вынуждая встать. Я послушно поднимаюсь, чувствуя, как лёгкое возбуждение рассыпается внизу живота.
Мулат тянет пояс моего халата. Развязывает и скидывает ткань на пол.
- Нико. - Срывается с моих губ, когда его язык проходится по шее.
- Снежок. - Хрипит в ответ, стягивая бретельки с моих плеч. Обнажает грудь, а я ощущаю, как соски тут же стягивает и покалывает. Нико склоняется и обхватывает один из них губами. Всасывает, вырывая стон из моего горла, и сжимает пальцами второй.
Моя сорочка оказывается на талии, и мужчина подхватывает меня за бедра. Сажает на прохладную столешницу, обжигая кожу грубыми касаниями.
Мои бедра сами раскрываются, пуская Николаса ближе. Слышу звон за спиной, и дёргаюсь оглядываясь. Моя чашка с недопитым чаем, как и кусок пирога полетели вниз, разбиваясь на мелкие кусочки. Как и моя жизнь.
Нико задирает ночнушку и торопливо стягивает с меня нижнее белье. Шиплю, когда его пальцы проходятся по складкам, и веду бёдрами вверх.
Приподнимаюсь на локтях. Смотрю на то, как он расстёгивает джинсы. Спускает их вместе с боксерами, высвобождая налитый член. Прикусываю губу, больше не пугаясь размеров. Я привыкла. И мне нравится.
Николас замечает мой взгляд. Берет меня за руку и подводит её к своему члену.
- Возьми. - Хрипит, въедаясь в меня потемневшими глазами.
Я снова соглашаюсь. Впервые обхватываю его, чувствуя под ладонью бархатистую кожу. Такой твёрдый... сжимаю пальцы крепче, и Николас тихо стонет. Провожу по нему вниз и снова вверх. Вижу капельку на кончике, и растираю её большим пальцем.
- Не могу больше. - Сипит мужчина, скидывая мою руку, и раздвигая мои ноги шире.
Проводит головкой по половым губам, размазывая влагу. Обводит большим пальцем мой клитор, надавливает. Я дёргаюсь вперёд, но мулат кладёт вторую руку мне на шею, и прижимает меня к столу, заставляя лечь.
Касаюсь лопатками каменной поверхности стола, и всхлипываю, когда он, наконец, входит. Привычным резким движением. Заполняя собой в одно мгновение. До предела. До мелких крапинок перед глазами.
Глава 47
Трель телефона вырывает меня из сна. Открываю глаза, переносясь из родного дома в комнату Николаса. Мужчинам рядом нехотя поднимается, и бормоча сквозь зубы испанские словечки, шагает к столику, на котором разрывался телефон.
Сквозь сонную дымку смотрю на широкий разворот плеч и мускулистую спину, покрытую темными рисунками, и узкие бедра.
- Си?
Облокачивается обнаженными ягодицами на стол и свободной рукой трёт глаза. После сосредотачивает взгляд на мне. Я прикусываю губы. Не поднимаю голову. Продолжаю лежать на боку, подложив ладони под щёку. От его взгляда по позвоночнику стелется холодок, пронизывающий насквозь.
Его лицо каменеет. Губы сжимаются до белых полос, и без того широкие ноздри раздуваются, словно у разъярённого быка.
Резко отталкивается от стола, отворачиваясь, и упираясь рукой в деревянную поверхность. Что-то говорит. Взволнованно, переходя от хрипа к крику.
Что случилось?
Убираю из-под щеки ладони, и сажусь на постели, натягивая простынь на грудь. Вслушиваюсь не в речь. В интонацию. И мне становится страшно.
Проходит не более минуты, и Николас обрывает разговор. Вижу, как напряжена его спина. Мышцы вздымаются от тяжелого дыхания, а длинные пальцы сжимаются на несчастном телефоне с такой силой, что кажется, он сейчас раскрошится.
- Нико? - Шепчу. Потому что боюсь говорить громко. Чувствую, как воздух вокруг нас сгущается.
Хочу подняться на ноги, но не успеваю. Вздрагиваю и вскрикиваю от резкого движения мулата, которым он смёл со стола всё, что там имелось. Графин с водой летит вниз, разлетаясь вдребезги и расплёскивая воду. За ним стакан и прочие безделушки. Николас издает полукрик, смешаный с рычанием, а потом переворачивает стол, и тот отлетает в сторону цепляя резными ножками тонкие занавески. Утаскивая их за собой.
- Нико! - Бросаюсь к нему, но натыкаюсь ногой на осколок. Шиплю и снова прыгаю на кровать. Но он не слышит...
Поджимаю порезанную ногу, боясь пошевелиться. Потому что мулат, не видя ничего перед собой, и не замечая меня, словно в каком-то трансе, продолжает крушить комнату, и реветь, как раненый зверь. Дикий зверь, которого загнали в угол. Рычит, и скулит, хватаясь за голову.
- Нико, я прошу тебя! - Пытаюсь достучаться до него. - Николас!
Мужчина останавливается. Замирает, переводя на меня хищный взгляд. Выдыхает резко, и, наконец, оседает на пол. Просто касается спиной стены, и словно капля дождя по стеклу, стекает. Совершенно обезумевший, растерянный, выбившийся из сил. Обнажённый. Оголенный провод.
Сгибает ноги в коленях и, оперевшись на них локтями, обхватывает голову. По его рукам ползут тонкие дорожки крови.
Тяжёлое дыхание и тишина. Секундная стрелка на раритетных часах, что валялись на полу, тикала всё так же. Словно насмехаясь над нами.
Стук в дверь...
- Нико? - По ту сторону.
- Вон! - Охрипшим голосом.
Человек за дверью беспрекословно слушается приказа, о чем говорят удаляющиеся шаги.
Я стискиваю зубы, и вытаскиваю тонкий осколок, впившийся мне в подошву. Не произнося ни звука.
Сползаю с кровати, и как можно более незаметно, подбираюсь к немного успокоившемуся мужчине. Опускаюсь перед ним на колени. Боязливо касаюсь трясущимися пальцами его рук. Он не реагирует. Но и не отталкивает. Немного смелею, и провожу полной ладонью по предплечью, размазывая кровь по коже.
- Что случилось? - Произношу так тихо, как только могу. - Нико?
Мулат устало поднимает голову. Словно на его шее висит непосильный груз. Находит своими глазами мои. Будто ищет в них что-то. Высвобождает одну свою руку, и проводит шершавой ладонью по моему лицу. Заводит за шею, запуская пальцы мне в волосы.
- Как хорошо, что у меня есть ты. - Произносит охрипшим голосом, и прижимается к моим губам. Так мягко. Нежно? Словно сладкая сахарная вата, что тает при касании тепла.
- Ты как? - Сквозь гул в голове доносится голос Дэни.
- Нормально. - Отворачиваюсь в сторону, цепляя на нос тёмные очки. Откровенно говоря, хочется, чтобы все оставили меня в покое.
Не то чтобы это стало неожиданностью... я знал, что дело к этому и идёт. Лукас умирал. Рано или поздно, это случилось бы.
Принять сложно...
- Выпить хочешь? - Дружеский хлопок по спине, говорит о поддержке, и я натянуто улыбаюсь.
- Нет. - Действительно, не хочу. Останавливаюсь, когда вижу её. Девушка сидит на краю бассейна, опустив ножки в прохладную воду. Смотрит на меня неотрывно.
Тру под линзами очков красные глаза.
Меня сводит с ума то, что Ката сейчас там одна. Она пока не знает. И я даже боюсь представить себе её реакцию. Она не переживёт. Она отсутствовала на похоронах. Она не попрощалась с ним как следует. Она меня с дерьмом сожрёт... но я не мог. Ради её же безопасности. Не сейчас. Сейчас возвращаться нельзя.
- Что делать с Алонсо?
Только сейчас вспоминаю о выродке семьи Альварес. В похоронной суматохе, я совсем забыл о том, что его нужно было перевезти. Черт с ним. Уже не нужно.
- Ничего. Я займусь этим. Иди в дом с остальными. Я скоро.
Не дожидаясь ответа, сворачиваю к бассейну. Мне просто захотелось её обнять. Прижать к груди, и запустить пальцы в шелковые пряди. Это пиздец, как успокаивало...
Я не стал звать её с собой на похороны. Это было бы не самое лучшее предложение от меня. Да и опять же... это небезопасно. Там слишком много лишних глаз.
Девчонка при моем приближении вытаскивает ноги из воды, и поднимается. Щурит глазки от яркого солнца. Робко топчется на месте, оставляя на горячем камне мокрые следы своих маленьких стоп.
- Всё хорошо? - Спрашивает, глядя мне в глаза. А я ничего не отвечаю. Просто обхватываю тонкую талию, и притягиваю Агату к себе. Впечатываю в свою грудь и, наконец, делаю то, о чем грезил... пропускаю горячие пряди сквозь свои пальцы. Будто в жидкое золото окунулся.
Её ладошки ложатся на мои плечи. Нежно скользят по рубашке, запуская по коже клинья мурашек. Так приятно.
На похоронах увидел Лауру. И ничего. Даже отблеска прошлой страсти не промелькнуло. Девушка выразила мне свои соболезнования, проводя тёплой ладонью по моей груди. Прильнула, в желании обнять. Совсем ничего. Я забыл о ней. Совсем.