Дарья Часовая – Фиктивный Муж (страница 4)

И решила, пока Илья спит, сделать на завтрак банановые панкейки. Их я научилась готовить, когда с подружкой неделю жила в Америке. Там проходило много мастер-классов для начинающих, и я просто не могла это пропустить. Подружка, конечно, моего восторга не разделяла и ходила по магазинам, скупая все, что попадалось на глаза.

Я полазила по шкафчикам и нашла все, что нужно для приготовления. Мое настроение резко взлетело вверх, и, окрыленная, я принялась за готовку.

Спустя полчаса панкейки аккуратно лежали в тарелке и по кухне разносился аппетитный запах.

Я сняла фартук и убрала обратно в шкаф. Распустила волосы, и они обрушились на мои плечи.

Подошла к столу и, взяв чайник, принялась наполнять его водой, после поставила кипятиться. С сушилки для посуды сняла две чашки. В одну положила чайный пакетик… а в другую просто уставилась. Я даже не знаю, что обычно пьет по утрам мой муж. Чай или кофе? С сахаром или без? Или совсем ничего?

– Кофе без сахара, – услышала я позади себя голос и от испуга уронила ложку на пол.

Я резким движением наклонилась за ложкой, затем сполоснула ее водой. И, собравшись с мыслями, посмотрела на Илью.

Он стоял в одних шортах, с растрепанными волосами, и мой взгляд сразу упал на его шикарное тело. Накачанные руки, шея, грудь, пресс. Я будто видела каждый мускул на его теле.

Мне стало так неловко. Черт, я же на него уставилась. Теперь он подумает, что я совсем не знаю приличий и меня никто не воспитывал. Хотя на самом деле правила этикета у меня отскакивали от зубов и я всегда этих правил придерживалась.

Я нервно сглотнула и тихо произнесла, чувствуя, что мое сердце сейчас выпрыгнет из груди:

– Доброе утро. Я приготовила панкейки. Садись, будем завтракать.

Он слегка вскинул бровь.

По моей коже пробежал холодок. Черт, я же здесь никто. Он, наверное, недоволен тем, что я тут хозяйничаю. Надо было спросить разрешения. Мое сердце от страха застучало еще сильнее. А если он, как мой отец, не поддерживает, когда жены, девушки готовят?

Я сбивчиво протараторила:

– Извини. Мне стоило спросить у тебя разрешения. Черт! Я неправильно себя повела. Извини…

Илья прошел к барной стойке, сел, положив локти на стол, и продолжил всматриваться в меня.

– Ты вся дрожишь… Кира, почему ты меня боишься? – спросил он, тихо качая головой. – Я удивился, что ты умеешь готовить. Просто не ожидал такого ответа. Понимаешь? Мне очень приятно, что ты заморочилась и приготовила… Я думал, ты заказала еду… – Он улыбнулся, опер голову на руку. – Для меня еще ни одна девушка не готовила. Это необычно и очень приятно.

Я чувствовала, как облегчение расходится по всему телу. И на моем лице появилась легкая улыбка.

– Если ты не против, можно я всегда буду готовить?

Илья усмехнулся и вышел из-за барной стойки, приблизился.

– В этом доме ты считаешься хозяйкой. Пожалуйста, не спрашивай разрешения, а делай как тебе хочется. Хорошо? – Он взял меня за руку и с улыбкой на лице посмотрел в глаза.

Я опустила взгляд на наши руки и, слегка кивнув, прошептала:

– Спасибо тебе.

– Кира. – Илья приподнял мой подбородок указательным пальцем и всмотрелся в глаза. – Я тебя не обижу, обещаю. Перестань меня бояться. – Он слегка наклонил голову набок.

Я нерешительно кивнула и снова расплылась в улыбке.

– Вот и отлично, а теперь удиви меня своими кулинарными навыками, – усмехнулся он и вернулся к барной стойке.

Я взяла с сушилки тарелку. В ящике нашла вилку, нож и лопатку. Расставила предметы на стойке и лопаткой поддела панкейк, кладя его на тарелку, которую поставила перед Ильей.

Он отрезал кусочек, наколол на вилку и поднес ко рту.

Я прищурилась и прикусила нижнюю губу, наблюдая, как муж пережевывает кусочек.

– Очень вкусно… это восхитительно, – сказал он, улыбаясь.

Я недоверчиво приподняла бровь.

– Правда?

Он довольно кивнул и отрезал еще кусочек.

– Отец говорил, что это ужасно…

Илья рассмеялся и покачал головой.

– Ты уверена, что он ел? Это же превосходно. – Он протянул ко мне руку. – Подойди ближе.

Я послушно подошла, и он поднес к моим губам вилку, на которую был наколот кусочек.

– Сама попробуй, – сказал он, все так же лучезарно улыбаясь.

Я уже хотела отойти от мужа, но его рука резко легла на мою талию, и он притянул меня ближе к себе.

От такого жеста я немного занервничала и старалась смотреть прямо перед собой, а не на его накачанную грудь.

– Давай, Кирюш, открой ротик, – прошептал он, как маленькой девочке.

Я усмехнулась и выполнила его просьбу. И, ощутив вкус панкейка, пришла в восторг. Господи, я так переживала, что он внутри будет сырой. Но, к счастью, мои опасения были ни к чему. Панкейк получился точно как у того повара, который давал мастер-класс.

Я посмотрела в темно-карие глаза и расплылась в довольной улыбке.

– Да это же шедевр!

Илья рассмеялся и убрал от меня руки.

– Я тебе об этом и говорю.

Я усмехнулась и пошла взять для себя посуду.

Мы позавтракали, и я отправилась в свою комнату собирать вещи, готовиться к четырехдневному отпуску.

Надеюсь, за это время я смогу подружиться со своим «мужем».

И я так рада, что все черты, которые есть в моем отце, в Илье напрочь отсутствуют. И мне становится страшно от мысли, что, когда пройдет три месяца, я совсем не захочу возвращаться к этому деспоту. Он ведь не снимет мне квартиру, не разрешит жить отдельно… Я ведь поначалу боялась оставаться с чужим человеком. Но теперь, когда немного его узнала, поняла, что мне просто выпал шанс отдохнуть от отца, а после мой личный ад вновь вернется ко мне.

Глава 3

Я надела темные джинсы и белый свитер. Волосы завязала в высокий хвост. Вышла в коридор и направилась к гардеробной. На стене нащупала выключатель и в первом ряду нашла свою черную короткую норковую шубку с капюшоном, сняла с вешалки и накинула на себя. На противоположной стороне был ряд с обувью. Я долго решала, какие сапожки взять, и все же мой выбор пал на черные ботильоны на высоком устойчивом каблуке и платформе. Конечно, по гололеду на каблуках ходить нет никакого желания. Но Илья очень высокий, и, находясь рядом с ним, надо стараться быть на каблуках, чтобы не чувствовать себя совсем мелкой.

Я обулась, поднялась с пуфика и, перекинув хвост на плечо, вышла из гардеробной.

И вновь я стала свидетелем разговора Ильи. Я оперлась плечом на стену и из кармана джинсов вытащила телефон. В социальной сети меня отметили на множестве фотографий со вчерашней церемонии. Я посмотрела на время: 19:03. И кидала мимолетные взгляды на Илью в надежде, что он меня заметит и прекратит разговор. Нежелательно будет опоздать на самолет. Илья расхаживал по гостиной и нервно шипел:

– Твою мать, Рита! Успокойся. Ты мне вынесла весь мозг! Я устал тебе повторять одно и то же. Этот брак должен выглядеть убедительно, черт возьми! Не трави себе душу, не смотри статьи в интернете!.. Скажи, как я могу избежать поцелуев с женой? Все, Рита, прекращай… Не неси чушь, я не сорвусь… Через четыре дня вернусь, мы с тобой встретимся… Котенок, я тебя люблю. Просто доверяй мне… Не грусти, скоро увидимся. – Илья кинул на меня взгляд и уже тише проговорил: – Ладно, мне уже пора идти, завтра позвоню. Я тебя люблю, не забывай об этом.

Илья отложил телефон на столик и выглядел нервным и раздраженным.

– Сейчас я накину пальто, и выезжаем, – произнес он сухо, проходя мимо меня, даже не одарил взглядом.

Я кивнула и вернулась в комнату. Из чемодана выдвинула ручку и, тарахтя небольшими колесиками по плитке, вытянула его в прихожую.

Илья уже надел черное пальто, быстрым движением накинул шарф и, подойдя ко мне, забрал чемодан. Выдвижную ручку вернул на место и взялся за обычную, поднимая чемодан с пола.

Не сказав ни слова, мы вышли из подъезда. Водитель открыл багажник и заднюю дверь.

Я залезла в машину, Илья захлопнул дверь и, продолжая стоять на улице, затянулся сигаретой.

Водитель сложил чемоданы в багажник и подошел к Илье что-то обсудить.

Выбросив окурок в урну, Илья открыл дверцу машины и сел рядом со мной.

До аэропорта мы доехали очень быстро. И я немного растерялась, когда увидела кучку репортеров и журналистов.

Муж вышел из машины и, подав руку, помог вылезти мне.