Дарья Быкова – Вербера. Ветер перемен (СИ) (страница 54)
племянник. Попросил воды и подыскать для племянника сменную
одежду и обувь – дескать, тот провалился в болото по пути, нужна хоть
какая-то смена.
Так что вниз я спустилась в образе Фила, в разномастной, но, к счастью, чистой одежде. И в немного разных сапогах. То ли они были сшиты для
человека с разными ногами, то ли руки у сапожника не оттуда растут…
Паладин сидит за столом и изучает… нет, не меню. Откуда в этом
заведении меню, если тут и читать-то хорошо если каждый десятый
умеет. Изучает он декольте подавальщицы – вполне симпатичной, но, на
мой взгляд, слишком разбитной девицы. Хороший повод начать портить
паладину жизнь.
Я сажусь на скамью рядом с Рравешем, хотя еда для меня стоит на
другом конце стола, напротив. Но я жмусь к дядюшке.
Девица смотрит на меня с лёгким раздражением и недоумением. Но не
сдаётся.
– Показать вам… сад, господин, после ужина?..
– Дядя Крис, – бесцеремонно вмешиваюсь я. – А вода в комнате будет?..
– Аккурат после вашего ужина будет, господин, – ласково говорит
девица. Видимо, рассчитывая как раз в это время показать паладину…
сад. Что бы она ни называла этим словом.
– А ты меня помоешь? Ну, как обычно! – заявляю ошалевшему паладину, с удовольствием наблюдая за шоком, обидой и даже некоторым
омерзением в глазах девицы. Чтобы у неё не осталось сомнений, кладу
руку на бедро “дядюшки”.
– Помою, – отмирает Рравеш… и прижимает мою руку своей, сдвигая
немного по ноге вверх. Мы меряемся взглядами, и никто не хочет
уступить. Дальше руку двигать я не хочу – это уже будет слишком
интимно, а забрать не выходит – паладин держит крепко.
Девица уходит на кухню, наградив напоследок меня и Рравеша
убийственным взглядом.
– Сейчас все подавальщицы узнают, что ты – извращенец, –
сочувственно шепчу я.
– Так ты – тоже, – хмыкает, кажется, ничуть не расстроенный Кристиан.
– Но меня-то они не интересуют! – усмехаюсь я.
– И меня! – заверяет Рравеш. И, сволочь, двигает мою руку ещё немного.
– А то ты не собирался смотреть з… сад! – огрызаюсь я.
– Собирался, – неожиданно соглашается паладин. – За сплетнями. Но
теперь у меня появилось другое, куда более интересное занятие.
– Даже не думай! – фыркаю я.
– Не могу не думать, – мечтательно отзывается паладин, обжигая меня
взглядом. – Я уже это представил…
– Вот и хватит с тебя! – огрызнувшись, вырываю, наконец, руку и
пересаживаюсь на другой конец стола. Хорошо, что еду принесли до
того, как узнали, что мы – пара извращенцев. А то ведь могли и
плюнуть…
Я уверена, что тему с мытьём мы закрыли – пошутили, и хватит, но стоит
вернуться в комнату – я очень старалась съесть всё быстрее, но паладин
просто не стал доедать свой ужин, хотя там оставалось ещё больше
половины, и пошёл за мной, стоит вернуться в комнату, и паладин тянет
меня в истинный облик. На этот раз очень осторожно. Медленно и
кажется даже, что бережно.
Одежда тут же начинает с меня сваливаться, она и Филу-то была
велика…
– Ир-рби, – тянет Рравеш, вставая за спиной. – Ты многое должна мне
рассказать…
Я стою неподвижно. Глупо будет вырывать у паладина одежду, которую
он аккуратно снимает. К тому же я боюсь, что одежда этого не выдержит, и если на завтрак я приду полуголой, это будет уже слишком смело для
деревенского общества. Нас забьют камнями.
– Ты поклялся жизнью меня не принуждать, – напоминаю Рравешу. –
Интересно, если тебя убьёт эта клятва, я освобожусь или тоже сдохну?
Мне бы не хотелось проверять…
– Я не собираюсь принуждать тебя к близости, – судя по голосу, улыбается паладин. – Я просто тебя помою. Ты же сама просила… Ир-
рби.
М-да. Надо запомнить, что с паладином такие шутки не проходят, и на
будущее придумать что-то другое. Я позволила снять с себя сапоги, переступила через упавшие штаны, и осталась совершенно голой. Ну что
ж, паладин, давай, мой. И посмотрим, насколько хватит твоей выдержки.
Ты ходишь по краю, и я, увы, вместе с тобой.