Дарья Данина – Бездушные. Моя топь (страница 10)
Дрожащие губы больше не ругались. Не выкрикивали брань и проклятия в сторону того, кто приволок её сюда. Того, кто делает всё, чтобы уничтожить её. Раздавить. Прогнуть. Теперь её губы шевелились в тихой мольбе, чтобы зверь сжалился. Чтобы открыл эту чёртову дверь. Чтобы больше никогда не оказываться в этом месте…
Встрепенулась, когда по ту сторону услышала тихое фырканье.
- Начо? – проскулила, в надежде, что старый пёс её услышит. – Начо? Мальчик? Малыш? – губы не слушались, и вместо свиста выходило лишь жалкое и невнятное дуновение спёртого воздуха.
Доберман услышал её, и фыркнул снова в едва заметную щель на стыке тяжёлой древесины. Этот звук показался ей песней.
- Начо, малыш? Господи, боже мой… - завыла в голос, и снова опустилась на колени, прижимая ладони к прохладному дереву. - Ты сможешь вытащить меня отсюда? Мальчик? – охрипший голос срывался, а собака под дверью тихо поскуливала, ковыряя толстыми когтями разделяющую их дверь. – Начо… позови своего хозяина? Я буду послушной… скажи ему, чтобы он выпустил меня… умоляю…
Лучше бы Ива не выходила из своей комнаты. Лучше бы продолжала сидеть тихой мышкой и, пялиться в окно. Но непослушные ноги понесли её вниз. Нет, этого оказалось катастрофически мало. Они понесли её туда, где ей было запрещено находиться. Мигель ей об этом говорил. Везде… где угодно. Но только не в кабинете Марка, и не на второй половине двора. Впрочем, двор этот всегда был заперт, и не вызывал такого интереса, как кабинет того кто держал её здесь против воли.
Пока незнакомец, выгнув брови, деловито засунул руки в карманы льняных брюк, Марк, ухватив брюнетку за шкирку, выволок ту с запретной территории, не забыв подчеркнуть то, что она нарушила одно из условий! Чёрт! Зашвырнул шипящую девушку в свою комнату, и запер дверь. Запер её в своей спальне!
Иванка шандарахнула по двери с диким воплем, и тут же в бессилии осела на пол. Слёзы обожгли радужку, но Ива решительно подняла взгляд к потолку, чтобы прогнать никому ненужную сырость.
Она ведь ничего не сделала! Ни к чему даже толком притронуться не успела! Какая муха его укусила?!
Подняла голову, осматриваясь в комнате. Серость нагнетала ещё больше. Судя по всему, здесь искать ей нечего. Иначе, Марк бы не запер её в святая святых. Минимализм. В его доме не было ничего лишнего. Ничего, за что мог бы зацепиться её взгляд.
Глаза девушки хищно сузились. Брюнетка ощущала, как гнев внутри неё поднимался всё выше, рискуя выплеснуться ядовитым зельем на всё, что её окружало.
Сцепила зубы, и глухо зарычала, поднимаясь на ноги. Метнулась к его кровати и рывком содрала с неё тёмное покрывало, прихватив вместе с ним и простынь. Сбросила на пол подушки и, собрав всё это в кучу, поволокла на балкон. Тихо проклиная этого дикаря, начала сбрасывать всё вниз. Одеяло, постельное бельё, подушки… следом вышвырнула торшер, затем второй. Кое-как как сняла со стены полотно, и отправила его следом. Изящные ноздри раздувались, а сердце громко колотилось о рёбра.
- Ублюдок… получи, – убирая с лица непослушные пряди, и наблюдая за тем, как на грохот выбежала старуха-кухарка. Явилась… запричитала, хватаясь за голову, и подняла на брюнетку взгляд, полный недоумения. - Думаешь, можно обращаться со мной, как с мусором?! – Иванка, скривив губы, продолжала извергать проклятия, - думаешь, всё это сойдёт тебе с рук? Я всю кровь тебе испорчу, прежде чем ты меня сломаешь! Чтоб ты горел в аду, чёртов ублюдок!
Топнула ножкой, всего лишь на секунду осознавая всю незрелость своего импульсивного порыва. Рванула обратно в спальню и замерла, оглядывая беспорядок… он убьёт её. Честное слово… а если не убьёт, то заставит пожалеть…
Глава 9
- Что это было? – Николас нахмурился, переводя взгляд на зашторенное окно. Уголок его губ дёрнулся вверх, а плечи тотчас напряглись.
Марк уставился на профиль друга, не сразу поняв, о чём речь. Пока не услышал возгласы Марии. Следом за ними грохот и очередные крики его домработницы. Не спеша поднялся из-за стола, прикрывая крышку ноутбука. На ходу сделал глоток виски из стакана и приблизился к окну. Он ожидал чего угодно, но не того, что с его балкона будут лететь вещи из его комнаты. Маленькая дьяволица.
- Я на минуту, – бросил Николасу, и с грохотом поставил стакан на толстую столешницу.
Дыхание у самого сбилось, пальцы сжались в кулаки, и венка на шее, кажется, пульсировала сильнее обычного. Что она вытворяет?!
Вышел на крыльцо, тут же сталкиваясь с Марией. Женщина, хватаясь за пухлые щёки, тараторила ему о том, что девица сошла с ума. Спасибо, Мария. Я это заметил…
- Ничего не трогай, – рыкнул сквозь зубы. Рваным движением руки пресёк любые возражения. – Я сказал: ничего не трогай.
- Оставить это так?! – всплеснула руками, снова оглядываясь туда, где валялось его постельное бельё и, кажется лампы. Картина… и что-то ещё.
- Оставь. Даже не подходи. Я со всем разберусь. Иди в дом.
Ещё пару минут стоял, гипнотизируя балкон своей спальни, но девушка так и не вышла. Успокоилась? Или нашла другое применение своему гневу?
С трудом дождался позднего вечера. Проводил Николаса и, как только за ним закрылись ворота, вихрем пронёсся по двору, в предвкушении.
Перелетая через две ступени, взлетел вверх по лестнице. Провернул ключ, оставленный в замке, и распахнул дверь.
И… обомлел на секунду, увидев девчонку на балконе. Лёгкий ветер трепал её шоколадные пряди, а сама виновница сегодняшнего шума, куталась в его свитер и ютилась на стуле. Сделала вид, что не заметила его появления. Гордо задрала носик, и вперилась пустым взглядом в чёрное ночное небо.
- Я думал, ты спишь… - пророкотал, сдвигая тонкие занавески в сторону. Девушка даже не оглянулась. Марк постарался не закипать раньше времени, хотя, учитывая то, что она сотворила с его комнатой… мог бы. – Ты снова забыла о манерах?
Плечи брюнетки мгновенно напряглись при приближении Марка. Острые зубки подхватили нижнюю губу, жестоко впиваясь в неё жадными маленькими клыками.
- Ничего не хочешь мне сказать? – придушить бы её… на часок-другой. Девица продолжала извергать тишину и, раздувая тонкие ноздри, чего-то ждать.
Марк протягивает к ней руку, и указательным пальцем цепляет кофейный локон. Иванка в немой ярости сжала челюсти и резко одёрнула голову. Взгляд исподлобья пропалил крошечную дырочку у него во лбу.
- Вставай, – качнул головой мужчина и отступил от неё на шаг. – Давай… ты сейчас пойдёшь и уберёшь всё то, что выбросила вниз.
- Что? – она, наконец, подняла голову на Марка, а тёмные изящные брови выгнулись дугой. – Я не собираюсь убирать твой хлам.
Марк скрипнул зубами и прищурился. Каким должно быть его терпение, чтобы не сорваться? Чтобы выдержать её дрянной характер и дурное воспитание?
- Не собираешься… - повторил за девушкой, и кивнул своим мыслям. Хрустнул пальцами и провёл пятернёй по густой щетине. – Хорошо… хорошо, Иви. Я тебя услышал…
Ещё один кивок, задумчивый взгляд, и крупная дрожь в спине. Он развернулся, и направился обратно в спальню. Иванка напряглась ещё больше. Что за многозначительный взгляд?
- Я могу идти к себе? – ударила вопросом в крепкую спину. Занервничала, когда он остановился на полпути. – Я проторчала здесь, взаперти, остаток дня… - почти прокусила нижнюю губу. Ладони вспотели, и девушка нервно провела ими по тонким домашним штанам.
- Ты проведёшь здесь остаток ночи, – не оглядываясь на Иванку, Марк стянул с себя белоснежную сорочку, и бросил ту прямо на пол, – взаперти… - подытожил, и скрылся в уборной, вслушиваясь в суетливый шорох позади.
- Подожди… - нагнала его, впиваясь тонкими пальцами в срез двери, – подожди. Я… - почти заикаясь, – я не могу остаться здесь?
- Это вопрос?
Марк усмехнулся, глядя на неё в отражении зеркала.
- Я никак не возьму в толк, Иви… - широкий разворот плеч привлекал к себе и без того рассеянный внимание. Она не могла сосредоточиться. То и дело взгляд цеплялся за узлы мышц и гладкую смуглую кожу. – Почему ты решила, что можешь вести себя подобным образом? М?
- Я не… - произнесла шёпотом, ощущая надвигающуюся бурю.
- Ты из раза в раз ходишь по лезвию ножа, - он не отпускал её взгляд, – почву прощупываешь? Чего ты добиваешься? – кончик его языка прошёлся по полным губам. Казалось, что сейчас он что-то обдумывает. Будто шестерёнки в его голове загудели. – Раздевайся. Ты спишь здесь.
Выплюнул, скривив губы, и, наконец, опустил голову, склоняясь над умывальником. Хотелось задержаться на несколько секунд, чтобы всласть насладиться вытянувшимся лицом девушки, но он этого не сделал. Набрал пригоршню и окунул лицо в ледяную воду. Ещё раз…
- Хорошо, – её голос прозвучал громче обычного. Марк вновь выпрямил спину, и поймал в отражении взгляд, полный отчаяния. Взгляд, который кричит и умоляет его о снисхождении. Только… поздно, mi pajarito. – хорошо… я спущусь вниз и всё приберу… - как-то неуверенно.
- Серьёзно? – вода в кране затихла, погружая небольшую, но светлую уборную в громогласную тишину. Барабанные перепонки стягивало, а венка на шее запульсировала в разы интенсивнее. Брови Марка чуть заметно дрогнули. Как и уголки губ.