Дарья Чеболь – Меняю на нового… или Обмен по-русски (СИ) (страница 42)
– Мама! Он же некромант! – громко сказал Лас. – А на обряде в храме, если сама Тьма не принимает девушку как невесту некроманта, то ее приносят в жертву!!!
Я, по-моему, побледнела. Потом взяла себя в руки и пожала плечами. Постаралась сделать это спокойно, насколько могла.
– Зато ты жив. Все, идем есть, – решительно тряхнув головой, направилась к костру.
Дойдя до костра, обнаружила, что некроманта там нет. Немного успокоилась, так как сейчас была на взводе. Могла натворить непоправимое. Села рядом с филатини и метаморфом. Мне протянули кружку с чаем и кусок мяса непонятного зверя.
Лас медленно дополз до меня и сел справа, всем своим видом показывая, насколько зол из-за сложившейся ситуации. Пусть так, зато жив. Сыну дали чаю, от мяса он отказался, поведя носом, и вопросительно посмотрел на меня.
– Ребята, где Тан? – спросила я, обращаясь ко всем сразу.
– Восстанавливает магический резерв, – ответил за всех Нат.
Как я их научилась различать? Да очень просто. После обмена кровью я стала видеть, что на Нате – качественная иллюзия. Может, это только я считала его облик иллюзией, а может, так и было на самом деле, но под этой личиной я отчетливо видела Ната. Трудно более понятно объяснить, когда ничего не понимаешь в магии.
Решила не заморачиваться по пустякам. У меня есть более глобальные проблемы. Наберется сил, вымогатель, сам объявится. Что он там под всеми вытекающими имел в виду, интересно.
– Понятно. Ари, как ты себя чувствуешь? – обратилась я к метаморфу.
– Сносно, – басом ответил мне «юноша» Ари. – Мое имя вы знаете, а как ваше?
– Лана, – ответила я, дожевывая мясо. – Меня твой отец просил присмотреть за тобой. Мм, что за вкуснятина?
– Змея, – коротко ответил Нат, а я поперхнулась и быстро посмотрела на Ласа.
Змеевас усмехнулся и сделал вид, что не слышал моей последней фразы. Я, отчаянно краснея, быстро дожевала то, что было во рту, и оставшуюся часть своего ужина отдала филатини. Она молча взяла.
– Он… все еще ждет меня? – дрогнул голос Ари.
– Как видишь, – развела я руками. – Я в курсе ваших… интересов, – обтекаемо дала понять: я в курсе, что они метаморфы. Вслух такое произносить не стала, чтобы не давать новую информацию менталисту, мало ли, вдруг он не знает, что наш декан Грей метаморф. – Не выдам.
– Спасибо, Лана. Я пойду, пожалуй. Спать хочу.
«Юноша» кивнул и, посмотрев на филатини, встал. Изир – тоже. Они пошли спать. У костра остались мы втроем, не считая саламандра. Русал давно спал в своей бадье недалеко от костра, отрастив хвост.
– Чем вы занимались, пока меня не было? – задала вопрос Нату.
– Вначале просто ждали, сидели у того камня, что возник после твоего исчезновения. А когда прошло больше пары дней, начали обустраиваться и искать способы пропитания. Тут, конечно, пустыня, но и еда, слава богам, есть. Скорпионы, змеи… Последние особенно вкусны с голодухи, но их трудно поймать, шустрые. Прошло больше двух месяцев, мы почти потеряли надежду, но и уходить отсюда боялись, особенно Тан. Ты ему, похоже, нравишься.
– Погоди, сколько, ты сказал, прошло? – переспросила я, проигнорировав последние слова менталиста.
– Больше двух месяцев, – посмотрел на меня он. – Мы по заходам солнца считали.
– Как это? – оторопело повернула я голову к змеевасу. – Мне казалось – не более пяти дней.
– В ловушках Лабиринта Силы время течет иначе. Иногда быстрее, чем в реальности, иногда медленнее. И это мы еще не знаем, как время идет за пределами Лабиринта, – ответил сын.
– Вот же… Прямо «Интерстеллар», – сказала я.
А что, не удивлюсь, если вынырнем из очередной ловушки (да, я оптимистка), а прошло уже лет сто.
– Что? – удивленно переспросил сын.
– Да так, вспомнила кое-что. Завтра выдвигаемся дальше. Вы далеко в разведку ходили? – спросила опять у Ната. Но ответил мне подошедший Тан:
– Не дальше пяти часов пути. – Он сел слева от меня.
Змеевас зло зашипел, потом удивленно посмотрел на Ната.
– Двое? Близнецы? – спросил у меня.
– Двое, но нет, не близнецы. Ребята, верните облик, – и даже представила мысленно образ Ната.
Нат вновь стал самим собой.
– Спасибо, теперь точно не ошибусь, когда вдруг на этого, – кивок в сторону Тана, – например, камень упадет.
Некромант только неопределенно фыркнул на словесный выпад Ласа.
В костре что-то зафырчало, затрещало и оттуда выскочил саламандр. Потрясенный голос Рафа в моей голове расставил все по своим местам.
«Два месяца?! Прошло два ррагровых месяца?!» – проорал он, бессмысленно наматывая круги по освещенной костром территории.
А я поморщилась от неприятного крика в голове. Так и до раздвоения личности недалеко. А что? Голоса уже слышу, кстати…
«Хочу уметь общаться мысленно с Рафом! Надоело отвечать во всеуслышание. И так за не совсем адекватную принимают».
Подумала и решила, что змеевасу тоже не помешает такая возможность. Сказано – сделано. И вот уже мы втроем мысленно беседуем.
«Да, два месяца. Так сказали ребята, ты же слышал. Что тебя так встревожило?!» – мягко спросила я, так, в моем понимании, надо с душевнобольными разговаривать.
«Тьма дала мне всего полгода на…» – начал Раф, но тут же ошарашенно замер.
«Ну-ка, ну-ка, хвостатый. На что тебе Хозяйка Грани дала полгода?» – напряженно спросил приятно удивленный новыми способностями змеевас.
«Э-э-э, да так, послышалось мне, извините…» – промямлил саламандр, делая попытку вновь улизнуть в костер, но был перехвачен ловким движением хвоста змееваса.
«От хвостатого слышу!» – рявкнуло вдруг это недоразумение.
«Допустим, я даже не зачту тебе это как попытку оскорбления. На правду не обижаются, знаешь ли», – мысленно ухмыльнулся Лас и, подняв Рафа на уровень своих глаз, уперся в него взглядом. Саламандр, вернувший себе первоначальный размер тела, застыл, вытянулся по струнке и не двигался. А змеевас продолжал гипнотизировать Рафа взглядом. Спустя некоторое время пораженный змеевас быстро посмотрел на меня.
«Дракон? Мама, это дракон?!»
«Ну дракон, – пожала я плечами. – Что еще узнал?»
«Он жрец первого круга Тьмы, высокий пост, был, по крайней мере, до проклятия. Она в наказание за ослушание поставила условие: не успеет избавиться от твоего проклятия за полгода, навсегда останется таким. Жестоко… Он надежда своего клана», – задумчиво проговорил Лас, не сводя взгляда с маленького саламандра.
– Вас не смущает мое присутствие? – агрессивно спросил позабытый всеми некромант.
– Ты знаешь, нет, – флегматично ответила я. – Тебя же не смутило, что если меня твоя богиня не примет в качестве невесты, то я стану жертвой.
– А это и были дополнительные условия, – широко улыбнулся брюнет.
А я задумалась, так ли мне нравятся теперь брюнеты. Раньше – да, несомненно. А сейчас…
Змеевас тем временем опустил на траву саламандра, все еще пребывающего в состоянии ступора.
«Надолго он так?» – задала вопрос сыну.
«Нет, скоро отпустит, – тут же ответил он. – Хочешь, некроманту твоему мозги промою?»
«На предмет?» – заинтересовалась я.
«Ну, например, чтобы забыл про тебя…» – откликнулся он, окидывая взглядом напряженного некроманта.
«А, валяй… в смысле, делай!» – дала добро змеевасу.
И Лас перетек к Тану, уставившись ему в глаза. Сначала ничего не происходило, а потом некромант, зло усмехнувшись, отвернулся от удивленного змееваса и, посмотрев на меня, выдал:
– Ай-ай-ай, Ланочка, неужели ты забыла предупредить своего ручного змееваса, что дала согласие стать моей невестой, скрепив его кровью?
«Мама?!» – Возмущение в голосе Ласа зашкаливало.
– Что это меняет? – начала заводиться я.
– Все! Благодаря обряду ты не сможешь меня убить, а змеевас связан с тобой, – ответил также агрессивно Тан.
– Так он и не пытался, – говорю ему. – Или… Ла-а-ас?