Дарья Акулова – Семь бед и змеиный завет (страница 6)

Я молчу.

– О Тенгри… Что за девчонка?.. Мы не общались шесть лет, Инжу! Неужели ты не хочешь провести в компании друга месяц-другой?

Друг. Единственный друг, что у меня остался. Мне этого хочется сейчас больше всего. И хотелось на протяжении всех этих лет. К тому же, Айдар ведь сам вызвался, так? Я его не заставляла и даже не просила.

– Ладно, – киваю я.

– Я ожидал большего восторга.

– Я должна кинуться в твои объятия?

– Я был бы не против.

Я поджимаю губы, хватаюсь за камшу, но Айдар замечает это, ударяет пятками в бока Акку, чтобы та отскочила вперёд. Камша попадает по крупу кобылы, от чего она недовольно взвизгивает.

– Мазила, – смеётся Айдар.

– Ну я сейчас тебе покажу! – закипаю я и устремляюсь вслед за ним.

Глава 4. Две звезды

Я просыпаюсь от крика жаворонка, что раздаётся прямо над местом нашей остановки. Сабаз и Акку сразу начинают перефыркиваться между собой. Я поднимаюсь на локтях, и шуба, которой я укрывалась, соскальзывает к животу. Шея болит. На сумке спать – это тебе не в юрте в мягкой постели. Но я осознаю, что впервые спала без тех снов с участием странных существ и кобыза.

Тру глаза и тут же смотрю на руку: вдруг исчезла змеиная кожа? Но нет. Радует только одно – она не расползлась ещё дальше. После короткого сна тревожность немного ушла. И я всё же рада, что отправилась в путь не одна.

Айдар переворачивается на спину, но глаза остаются закрытыми. Он так изменился с того злополучного дня. Ушли детские щёки, лицо стало более угловатым, да и ростом он вытянулся. Красавец…

Я смущаюсь от собственных мыслей. Раньше мне казалось, что я в него влюблена. Как и многие девочки в округе. Да и он говорил, что хочет жениться лишь на мне. Мы, конечно, были детьми, но изменились ли его чувства ко мне? А мои?

Айдар вдруг открывает глаза, словно почувствовав, что я его рассматриваю, а я перевожу взгляд наверх, разглядывая ветки.

– Давно не спишь?

Он зевает.

– Только что проснулась. Доброе утро, – говорю ему я и нехотя вылезаю из-под тёплой шубы.

Я роюсь в сумке, чтобы достать немного вяленого мяса и воды. Боюсь, что за нами всё-таки отправили кого-то из аула, поэтому нужно позавтракать и выдвигаться. Айдар тоже поднимается, прислоняется спиной к стволу, откупоривает бурдюк и делает несколько глотков. Пять деревьев, выросших кругом, послужили нам местом ночёвки. На ветках уже появились первые листочки. Но они слишком малы, чтобы укрыть нас в случае дождя. Дождь! Я ничего с собой не взяла, чтобы укрыться в пути! Хвала Тенгри, что обошлось без него. Будь я Лебедицей-баксы, соорудила бы нам щит.

А ведь Айдар тоже мог бы.

Меня стукает внезапное осознание, что мой друг – баксы. Они ничем не отличаются от обычных людей, разве что узнать их можно по ритуальному наряду, надеваемому во время обрядов. Вот и Айдар выглядит обычным. Он из богатой семьи бия26. Осанка всегда прямая и горделивая, речь слаженная, одежда жёлтых и светло-коричневых тонов, свойственных всем представителям Беркутов, только из дорогих тканей. Айдар, держа в зубах кусок лепёшки, повязывает на голову ткань, потом надевает расшитый растительным орнаментом шапан.

– Ты чего всё смотришь? – спрашивает он, жуя, снова замечая, как я пялюсь.

Я тут же делаю вид, что тоже собираюсь, и спрашиваю:

– Ты что, правда можешь использовать магию?

Айдар глядит на меня, ускоряет движения челюстями, глотает и только потом отвечает:

– А что?

– Просто это… – задумываюсь я, – это так странно. Для чего Ульгень27 послал дар мужчине?..

– А для чего Ульгень наградил тебя змеиной кожей?

Смущённо прячу кисти поглубже в рукавах.

Ну спасибо, Айдар. Я только забыла об этом.

– Прости, – Айдар виновато чешет затылок.

Зачем он это сказал? Ему неприятно это видеть? Неприятно дотрагиваться до меня? Мне неспокойно от этих вопросов в голове.

– И… что ты умеешь?

– В смысле?

– Магия. Что ты можешь?

Айдар медлит с ответом, но потом задирает голову.

– Много чего.

– Покажешь?

– Прямо сейчас?

– А почему нет?

Айдар осматривается в поисках чего-то и садится поудобнее, скрестив ноги перед собой. Его взгляд останавливается на кучке пожухлых листьев рядом, оставшихся на земле с прошлого года. Он тянет руку, делает пару круговых движений кистью над ними, и – о Тенгри! – воздушные потоки начинают закручивать их, поднимая немного вверх.

Я никогда не видела, как колдуют баксы-Беркуты, поэтому мои глаза округляются. Рука его чуть переливается от некоего внутреннего свечения. Листья кружатся всё быстрее, поднимаются вслед за рукой друга, и вот он уже держит их в воздухе прямо над ладонью. Потом Айдар поднимает вторую руку и будто толкает ею в мою сторону. Воздушное течение вместе с листвой резко устремляется мне в лицо так, что перехватывает дыхание. И теперь у меня наверняка листья в волосах, поэтому Айдар улыбается.

– Как-то так.

А ведь это могла быть я. Я должна была получить эту силу. Почему он, а не я?..

Я стараюсь не выдать то, о чём думаю, поспешно убираю еду обратно в сумку, и принимаюсь поправлять косу, что растрепалась во сне.

– Эй, – слышу голос Айдара, но не смотрю на него. – Инжу.

– Что?

– Ты в порядке?

Но я уже встаю, хватаю свои вещи в охапку и направляюсь к Сабазу.

– Айдар! – грозно рявкаю я, увидев друга, сидящего у воды на камне.

Он дёргается и оборачивается. Я уже была совсем рядом с ним и утыкаю руки в бока.

– Почему не разбудил меня?!.. – Вижу тонкую красную струйку, стекающую по его щеке к шее. – Ой…

– Ой, – передразнивает меня Айдар, нахмурившись.

Только сейчас я замечаю, в одной его руке небольшое зеркало, а в другой – нож. Не совсем обычный: это бритва. Он откладывает её, берёт с коленей кусок ткани и, глядя в зеркало, прикладывает её к ране.

Я, кажется, стою бледная. Айдар видит меня в отражении.

– Всё нормально, просто небольшая царапина, – говорит он.

– Прости, что напугала.

– Забыли.

Он снова берёт нож, подносит к лицу и аккуратно начинает проводить лезвием по коже.

– Ты что, никогда не видела, как бреется твой отец? – усмехается он.

Я мотаю головой, чтобы немного прийти в себя.

– Нет… То есть да… То есть… – я шумно выдыхаю и топчусь на месте. – Я ещё не видела, как это делаешь ты.

– Мне восемнадцать, Инжу. И да, у меня растут волосы на лице. А не разбудил я тебя, потому… Потому что ты так сладко спала… Что с тобой? – спокойно спрашивает Айдар, всё так же сосредоточенно проводя лезвием по щекам.

Я узнаю перед собой своего друга детства. Но одновременно понимаю, что он незнакомец.