Дарья Быкова – Дорогой чужого проклятия (страница 11)

Пришлось брать кое-какую одежду на размер больше и поспешно выбегать из лавки – что-то свербело внутри при взгляде на очаровательно улыбающегося своей собеседнице Шеррайга. Но я успела увидеть только удаляющуюся спину этой дамы, а мне так хотелось увидеть её лицо и убедиться, что она некрасива и стара. И просто спрашивала, как пройти. В библиотеку. Ага.

– А почему ты не выдернул Мэрроя из портала, как меня?

Мы сидели за большим и круглым, минимум человек на пять, а скорее даже на семть-восемь, столом в таверне “Рыжий хвост”. Я наворачивала ароматную уху с зелёным горошком, а Шеррайгу его заказ ещё не принесли, так что, на мой взгляд, он вполне мог скрасить своё ожидание рассказом.

– Он не пользуется порталами, как раз из-за меня. – Шеррайг что-то задумчиво изучал в окне за моей спиной, я подавила желание обернуться.

– А проложить портал прямо к нему и застать врасплох?

– Своё имение он в принципе изолировал от порталов, – вздохнул Шеррайг. – А когда выезжает куда-то, всегда берёт экранирующий амулет, который не даёт открыть портал ближе, чем в пятидесяти метрах. И этих метров ему вполне хватит, чтобы меня размазать… – Шеррайг приветливо улыбнулся и кивнул девчушке, принёсшей его заказ – что-то мясное. Пахло вкусно, но он отчего-то не торопился приниматься за еду.

– А теперь, когда ты его не чувствуешь, он может пользоваться порталами?

Шеррайг помрачнел и кивнул.

– Чужими сможет. Я, вероятно, почувствую отголоски, но вмешаться точно не успею и не смогу.

– А ван Дейн тебе был зачем? – Спросила я, отправив в рот последнюю ложку супа. Надо было пользоваться разговорчивостью элронца. Ну, относительной разговорчивостью, но что есть, то есть…

– Съесть хотел.

Он так серьёзно это сказал, что я сразу вспомнила и клыки, и страшные байки, которые травили в народе про элронцев… и почти поверила. Почти.

– А чего меня не съел? – Я нагло – прости, мама, совсем твоя дочь манеры растеряла, – подцепила вилкой кусочек мяса из тарелки Шеррайга. Мммм…ням-ням, вкусно-вкусно.

– Ядовитая, костлявая… – горестно посетовал элронец, выразительно скривившись, и принялся за свою еду.

– Сам дурак, – беззлобно ответила я, утаскивая ещё кусочек из его тарелки. Мясо действительно было вкусным, но, на самом деле, это было второстепенно. Мне грело душу то, что я могу таскать куски из его порции, это как некий ритуал сближения, почти дружбы. Кто-то пьёт на брудершафт, а кто-то делит еду. Не уверена, правда, что сам Шеррайг был в курсе того, что, по моему мнению, он только что подпустил меня к себе ближе. Но ему пока и не надо. Хи.

Мне принесли десерт – запечённое яблоко, и я оставила в покое тарелку Шеррайга. Некоторое время мы молча ели, но вопросы роились и множились в моей голове и я, сочтя, что дала ему время перекусить, подняла глаза от наполовину съеденного десерта, намереваясь продолжить разговор.

И чуть не выронила вилку. Он смотрел так…так… как будто видел что-то весьма прекрасное и притягательное, что-то невероятное, удивительное, восхитительное и очаровательное. И смотрел не на меня. Не. На. Меня. Понимаете?

Поборов тут же появившееся и совершенно недостойное желание вонзить чудом удержанную ранее вилку элронцу в руку, я с непринужденным видом повернулась посмотреть – что это его так… кхм… впечатлило.

Ну… да. Она была хороша. Эльфийки, знаете ли, вообще отличаются красотой. Но это же не повод вести себя как идиот… я на всякий случай отложила вилку подальше – желание ткнуть ею Шеррайга никуда не делось. Эльфийка, только зашедшая в таверну, поймала взгляд элронца, и в её глазах стала разгораться заинтересованность – ещё бы!; она направилась к нашему столику плавной, скользящей походкой.

У неё были золотые волосы – поверьте, если бы был малейший повод сказать, что у неё была тощая белобрысая косичка и невыразительные рыбьи глаза, я бы так и сказала. Увы, волосы были густые и золотые, глаза – голубые и просто огромные.

И голос оказался тоже весьма милым, чёрт возьми.

– Привет. Я – Элиза, – девушка решила, видимо, не терять времени даром и теперь стояла у нашего стола, протягивая руку моему… ну, не совсем моему элронцу. Хотя, сейчас он выглядел как человек – насколько я заметила, он старался не появляться на людях без маскировки. И это наводило, кстати, на мысли о действительном количестве элронцев в нашем мире вообще, и в нашей стране в частности. Что, если они все так маскируются? А ведь, скорее всего, так и есть.

Он привстал, чтобы поцеловать ей руку. Я представила, что сейчас вот он повернётся ко мне и скажет “Иди, девочка, погуляй пару часиков”, и я точно умру от унижения. Поэтому я резко вскочила, они оба удивлённо на меня посмотрели – вероятно, вообще забыли, что я здесь есть, и, пробормотав “Пойду прогуляюсь”, торопливо выбежала из таверны, успев ещё услышать как Шеррайг представляется почему-то Брианом.

Выбежав на улицу, я застыла, не зная, куда податься дальше. Вы же помните – у меня географический кретинизм, если уйду далеко – точно заблужусь. Я растерянно озиралась, пока, наконец, не заметила небольшую площадь с фонтаном – туда вела одна из боковых улочек. Сама таверна располагалась на широком бульваре, от которого разбегались многочисленные ответвления. С площади я даже, пожалуй, смогу наблюдать за выходом из таверны, если Шеррайг вдруг вздумает меня искать… что, конечно, вряд ли.

Интересно, кому из нас он назвал настоящее имя? – размышляла я, направляясь к фонтану. Хотелось бы, конечно, верить, что мне… но… но… Тут меня осенило – он же не спрашивал как меня зовут! И я сама не представилась… и – точно, он ни разу не называл меня по имени. Я дошла до фонтана и присела на краешек чаши – она была метра четыре в диаметре, сам фонтан был выполнен в виде статуи девушки. Она сидела на камне, закрыв лицо руками, и лила слёзы. И мне что-то вдруг очень захотелось к ней присоединиться. Или наоборот – расхохотаться, слегка истерически – ну и что ж? над собственной глупостью. Придумала что-то там про шаги к дружбе. Ревновать его решила. А он даже не знает, как тебя зовут, и ему всё-рав-но.

– Привет. У тебя что-то случилось? – передо мной стояла девочка лет восьми-девяти, в трогательно розовом платьице с оборочками и с большими бантами в тоненьких косичках.

Я хорошо отношусь к детям. Правда. Но развлекать совершенно чужого ребёнка в этот момент мне совершенно не хотелось. Так что я отрезала “Нет” и отвернулась, вернувшись к разглядыванию фонтана. И девочка отстала, куда-то быстро убежала, так же неслышно, как и появилась. Я даже удивилась. И ощутила себя немного виноватой – расстроила ребёнка, наверное…

– Привет. У тебя что-то случилось? – на этот раз ко мне подошёл симпатичный молодой человек. Мелькнула мысль: вот он, шанс отомстить гадкому элронцу. Но мстить не хотелось. И молодой человек улыбался как-то слишком уж ласково, мне, похоже, милее клыки, ага. Так что ему я тоже ответила “Нет!”, ещё менее любезно, и совершенно без неловкости.

Когда передо мной появилась благообразная старушка и произнесла ровно с той же интонацией, что и предыдущие люди:

– Привет. У тебя что-то случилось?

… я, наконец, поняла, что что-то не так. У старушки не было ауры, а девушка на фонтане уже не плакала – она опустила руки и хищно на меня смотрела. А вода лилась изо рта, а не из глаз, оказывается – машинально отметила я.

Кричать было бессмысленно – не услышит меня отсюда Шеррайг. А редким прохожим явно на меня плевать… если прохожие – и вовсе не такая же иллюзия, как подходящие ко мне люди. С другой стороны, ничего плохого мне пока не делают, просто вызывают на диалог. Отчего бы и не поговорить?

Я медленно поднялась с бортика и невежливо потыкала в старушку пальцем – палец не встретил никакого сопротивления. Действительно, иллюзия. Но качественная, объёмная.

– Чего ты хочешь? – Миролюбиво и даже с любопытством спросила я.

– Помочь тебе. – Теперь, когда не надо было притворяться и озвучивать одного выбранного персонажа, фонтан – для себя я решила, что это он тут главный, говорил хором из сотни слаженных голосов. Мне показалось, что я даже могу различить голоса девочки, молодого человека и старушки – она, кстати, исчезла. От многоголосия, звучащего прямо у меня в голове, было жутковато.

– Тебя обидели… унизили… уничтожили… оскорбили – теперь голоса шептали наперебой. – Мы отомстим… замучаем, убьём, накажем, изничтожим… он будет страдать, страдать, страдать…

Я молчала, и голоса перешли к сути:

– Присоединяйся к нам… стань одной из нас… отомстим вместе… вместе… вместе… ты больше никогда не будешь отвергнута… никогда не будешь одна…

Я потихоньку попятилась обратно в сторону таверны. От голосов, звучащих в голове, эта самая голова начинала болеть. А «больше никогда не будешь одна» – это для меня вообще звучало как угроза. И весьма страшная. Совсем молча уходить было как-то неудобно, и я выдала стандартную фразу для случаев, когда тебе что-то настойчиво втюхивают:

– Большое спасибо за ваше предложение, очень интересное, я обязательно над ним подумаю.

– Куда же ты? Он не ценит тебя… не ценит… Мы ценим… ценим… Мы примем… – шептал фонтан.

– Не ценит, это правда, – грустно согласилась я, отступая ещё немножко и мысленно добавляя, что всё ещё впереди. За что ему меня ценить, ведь он меня пока не знает. До улочки оставалось ещё два больших или три обычных шага. Но у меня не получалось их сделать. Вообще никак. Я старательно давила в себе панику.