Дарья Быкова – Вербера. Ветер перемен (СИ) (страница 35)
Невольно зажмуриваюсь – и прощаясь с бестолковой жизнью, и вопреки
всему лелея надежду, и просто от того, что перед глазами творится
невообразимое – чередование чёрных и белых вспышек, и каждая
чёрная приносит очередную дозу тёмной магии…
Из-за опьянения магией, я плохо помню, что было дальше.
Кажется, у меня хватило ума сменить облик на Анну и даже облачиться
обратно в платье. Вроде бы, за мной пришёл Рравеш. По крайней мере, ушла я не сама, и смутно помню, как он спускается по лестнице, держа
меня на руках, а я звонко и с выражением читаю ему свой стих, и
хвастаюсь хвостом, который бесстыже задирает подол нескромно-
красного платья, чтобы показаться во всей красе… Впрочем, возможно, это всё мне уже приснилось, потому что паладин не рассердился на
дразнилку вообще ни капельки.
– Сколько тебе лет, метаморф? – спросил он уже где-то на улице.
Вероятно, намекал, что стих – детский. Короткий слишком, что ли?
– Двадцать три, – ответил очень пьяный и потому очень честный
метаморф.
Зевнул. И окончательно уснул.
Глава 9
Очнулась я в повозке, когда было уже светло. На мне было всё то же
красное платье, и я с облегчением выдохнула, поняв, что у меня облик
Анны. Я не могла сформулировать точно почему, но показаться
паладину в истинном облике, который он знал, как Лизу, казалось крайне
неудачной затеей.
Зверски хотелось есть. И словно в насмешку в воздухе едва уловимо
пахло едой. Я даже глаза на секунду прикрыла… пахло восхитительным
сочетанием мягкого хлеба и сочного, долгое время томлёного на
медленном огне мяса. Увы, но пахло, кажется, снаружи. Рядом со мной
валялась сумка, вероятно, вынесенная паладином из дома убиенного им
инквизитора… Я без зазрения совести сунула туда нос – ничего
съестного, только книги и одежда. Книги мельком просмотрела – о всякой
нечисти, о блокировке магии, и ещё куча выдранных из других книг
листков со сведениями про метаморфов… Несколько листиков я решила
припрятать. Но сначала переоделась в одежду, также позаимствованную
у жертвы паладина – чёрный с серебряной вышивкой камзол, очевидно
говорящий о принадлежности к Инквизиции. Листки безжалостно
сложила в четыре раза и сунула в карман. Потом на досуге почитаю. У
меня прогрессирующая тяга к саморазвитию и самосовершенствованию.
Менять облик я не стала, разве что хвост убрала, и выбралась наружу.
Легко пробежала по достаточно широкому и ровному краю повозки и
уселась рядом с паладином.
Рравеш скользнул по мне задумчивым тёмным взглядом, откусил от
бутерброда и перевернул страницу лежащей на коленях книги.
Я щёлкнула зубами, и забрала у лорда бутерброд. Съела, и ни
вопросительно выгнутая бровь, ни становящийся всё более удивлённым
взгляд мне ничуть не помешали.
– Ещё есть? – спросила я.
Рравеш опустил взгляд в книгу, отлистал назад несколько страниц и
тоном очень заслуженного и ещё больше занудного лектора зачитал:
– В силу своей магической природы метаморф не нуждается ни в воде, ни в пище.
– Нету? – погрустнела я, не желая никак комментировать подобную
чушь. Наверное, чёрные маги – очень прижимистые ребята. Вот и пишут
всякую ерунду, лишь бы на еду не тратиться…
Рравеш, словно задавшись целью реабилитировать репутацию чёрных
магов, молча протянул мне ещё один бутерброд. И слегка улыбнулся. И
я поняла, что облик Анны срочно пора менять на другой, непривлекательный, и лучше всего, вообще на мужской, потому что
улыбка лорда слишком мягкая и искушающая – именно так опытные
ловеласы улыбаются своей очередной наивной и невинной пока ещё
жертве… Моё сердце даже споткнулось от этой полуулыбки. Слишком
неожиданно. Всего лишь неожиданно. Спокойно, Ирби. Сменишь облик
на привале, чтобы не выглядело, что ты делаешь это из-за него, и всё.
Лорд перестанет видеть в тебе красивую девицу… да и девицу вообще.
Я ведь не наболтала ему вчера ничего лишнего, кроме стихов?
– Инквизиторы не могли ошибиться, – уверенно заявила я лорду, чтобы
как-то разрядить обстановку. Не по себе мне от того, с каким вниманием
лорд наблюдает за тем, как я ем. – Метаморфы не нуждаются в еде, я
нуждаюсь, соответственно, я не метаморф. Снимай поводок, паладин, и