Дарья Чеболь – Меняю на нового… или Обмен по-русски (СИ) (страница 76)
– Вестниками ранее были только люди и только мужчины, – приподнял он брови, хитро улыбаясь. – На них можно было давить с помощью их пристрастий. Я не человек – это раз, хоть и мужчина. На меня нельзя давить, так как хоть моего народа осталось мало, но по силе мы не уступаем целой имперской армии – это два. Ну и, как бонус, змеевасы самостоятельны, мы можем проживать в любой империи, но не принадлежим ни одной их них. Так что меня императорам придется приглашать, а не заставлять работать на себя.
– О, – прониклась и я моментом, – это да. Уже сочувствую императорам.
– Я готов, – наклонил голову сын и протянул ко мне руку. – При любой передаче дара необходим тактильный контакт.
Я взяла его за руку и пожелала, чтобы дар Вестника перешел к нему. Сильно пожелала. На секунду провалилась в видение, но тут же увидела голубоватую дымку, перетекающую от меня к сыну. Вот и все. Дар предвидения у Ласа. Я же подняла глаза на сына и постаралась улыбнуться.
– Что случилось? – занервничал сын. – Что ты увидела перед передачей дара?!
Все-то он понимает. Почему самые лучшие мужчины – это всегда сыновья?!
– Все в порядке. Теперь уже все в порядке, дорогой, – покачала я головой.
– Да хоть тысячу раз будь я последним представителем нашего рода! – распалился не на шутку Рэдис. – Не стану я на ней жениться! Папа, Реддика предала нас! Она была в сговоре с вампирами!
– Это ты меня послушай, – с нажимом проговорил старший василиск Грэгат Врат. – Она больше не под влиянием вампиров. И к тому же она беременна!
– Я-то тут при чем?! – рыкнул Рэдис.
– Ты отец будущего ребенка! – не менее жестко проговорил его отец. – Ты оставишь мать своего ребенка без помощи?!
– Папа, какой я ему отец?! – возмутился василиск. – Я не был с ней близок!
– А твой день рождения? – вкрадчиво спросил Грэгат Врат.
– Почти год назад?! – усмехнулся Рэдис. – Мы не слоны, чтобы вынашивать ребенка так долго, и я не был с нею.
– Ты хорошо помнишь тот день? – все наседал старший василиск.
– Ну не совсем… Я тогда сильно напился с друзьями… – вспоминал василиск. – Но это не значит, что я упился до такой степени, что переспал с Реддикой!
– Она утверждает обратное! – взревел Грэгат Врат.
– Да мне плевать! Ты кому веришь: ей или собственному сыну?! – проорал обычно спокойный Рэдис. – Тем более я собираюсь жениться на другой. На Лане, которую люблю, в конце-то концов, это должно для тебя что-то значить!
– Ты не оставляешь мне выбора, сын, – зло прошипел старший василиск, щелкнул пальцами, и в окно выпорхнуло птицей заклинание письма.
– Что это было?! – зло спросил Рэдис.
– Смертный приговор твоей возлюбленной, – будничным голосом ответил Грэгат Врат. – Меньше чем через десять минут иссякнет ее магия воздуха, а потом истощится и организм. Это эликсир исчезновения, его нам дали давным-давно боги, сказав использовать, если возникнет угроза полного исчезновения нашего клана. Использовать на свое усмотрение. Мои люди в университете уже подлили его в ее еду, но, чтобы он начал действовать, необходимо произнести заклинание. Мой человек уже получил письмо и, следовательно, произнес его. Противоядия нет… разве что она переместится из нашего мира в другой, – беззлобно рассмеялся старший василиск. – Но для этого нужно обратиться к богине жизни за разрешением, а это займет время, которого у девушки нет. Я защищаю своего сына и будущего внука от ненужной помехи. Когда-нибудь ты поймешь меня и простишь. Поспеши и, может, еще успеешь с ней попрощаться.
Мы вышли из кабинета ректора, держась за руки. Пусть кто-то скажет, что смешно держать взрослого мужчину за руку, тем более сына. Мне в тот момент было все равно. Мне была нужна его поддержка как никогда ранее.
– Все, миэр Колфри, теперь у вас есть Вестник, – улыбнулась сдержанно я ректору. – Я передала дар своему сыну. Ему еще учиться и учиться, так что поздравляю. И волки сыты, и овцы целы.
Ректор перевел взгляд на змееваса, оценил масштаб грядущих перемен, изменился в лице на мгновение, но быстро взял себя в руки.
– Ясно. Не можете жить по-нормальному, да, Вест? – усмехнулся ректор.
– По-нормальному – это как? – ехидно спросила я его. – Я была Вестником. Женщина! Это уже ненормально. Меня переместили из моего мира в этот – тоже не признак нормальности, на мой взгляд. А уж про абсолютно ненормальные домогательства трех императоров я вообще молчу.
Цапнула за руку удивленную некромашку, которая ожидала нас у кабинета, и потащила своих спутников подальше.
Мы успели дойти до нашей с Нитринак комнаты, как мне стало так тоскливо и тяжело физически, что я буквально повисла на сыне.
– Что с тобой?! – воскликнул Лас, подхватывая меня. – Мама! Как ты себя чувствуешь? Твоя аура истончается очень быстро… Мама!
Я услышала нотки паники в голосе сына, но мне уже было так фигово, что ответить словами не смогла.
«Не знаю, мне плохо, – ответила я ему уже мысленно, а потом обратилась к артефакту: – Ррагр, то есть Шариз, что со мной? Почему мне так плохо?»
«Ты умираешь… – флегматично ответил демон. – В твоем организме – эликсир исчезновения, его можно достать только у богов Итаса. Я не почувствовал его раньше, потому что он никак не проявляется, пока не начнет действовать. Я усилил максимально, насколько смог, твою способность жить, но недавно пропала привязка к резервам драконов, силы которых продлевали тебе жизнь. Я не могу помочь тебе. Прости, хозяйка».
«А пожелать, чтобы эта дрянь исчезла, я могу?» – спросила я демона и усиленно пожелала, пока Лас укладывал меня на кровать в комнате.
«Ты забываешь, что маг – это только маг, какой бы дар у него ни был, – грустно ответил демон. – Я хотел бы тебе помочь и без давления артефакта над моей душой, но против богов могут идти только боги. И лишь в исключительных случаях».
Тут в комнате как-то резко похолодало, и около меня появился василиск. Он прижал меня к себе, а я уже почти не чувствовала его объятий.
– Прости-прости-прости меня, – шептал он горячо, укачивая меня в объятиях. – Это все из-за меня, любимая. Где этот паршивый свиток-разрешение?! Я всю комнату свою перерыл, пока искал его. Не нашел!!! Лана, если ты еще меня слышишь, тебе нужно перенестись в свой мир, тогда есть шанс, что ты выживешь. Лана!!!
Я еле открыла глаза, из которых катились слезы, меня всю скручивало от боли. Собрав всю свою волю, ответила:
– Ты же не думала, что я позволю стащить у меня такую ценную вещь? – спокойным голосом спросила богиня жизни свою сестру, флегматично наблюдая в зеркало, как жизненные силы покидают Лану.
– Но я же сама видела, что свиток не разовый! – возмутилась Хозяйка Грани.
– Ну и что? – подняла левую бровь ее собеседница. – Это же мои свитки, когда хочу, тогда и меняю.
– И эта циничная женщина – богиня жизни, – процедила Тьма зло. – Дай девушке право перехода.
– Не указывай мне, – жестко ответила богиня жизни. – Я сама решаю, кому давать это право, а кому нет.
– Я пошла тебе навстречу с созданием драконов – Мирраной, она вновь жива, – попеняла Хозяйка Грани. – Теперь твой черед.
– Вы
– Ой, не надо мне говорить, как
Блондинка нервно передернула плечами, но провела ладонью над зеркалом, показывающим события в комнате, где, казалось, вот-вот на одного живого человека станет меньше.
– Вложи свиток ей в руку, – произнесла богиня жизни. По ту сторону зеркала ее услышали, и василиск, метнувшись за свитком, быстро сделал требуемое. – Разрешаю переход.
Все, Лана исчезла. В комнате остались трое, потерявшие мать, подругу и любимую.
Василиск вскинул голову, и богине жизни показалось, что он смотрит ей прямо в глаза.
– Она жива? – задал он самый важный для них троих вопрос.
В этот раз переход между мирами я почувствовала. Будто сквозь кисель провалилась. Мне очень повезло, что вернулась я в лето… или осень. Вокруг было солнечно и тепло. Но вот моя боль никуда не делась. Я огляделась вокруг, пытаясь определить, где же я. Деревья, беговая дорожка, парк. Я в городском парке! Но их в городе уйма, а вокруг – ни души. Я лежала на земле, но заставила себя подняться. Еле передвигая ногами, шла по беговой дорожке, очень надеясь кого-нибудь встретить.
«Что же он имел в виду, говоря, что во всем виноват?» – задавалась я вопросом, все чаще останавливаясь и с трудом дыша. В левом боку кололо так, словно я без подготовки два километра пробежала, не останавливаясь. Сзади послышался шорох, обернувшись, я увидела бегущую девушку в спортивном костюме и наушниках.
– Помогите, – прохрипела я, уже оседая на землю.
«Так, отчеты сдала. Кухню заказала. Кирилла выгнала. Что-то я забыла…» – перечисляла в голове сделанные дела Лиза на утренней пробежке в любимом парке. Музыка в наушниках нисколько не мешала думать, даже наоборот – успокаивала и настраивала на нужный темп. Оставалось чуть больше трехсот метров до конца дистанции, как Лиза увидела падающую в обморок впереди идущую девушку.
«О боже!» – Лиза подбежала к ней и успела только подставить руки, чтобы голова незнакомки не ударилась об асфальт.
«Что делают при обмороках?!» – застыла в ужасе Лиза, все прежние заботы мигом вылетели из ее головы.