DarkKnight – Сломанная игрушка (страница 89)

Судья издал еще один рык, а Трейси зажег сигарету и сказал:

— Да, какая ирония, правда?

— Я найду способ, — вдруг скзаал Рок, — Всегда находил.

Трейси посетила догадка, сколько же невинных существ могло пасть от руки судьи. Ведь тот летающий шар на свалке не был случайностью. Рок готов был убить любого синтета просто потому, что у цепного пса корпорации сегодня было особо паршивое настроение. А паршивое настроение у него было все время. И если он захочет прийти на ферму того парня и убить всех пони, а так же их хозяина, то он это сделает. Запросто.

Детектив сделал себе пометку по возвращению с задания дать рекомендацию отправить судью на психоанализ. От его подхода могли пострадать невиновные. Не говоря уже о людях.

На пульте флаера замигал сигнал сообщения.

Трейси тронул сенсор, и в кабине засветился голографический экран, увенчанный гербом БРТО.

— Проклятье, — вырвалось у детектива.

Рок скосил красные глаза и пробежался по тексту. После первых же строк его усмешка стала еще кривее и отвратительнее.

— С отставкой тебя, Трейси, — язвительно проговорил синтет, — Теперь можешь остаться жить в этой конюшне. Я уверен, маленькие синтеты построят тебе очень милый сарай.

— А ты дальше почитай, — парировал Дик.

Рок последовал совету, и через короткое время с ругательством ударил по пульту управления. Экран с сообщением, где сыскной группе предписывалось прервать задание и возвращаться, погас.

— Рок? — подал голос Трейси.

— Ну что еще?

— Ты не задумывался о задании?

Тот, кто был судьей и палачом в одном лице для беглых синтетов на протяжении многих лет, вновь стукнул руками по штурвалу флаера и резко повернулся к собеседнику:

— О чем ты, черт возьми, говоришь?!

— Я на этой работе уже сорок лет и давно заметил, что синтеты в большинстве своем бегут не от хорошей жизни. Люди вынуждают их это сделать. Одно дело ловить сбежавших гладиаторов или сторожевых псов, но эти? Тебе не кажется странным, что нас двоих послали с чрезвычайными полномочиями вместо того, чтобы просто сообщить в полицию? И сейчас просто отзывают, не назвав ни одной причины?

Судья не ответил. Трэйси уже подумал, что не дождется ответа от своего напарника, но тот все же подал голос, очевидно, совладав с эмоциями:

— У каждого синтета есть программа, которой он должен следовать. Если происходит осечка и программа дает сбой, то синтет становится опасен для себя и людей. Таких синтетов корпорация фильтрует и ликвидирует. В том числе и посредством нас. Обстоятельства и детали не имеют значения. О чем тут можно еще говорить?

— А ты подумай головой, отчего программа может дать сбой. Сильнейшие эмоциональные потрясения. Они происходят по вине людей, а не синтетов.

Судья презрительно фыркнул:

— Решил на старости лет заняться самокопанием? Избавь меня от своих нравственных атавизмов. Ты сам за свою карьеру убил столько синтетов, что наверняка сбился со счета. И знаешь, это лучшее, что ты делал в жизни.

Человек покачал головой и откинулся в кресле.

— Это не то, чем я мог бы гордиться. Признаться, мне иногда кажется, что мы охотимся не за теми. Хозяева — вот истинные виновники.

Судья как будто не слушал. Красные глаза зловеще переливались в полумраке салона, а руки с тонкими пальцами подрагивали.

— Я судья Рок, — тихо сказал синтет, — и никогда… слышишь, старик, никогда не упускал беглецов.

— Подумать только, — усмехнулся детектив, — Убивать чудовищ и профессиональных бойцов-гладиаторов, всяких домашних зверьков — вообще не перечесть сколько. И облажаться на пони. На малолетней пони.

Ироничное настроение рассеялось как дым, когда Дик почувствовал холодный клинок, упирающийся в шею.

— Какое же ты ничтожество, Трейси, — процедил Рок, — Да только жаль салон пачкать. Выметайся.

— Не будь идиотом, Рок, — стараясь, чтобы голос звучал спокойно, ответил детектив, — Это же неподчинение приказу.

— Я не ты. Меня нельзя отправить в отставку. Будешь спорить?

Лезвие сильнее впилось в шею, и Трейси счел за благо сказать:

— Нет.

— Молодец. А теперь проваливай и не мешай работать профессионалам.

Дверь распахнулась, и судья выпихнул Дика из кабины прямо под промозглый дождь. Благо, падать оказалось невысоко — сложнее было погасить скорость. В конце концов, перекувырнувшись несколько раз, он растянулся на траве.

«Расслабился, — мысленно сказал себе детектив, кряхтя поднимаясь на ноги, отряхиваясь от грязи и провожая взглядом улетающий флаер, — Забыл, с кем имеешь дело. Стареешь…»

Детектив вздохнул. Только сейчас, казалось, годы нагнали его. Или это просто ушибы? Счастье уже то, что хоть не сломал себе ничего… Он медленно похромал обратно к особняку. Этот парень, Стивен Агилар, несмотря на свою странную любовь к разноцветным лошадкам, выглядел счастливым. И отнюдь не потому, что мог позволить себе дом в Зеленом секторе. Не раз и не два видел Дик в Белом городе полные тоски глаза людей, одиноких в толпе или под сводами дворцов.

Он увидел, как открылась дверь дома.

К стоящему на второй площадке ярко-красному спортивному флаеру подошел одетый в плащ Стивен Агилар в сопровождении двух пони. Первой была фиолетовая секретарша, над которой парил в силовом поле большой зонтик. Второй — одетая в джинсы и куртку с капюшоном белая единорожка, глаза которой даже в дождь закрывали огромные очки.

Когда детектив подошел ближе, он услышал разговор:

— …как только ее найдем. У нас теперь очень узкий сектор поиска, и я уверен, что мы вернемся сегодня, максимум завтра.

— Да, Стиви, — кивнула фиолетовая единорожка.

Рядом с ней, помимо зонтика, в воздухе парил планшет, где секретарь делала какие-то пометки.

Белая же единорожка, открыв дверь телекинезом, залезла на переднее сиденье и сказала:

— Полетели скорей, Стиви… Пожалуйста.

— Сейчас, Винил, — отозвался Стивен и снова повернулся к помощнице: — Твайлайт, гости могут оставаться переночевать, если захотят. На всякий случай подготовь все необходимое. Только проследи, чтобы Трикси не прибила Алана… Что-то случилось, детектив Трейси?

Дик почувствовал себя донельзя неловко.

— Простите, мистер Агилар, — сказал он, — но не могли бы Вы подбросить меня в город? У нас с напарником возникли… некоторые разногласия.

— Объясните по дороге, — махнул рукой Стивен, — Садитесь. Твай, если что — звони.

— Удачи, — улыбнулась единорожка.

Когда обтекаемая летающая машина взлетела над облаками, Стивен обратился к детективу:

— Как я понимаю, ваш напарник… судья Рок, верно? Синтет. И он ослушался Ваших приказов, детектив?

Трейси решил, что скрывать что-то уже бессмысленно. Он вздохнул и ответил:

— Нас послали найти собственность компании, и… привлечь к ответственности причастных к краже. Не в деталях суть. Буквально только что пришел приказ об отмене операции, но у моего напарника, похоже, сбилась программа. И он решил взять дело в свои руки, больше ни на кого не оглядываясь. Поэтому я считаю, что те, кого он преследует, находятся в опасности. Куда большей, чем когда их преследовали мы двое. Потому что судья сперва палит, а потом спрашивает.

Стивен нахмурился и сказал, выворачивая штурвал:

— И это выпускают на улицы? Мне придется вмешаться…

Детектив сделал резкий жест рукой.

— Судья — полубоевая модель со сбитой программой, — сказал он, — Не лезьте в это дело, мистер Агилар, если не хотите, чтобы ваши пони осиротели. Если хотите мое мнение — я бы вообще рекомендовал сообщить в полицию о вооруженном маньяке-убийце.

Стивен хотел возразить, но наткнулся на тревожный взгляд Винил, и кивнул.

— Но вы можете гарантировать, что с Лирой, Виком и остальными все будет в порядке?

— Я всю жизнь охотился на сбежавших синтетов, большинство из которых были крайне опасны, в отличие от пони. Судьи, правда, среди них не было. В основном, охранники, гладиаторы и бойцовые звери. Без стоп-скрипта на убийство.

— Можете? — с нажимом повторил Агилар.

— Я сделаю все, что в моих силах. Только заберу бластер с КПП Зеленого сектора.

— А если этого окажется недостаточно?