Дарья Быкова – Лаис Разящая (СИ) (страница 26)
– Мы находимся в самой высокой точке города, Ваша Светлость. Условно город можно поделить на две части – верхнюю, в скалах, и нижнюю в долине…
Ирислав слушает, кивает, и ничего не спрашивает, не говорит и не предлагает, вот только смотрит, смотрит… Так, что Лаис всё-таки не справляется с собой в середине экскурсии и растерянно замолкает на половине фразы про Мерцающий водопад. Кажется, первую половину она сказала совершенно верно, но вот беда – напрочь забыла, что там во второй… и вообще про всё забыла, кроме того, как может быть с князем хорошо.
– Я никого не оскорблю, если искупаюсь? – хрипло спрашивает князь, прерывая затянувшееся молчание.
Девушка отрицательно качает головой, на всякий случай набрасывая на него отвод глаз, хотя место пустынное. Но мало ли…
– Вода холодная, Ваша Светлость, – предупреждает она, размышляя, а не искупаться ли и ей тоже.
– Холодная – то, что нужно, – уверяет князь, мигом скидывает рубаху и сапоги, и прыгает в воду.
Аделаис задумчиво смотрит на плывущего к водопаду мужчину… и тоже раздевается. Она вот как раз вспомнила конец фразы и ещё пару интересных фактов про местные достопримечательности. Надо непременно догнать и рассказать.
– Лаис, – всё также хрипло выдыхает Ирислав, когда она встаёт рядом с ним под струи водопада. То ли вода ему недостаточно холодная… то ли слишком холодная, и он уже простыл. – Выходи за меня!
Аделаис против воли улыбается. Не забыл, не остыл…
– Нет, – шепчет, обвивая руками шею князя, прямо ему в губы. – Это – нет.
– Я немного в недоумении, госпожа Аделаис, – очень светским тоном произносит полностью обнажённый Верховный князь Шести княжеств через полчаса, выжимая штаны и пряча усмешку в тёмном и сытом взгляде. – Обычно девушки отказывают в близости до замужества, а не в замужестве после близости…
Госпожа Аделаис лишь пожимает плечами, скручивая ставшие невероятно тяжёлыми от воды волосы:
– Разочарованы, Ваша Светлость?
– Очарован, но раздосадован, – князь щупает влажную ткань одежды и, поморщившись, снимает кольцо-ограничитель. Вода дисциплинированно покидает штаны, и собравшись в небольшую лужу у ног князя, бежит обратно к реке. Волосы Лаис моментально высыхают тем же образом, и она начинает одеваться.
Кажется, князь стал куда искуснее и устойчивее, а ведь она так и не доложила своему королю о его необычных способностях. Обо всём остальном – да, даже о том, что они были близки, но только не об этом… Сложно стоять на двух берегах разом, даже если между этими берегами потихоньку выстраивается мост.
Ирислав тем временем надел кольцо, штаны, рубаху и сапоги. Он больше ничего не спрашивает, но Аделаис понимает, что надо объяснить. Объясниться.
– Если я выйду замуж, – говорит она, взяв князя за руку и переплетая пальцы, – мне придётся выбирать. Нельзя служить двум государствам, и две Родины не бывает. И я могла бы выбрать страну мужа, но мой ребёнок будет альдом. Чистокровным альдом, Ирислав. В любой человеческой стране он всегда будет чужим. Я не знаю, что с этим делать, верности какой стране учить, какому народу? Почти все смешанные пары живут в королевстве альдов, как раз из-за детей…
Князь чуть сжимает её руку и молчит. Вероятно, тоже не знает, что с этим делать, и Лаис ему благодарна за то, что он не давит, не требует от неё прогнуться в том, в чём она уступить никогда не сможет…
– Приезжай пока хотя бы просто послом, Аделаис, – говорит, наконец, князь.
– Это как решит мой король, – смиренно отзывается девушка. Хотя, кажется, король решил и практически приказал ей ещё вчера. – Так вот, Мерцающий водопад, Ваша Светлость…
Следующим утром Ирислав отправляется обратно, а Лаис, наконец, получив разрешение навестить Йара, а заодно и задание сопроводить Трома в Академию в королевстве Син, направляется совсем в другую сторону. Впрочем, уже максимум через две недели она должна быть в княжествах в роли посла. Король альдов не видит оснований отказывать правителю соседней страны в столь пустяковой просьбе, а у самой Лаис не хватает силы воли его об этом просить. Слишком сладко рядом с князем, слишком хорошо, так и хочется погреться хоть ещё немного, так и тянет поверить, что решение найдётся само…
Приезжать раньше Лаис не стала. Сказано – две недели, значит, две недели. Хотя, конечно, соблазн был. Она начала скучать по князю, кажется, раньше, чем он отпустил её руку, прощаясь перед отъездом.
И вот, наконец, княжества. Лаис ловит себя на том, что начинает и в самом деле примерять и прикидывать – что, если остаться здесь навсегда?.. Совершенно лишняя, несбыточная, но очень навязчивая мысль…
Девушка морально готова к тому, что в доме, отведённом под альдово посольство снова царит развал, и шарится кто ни попадя, ведь никто из послов не провёл там и одной ночи, но тут её ждёт сюрприз: дом прибран, а в вазах на подоконнике свежие цветы. Два совершенно разных букета. Один – из всяких разных полевых цветов, и Лаис может предположить лишь, что это – мальчишка из шкафа, другой – ярко-красные, свежие розы… неужто Ирислав?
Девушка неторопливо распаковывает вещи, на этот раз она привезла с собой даже несколько платьев – всё же князь был на редкость убедителен в том, что другого посла не примет, и что ей придётся задержаться… Закончив, надевает маску, затем, поразмыслив, накидывает и отвод глаз, и идёт прогуляться. Послушать, посмотреть… а себя не показывать.
Судачат в городе разное. Говорят, князь подбирает себе жену. Чтобы умница была, да красавица, да магическим даром не обделена, ибо пора уже верховному и о наследниках подумать… Смотрины в самом разгаре – едут к князю девицы-красавицы одна за одной. И рады горожане, что князь образумился, да про девку альдову и думать забыл, вон и послов отсылает, как и раньше…
Ведунья Василина, говорят, из ревности бабьей воспротивиться намерениям князя жениться пыталась, за что сидит в тюрьме, али в бегах находится – версии разные, кто во что горазд.
Княгиня Шестого Княжества Иршша пропала во время визита Ирислава, да так и не нашлась, и шепчут сплетники, испуганно озираясь, но не в силах удержать в себе страшную догадку, что это верховный князь её за непокорность извёл. Дескать, отказала она ему в близости, али дерзила, али налоги утаивала… а потом добавляют ещё тише, что князь хоть и не маг, но на службе у него самый настоящий демон – по одному слову хозяина демон этот камни неподъёмные ворочает, море вспять поворачивает, и головы непокорным подданным отрывает. А кормит князь его сердцами своих женщин, и когда происходит это, собирается в небе гроза красная, противоестественная…
Устроившись на скамейке на краю главной площади, Лаис чуть плотнее закутывается в плащ – несмотря на то, что днём светит солнце, ветер уже по-осеннему холодный, промозглый… и надо бы уже пойти домой, да вот беда – не хочется домой, хочется в гости. К тёмным глазам и горячим рукам, а надо ждать до завтра, да и как ещё примет её князь, оскорблённый третьим отказом?.. Может, подумал-подумал, да и рассудил, что выхода нет, не стоит и морочиться?
А впрочем, что толку гадать? Да и после предложения и букета ход явно на её стороне.
Девушка оставляет на скамье горячее вино, к которому так и не притронулась, и незамеченной никем направляется к замку.
В замке и в самом деле людно. Захоти Лаис переночевать здесь, а не в отведённом под посольстве доме, может, и места бы не нашлось. С другой стороны, если и ночевать в замке, то уж точно не в отдельных покоях, а у него…
Из любопытства она незаметно заглянула в несколько гостевых комнат. Кое-где это удалось легко, кое-где пришлось чуть повозиться, но это было даже интересно – в комнатах и в самом деле жили сплошь дамы – судя по вещам, и дамы весьма непростые, так что на свои комнаты навешали защитных заклятий, кто во что горазд.
И, кстати, покои князя тоже сплошь обмотаны заклятиями, и Лаис, вздумай она попасть туда незаметно, пришлось бы делать даже не отвод глаз, а небольшой пространственный переход – чтобы не пересекать контур. Впрочем, она не собирается пока туда лезть, тем более, что самое интересное, кажется, происходит снаружи: под дверями кабинета князя бойко спорят четыре девушки, все богато одетые, правда, с разной степенью скромности. Дружинники, подпирающие и охраняющие двери, изо всех сил стараются сохранять невозмутимый вид и вообще прикинуться статуями, но на их лица сами собой то и дело наползают усмешки.
– Да в сотый раз говорю вам, я пришла, потому что почувствовала, что кто-то нарушил мои охранные заклятия! – оправдывается высокая рыжая девушка, гневно сверкая серо-зелёными глазами то на дружинников, то на остальных.
– И кто же? – сварливо вздёргивает подбородок другая магичка – невысокая, с пышными формами и при этом с очень тонкой талией. – Когда мы с Лайрой пришли, никого кроме тебя тут не было. Признайся, отвела солдатикам глаза и пыталась проникнуть внутрь!
– Если бы я хотела проникнуть внутрь тайком, ваши смешные подобия заклинаний меня бы не остановили, самоуверенные курицы! Говорю, вам, тут кто-то был! Может, он и сейчас там!
– И где же он? – неприязненно спрашивает третья – очень худая блондинка с прозрачно-голубыми глазами, прикладывая руку к стене. – Как прошёл охрану и наши заклятия? Да и вижу я, нет там никого. Потрудилась бы придумать что другое!