Дарья Данина – Бездушные. Моя топь (страница 27)
Она не понимала. Уже давно ничего не понимала. Просто абстрагировалась. Забывалась. Просто… чтобы после не топить себя в собственном стыде.
Марк кусает её кожу возле ключицы, и девушка вытягивается стрункой. Плоский животик конвульсивно содрогается.
Один разворот, и его губы находят её приоткрытый ротик. Руки пересчитывают каждое рёбрышко, пока язык преодолевая лёгкое сопротивление, сплетается с её языком. Ведёт с ним настоящую борьбу.
- Моя птичка… - сдавленный хрип пробирается ей за шиворот. Его руки слишком быстро находят мелкие пуговицы на топе и так же быстро, одну за другой расстёгивают их. Разрывает поцелуй. Ненужная тряпица падает на пол. Марк тянет лямки от бюстгальтера вниз, а вместе с ними и плотные чашечки. Сквозь шум в ушах слышал её бормотание. Что-то о ненависти и унижении. О принуждении и мести. Пусть бормочет.
Его губы находят твёрдый сосок. Глаза закрылись, когда острая горошина начала перекатываться на его языке. Глухой стон вырывался из грудной клетки. Согнул спину, подхватывая девчонку под ягодицы и подбрасывая вверх. Насаживая на себя. Позволяя каменному члену потереться о сладкую промежность.
А она уже ни о чём не думала. Лишь бы всё быстрее закончилось. Лишь бы он сдержал слово. Ей бы хоть одним глазком взглянуть на Виктора…
- Ссс! – зашипела, когда вокруг соска сомкнулись его зубы.
- Чёрт! – зарычал и снова опустил её на пол. Дёрнул за шорты, стягивая их по стройным ножкам вместе с бельём. Задержался на корточках и неожиданно впился губами в изнывающий клитор. Ива ахнула, и вцепилась в его волосы, попытавшись оттянуть его. Не успела ничего сделать. Он подхватил её под колено, забрасывая себе на плечо одну ножку. Открывая себе доступ и впиваясь сильнее в набухшую горошинку. Такую горячую и вкусную. Всасывал её в рот, играя языком. Впитывал её вкус и яростное шипение над головой. Она не выпускала его волосы из своих кулачков. С каждой секундой стягивая сильнее. Он мог кончить прямо сейчас. Просунул руку и пальцами нащупал влагу. Размазал её и скользнул во влагалище сразу двумя фалангами. Улыбаясь, слыша её глухой писк
Она смотрела на него, но, кажется, не видела. Взгляд потерянный, рассеянный. Будто она не здесь вовсе.
- На меня смотри, – придерживая одной рукой под ягодицы, второй направляет член. – Смотри! – рычит и одновременно врывается в неё. С напором. Резко. До предела. Так глубоко, что на долю секунды сам теряет равновесие. Замирает, глядя на дрожащие губы. – Моя девочка… - тянется к её лицу и цепляет зубами нижнюю губу. Слегка оттягивает ту, и медленно выходит из горячей влажности. Не до конца. Головку оставляет внутри, и снова толкается бёдрами вперёд.
Делает несколько шагов и прижимает девушку к стене. Она ахает от соприкосновения горячей кожи с прохладной поверхностью. Тонкие руки ложатся на крепкую мужскую шею. Взгляд приобрёл осознанность. Марк вновь выходит из неё. Уже полностью. Опускает одну руку и проводит пальцами по влажной промежности. Слишком хорошо.
- Я вырву твой кадык, – рычит брюнетка, полосуя мерзавца ядовитым взглядом, словно лезвием.
- Моя волчица, – губы Марка кривятся в усмешке, но всё же он убирает палец с запретной территории. Кладёт большую ладонь на её спину, и резким движением прижимает её грудь к своей. Щёлкает застёжкой лифчика, освобождая нежные полушария, и снова входит в девушку до упора. До сладостного стона и россыпи мелких искр внизу живота.
Глава 26
И пусть весь мир перевернётся, если она не сможет выбраться из этой бездны хаоса, в которую погрузился её маленький, но доселе спокойный мир. Лучше бы она продолжала жить в неведении. Пусть так. Потому что к такой правде она оказалась совершенно не готова…
- Как ты оказался в этом… бизнесе? – Иванка боялась спросить, но всё же вопрос сорвался с языка. Девушка смотрела на его хмурый профиль. Только сейчас заметила в его ухе крошечную дырочку от прокола. Сразу же вспомнила, как при первой встрече сравнила его с пиратом… сходства определённо есть.
- Это праздное любопытство или интерес? – он качнул головой и медленно повернулся к ней. В сумерках, под густой тенью деревьев его глаза казались почти чёрными.
- Ты утверждаешь, что Виктор занимается тем же, чем и ты. Конечно, я буду этим интересоваться!
Лёгкий ветер играл с его кудрями. Она не так часто видела его без забранных на затылке волос. Это выглядело… необычно.
- Эээ, нет, милая. Я не продаю людей. Но… с удовольствием их покупаю.
- Что? – она действительно не понимала, что он имеет в виду. Ей всё время казалось, что он с ней играет. Словно нарочно хочет запутать ещё больше.
- Ничего… - отмахнулся от брюнетки. Расправил плечи и растянул руки по спинке скамьи. Они более получаса расхаживали по саду во дворе его дома. А теперь опустились на семью, скрывшись от назойливого взгляда охраны. Как только они вернулись, Марк попросил её поужинать с ним. Могла ли она отказаться? Он сказал, что да. Только его взгляд в этот момент говорил об обратном.
- Так, ты расскажешь?
- Что именно ты хочешь знать?
- Расскажи о себе? – Она так долго думала над этим разговором. И сейчас была уверена в отказе. Но… если он заговорит, то это послужит хорошим сигналом. А она будет слушать. Если понадобится: будет впитывать как губка. – Что привело тебя к тому, чем ты сейчас занимаешься?
- Жизнь, – тихо произнёс и так же тихо присвистнул. – Начо!
Иванка услышала лай и следом за ним шелест. Клацанье когтей по дорожке, вымощенной белым камнем.
- Что он здесь делает? – лицо девушки украсила широкая улыбка. Ведь пёс остался в том доме, где она прибывала в предыдущие дни. – Ты ведь оставил его там?
- В Ла-Пасе, если быть конкретнее, – он поправил её, встречая седомордого добермана крепкими объятиями. Начо запрыгнул на скамью, умещаясь между ней и Марком. – Начо привезли сегодня утром. Он уже стар. Я слишком сильно прикипел к нему. Обычно, он живёт здесь. Но в Ла-Пас я сам его привёз, потому что знал, что там я надолго. С тобой. Если бы не Лина и не её длинный язык… мы бы до сих пор были там.
- Ясно… - она кивнула. Перед глазами пронеслось лицо миловидной девушки. - Очень радует, что ты хотя бы сейчас поставил меня в известность о моём местонахождении, – погладила пса, мягко сгребая его шкуру.
- Сейчас мы в Мехико. В пригороде… – самодовольно усмехнулся и взглянул на девушку.
- Это я уже знаю, – подавила в себе желание уколоть его и растянула губы в улыбке. Почти искренней. – Где твои родители? Ты не так стар, так что… думаю, они у тебя есть?
- Они есть у всех, Иви. И у тебя тоже.
- Мои родители мертвы. И я смирилась с этим. Виктор стал для меня и матерью, и отцом.
- Хорошо, когда у тебя есть тот, кто может о тебе позаботиться. И защитить. – Марк продолжает гладить довольного Начо, и прикрывает глаза в тот момент, когда его пальцы соприкасаются с пальцами девушки. Кажется, Начо получает сейчас не меньшее удовольствие. Громко фыркнув, кобель попытался принять лежачее положение на узкой скамье.
- Так… - провела кончиком языка по губам, – а что с твоими родителями?
- Моя мать жива, и с ней, слава святому Иуде, всё отлично. Я хорошо её спрятал, – улыбнулся. Его глаза всё ещё были закрыты. Девушка сама не заметила, как тоже улыбнулась, глядя на мексиканца. Ему очень шло спокойствие. Не хищный оскал и игривая улыбка. А вот это мерное спокойствие. Умиротворение в каждой черте его лица.
- А отец?
- Его давно нет в живых.
- Мне жаль, – зацепилась пальцами за кожаный ошейник на собаке.
- Не нужно… - мужчина поднял длинные ресницы, и повернул к ней голову. – Он не тот, о ком стоит жалеть.
Девушка смотрела на Марка, нахмурившись. Совершенно не понимая этого человека. Казалось бы, он не скрывал от неё ничего, но при этом умудрялся говорить загадками.
- Не расскажешь?
- Уверена, что хочешь знать?
- Я была бы благодарна, – сглотнула тяжёлый ком в горле и набрала полные лёгкие кислорода.
- Я убил своего отца, когда мне было тринадцать… - притих, наблюдая за её реакцией. Она даже не моргала. Лишь сжала розовые губки, образуя из них бледную полоску, – хочешь подробностей? – выгнул чёрную бровь.
Девушку кивнула и едва заметно встрепенулась, когда почувствовала его пальцы на своих. Он оторвал её руку от ошейника и хлопнул пса по боку. Что-то произнёс на испанском. Начо снова фыркнул и сорвался со своего места, оставляя их одних.
- Мой отец был настоящим извергом, Иви. – улыбнулся. Но она видела, что сейчас это была просто маска. В его глазах была… боль? – Он каждодневно избивал мою мать и меня. Знаешь, что она делала, перед тем, как отец приходил с работы домой? Она надевала на меня несколько пар колготок, пряча их под штанами. Несколько кофт… чтобы мне было не так больно. Это верный метод, знаешь ли… многие опытные так делают.
Марк потянулся в карман, выуживая из него сигареты.
- Дай и мне? – поймала на себе удивлённый взгляд.
- Ты куришь? – вытащил из пачки пару сигарет, протягивая одну брюнетке.