Dark Colt – ИЗМЕНА. Диагноз окончательный (страница 6)
— А как удачно?
Олег раздражённо откинулся на спинку стула. Несколько секунд смотрел куда-то мимо неё, затем снова повернулся.
— Никак удачно это не скажешь. Да, я поступил как сволочь. Да, я всё испортил. Но я не жил второй семьёй, не обещал Кристине, что разведусь, не собирался строить с ней дом и рожать детей. Это не было выбором вместо тебя.
Марина медленно придвинула кружку обратно.
— Тогда кем она была?
Он потёр ладонями колени и ответил не сразу:
— Увлечением.
Рука Марины замерла на ручке кружки.
— Увлечением?!
— Я знаю, как это звучит.
— Нет, по-моему, ты не знаешь, — покачала она головой.
— А что я должен сказать? — Олег развёл руками. — Что это была великая любовь? Тебе было бы лучше?
— Может быть, я хотя бы поняла, ради чего ты всё это поставил под удар.
Олег резко выпрямился, что стул под ним качнулся.
— Я ничего не собирался ставить под удар! В этом и есть то, что ты не хочешь услышать. Я не хотел терять семью. Я люблю тебя. Я люблю детей. То, что произошло с Кристиной, для меня не означало, что всё между нами закончилось.
— Для тебя не означало. А я теперь знаю, что ты несколько месяцев приходил домой и вёл себя так, будто ничего не происходит.
— Я не притворялся дома.
Марина медленно отняла руки от кружки.
— Что?
— Я не притворялся, когда разговаривал с тобой, занимался детьми, строил наши планы. Не врал, когда говорил, что люблю тебя. Дома для меня всё было по-настоящему.
Несколько секунд Марина просто смотрела на него.
— И при этом ты скрывал, что спишь с другой женщиной.
Олег открыл рот, собираясь возразить, но остановился. Провёл ладонью по затылку и отвёл глаза.
— Да. Скрывал.
Она уставилась на него:
— Вот это и называется врать.
Олег выдержал её взгляд всего несколько секунд, затем поморщился и провёл ладонью по затылку.
— Да, понял. Сам слышу.
— Слава богу!
Он поднялся и пошёл к окну.
Кухня была маленькая, и серьёзного мужского хождения хватило ровно на три шага туда и три обратно. Олег остановился возле подоконника, упёрся в него ладонями, постоял так немного, затем повернулся.
— Я не хочу, чтобы одна моя ошибка уничтожила двадцать лет нашей жизни.
Марина медленно покачала головой.
— Ты опять называешь это одной ошибкой.
— Я называю ошибкой саму связь.
— Которая длилась несколько месяцев, — укоризненно добавила она.
— Да! Несколько месяцев! — Олег оттолкнулся от подоконника, голос прозвучал громче, чем прежде. — И я виноват. Но у нас с тобой двадцать лет. Двое детей. Мы столько всего прошли. Неужели это вообще ничего не значит?
Марина опустила взгляд на свои руки.
— Значит. Вот поэтому и больно.
Олег постоял ещё немного, потом вернулся к столу и тяжело опустился на стул.
— Тогда зачем сразу всё ломать?
Марина медленно подняла кружку и поставила обратно на стол.
— Я пока ничего не ломала. Я сегодня ночью тебя увидела с любовницей. Давай хотя бы порядок событий не будем менять.
— Я не перекладываю на тебя ответственность.
— Пока нет.
Олег подался вперёд:
— Что это значит?
— Значит, я жду, когда появится «но».
— Какое ещё «но»?
Марина начала загибать пальцы:
— «Я виноват, но ты много работала». «Я виноват, но мы отдалились». «Я виноват, но секса стало меньше». Выбирай.
Олег уже открыл рот, но ничего не сказал. Губы сжались, взгляд скользнул в сторону, и Марина всё поняла.
— Значит, всё-таки есть.
— Есть что? — недовольно процедил он.
— То самое «но».
— Господи… — закатил он глаза, раздражаясь еще больше и с силой провёл обеими ладонями по лицу. — Нельзя же любую попытку объяснить, воспринимать как обвинение!
— Тогда объясни.
Олег молчал, а Марина ждала, сначала глядя на него, потом снова на кружку. Тишина затягивалась, и ей уже захотелось забрать собственные слова обратно, не потому, что она боялась ответа, а потому, что не была уверена, что сможет его спокойно выслушать.
Наконец Олег опустил руки.
— Да, мы отдалились.
Марина ждала чего-то подобного, но пальцы всё равно сильнее стиснули ручку кружки.
— Насколько?
— Я не знаю, как это измерять, — устало выдохнул он опуская глаза.
— Ну ты же как-то измерил настолько, что появилась Кристина.
Олег резко поднял голову.