Дарья Адаревич – Его сбежавшая Принцесса (страница 51)
— Капля крови? — рассмеялась голова, — не думала, что у вас так много крови осталось!
— Нет, не кровь, — покачал головой Эд, — нас связывает болото истины. Может, нам надо сказать какую-то правду?
— Какую?
— Любую, открыть секреты! Что-нибудь, что мы друг о друге не знаем.
— Спрашивай, отвечу все, — сказала я, — спрашивай, что тебе интересно?
— Какие твои любимые цветы?
Я рассмеялась от неожиданности.
— Так какие?
— Васильки.
Эд провел ладонью по моей щеке.
— Васильки, — повторил он.
— Да… полевые цветы… люблю полевые цветы.
— Твой вопрос, отвечу все.
Я хотела знать все, о его детстве, о его друзьях, о его увлечениях и мечтах… но в тот момент с языка сорвалось другое.
— Расскажи о своей маме, — попросила я.
— Я был маленьким, когда она умерла, — негромко сказал Эд, — но у нее был потрясающий голос и она пела колыбельную. Знаешь, у нас было много слуг, но мама сама укладывала меня спать. А еще она тоже любила васильки, а еще ромашки. Она много улыбалась и говорила, что думает. И она умела любить.
Я прижалась лбом к его лбу.
— Очаровательно, но бесполезно, — послышался голос головы, — не знаю, на что вы рассчитывали, обмениваясь секретами, но никакие потайные двери это вам не откроет.
Мы решили снова осмотреть стены. Быть может, мы пропустили подсказку, трещину, что угодно. Потом осмотрели землю. Ничего. Потом я залезла Эду на плечи, и осмотрела все сверху. Никаких зацепок.
— Голова хочет нам помочь, — повторял Эд, — помочь…
— Ты все еще в этом уверен?
— Уверен. Полностью уверен. Я чувствую, мы должны что-то сделать. Мы же ненастоящие. Здесь все ненастоящее.
— Да, мы с тобой лишь души.
— Души, — повторил Эд, — а души же свободны, мы должны освободиться, забыться… все что угодно.
— Танец! — воскликнула я.
— Танец?
— Он стирает все границы…
Эд задумался.
— Ну давай попробуем.
Мы встали рядом. Я положила руку ему на плечо, Эд мне на спину.
— Танцы?! — послышался смех головы, — я вам даже музыку найду!
И заиграла музыка. Очень красивая музыка. Самая красивая на свете. Нежная и быстрая. Мы одновременно улыбнулись друг другу и начали. Сначала медленно, точно вспоминая забытые движения, потом быстрее. Раз-два-три, раз-два-три, раз… И мы закружились в вальсе. Кружились по всей пещере, уносимые в другую реальность. Мы чувствовали, как пещера исчезла, исчезло все, весь мир. Были лишь мы. В невесомости. В полете. Я смотрела на Эда, и видела лишь его. Его хитрые глаза, его улыбку, его кудри, падающие на лоб. И я знала, что Эд видит только меня. Пещера исчезла, но мы даже не обратили на это внимание. Мы парили. Мы жили этим танцем. А потом все резко закончилось.
— Донна! Очнись же!
— Донна!
— Очнись, не думай умирать!
— Просыпайся!
Я резко села. Голова стучала. Осмотрелась. Перед глазами мельтешили Юлий и Гнея.
— Живая, — выдохнула Гнея, — мальчишка, прибить тебя надо за такие эксперименты.
— Вы вообще знаете, кто я такой? Прибить, как же. Я не виноват.
— Эд, — прошептала я, — Эд!
Я повернулась на него и Эд как раз сел. Живой. Очнулся. Я не верила своим глазам. Получилось! Получилось. Эд положил свои руки мне на плечи, сжал.
— Эд, очнулся! — я бросилась к нему с объятиями, — получилось! Получилось.
— Получилось, — повторил он отстраненно.
Потом отодвинул меня от себя. Всмотрелся. Всмотрелся так, словно не узнал.
— Эд? — забеспокоилась я.
— Кто такой Эд?
— Это ты.
— Нет, это не я.
Я села на край кровати. Сглотнула. К горлу подступал ком. Нет, пожалуйста, нет. Эд еще некоторое время смотрел на меня, а потом с ухмылкой спросил:
— А ты кто такая?
Глава 6. Я объясню!
— Братишка, память потерял? — ухмыльнулся Юлий.
— Какой я тебе братишка? — Эд вскочил с кровати.
— Пожалуй, приготовлю успокоительного, — пробормотала Гней и вышла за дверь.
Я отшатнулась от Эда. К такому точно я не была готова. Только что, минуту назад мы танцевали друг с другом. Только что мы были вместе и были счастливы, а теперь Эд никого не узнает.
— Эд, я все объясню, — сказала я, — только сядь и успокойся.
— Почему ты продолжаешь звать меня Эдом, я Август!
Тут уже переглянулись мы с Юлием.
— А вот это уже интереснее, — сказал Юлий, — что ты помнишь, Август?
— Я был во дворце. Мы поссорились с отцом. А потом… Вы похитили меня?
Эд спрыгнул с кровати, прижал Юлия к стене. Ладно хоть не меня.
— Где я нахожусь? — спросил Эд, — отвечайте.
Я выдохнула. Ну ладно. Я не позволю происходящему безумию испортить себе настроение. Эд ожил. Он дышит. Бегает. Это главное. Все остальное поправимо. Я улыбнулась, подошла ближе.
— Август, — начала я, — посмотри на нас. Подросток и девушка. Как бы мы тебя похитили?
Эд отступил. Отпустил брата.