Дария Вице – «Она знала, что умрёт» (страница 2)

– А что с ним говорить? – пожала плечами она. – Несчастный случай. Всё ясно.

Слишком ясно.

Священник начал говорить. Слова проходили мимо меня, как шум. Я смотрела на венки, на лица, на то, как люди переглядываются.

И вдруг заметила одну деталь.

Игорь всё время держал телефон в руке. Экран был включён. Он смотрел на него чаще, чем на гроб жены.

Когда церемония закончилась, люди стали расходиться. Я уже собиралась уйти, когда Игорь вдруг подошёл ко мне.

– Анна, да? – спросил он.

– Да.

– Марина часто о тебе говорила.

Я ждала продолжения, но он молчал.

– Что именно? – спросила я.

Он опустил взгляд.

– Что ты умеешь слушать.

Сказал – и сразу отошёл, не дав мне задать ни одного вопроса.

Я смотрела ему вслед и понимала:

если это был несчастный случай,

почему все ведут себя так, будто боятся лишнего слова?

Глава 3

Последние дни

В последний раз мы виделись за неделю до её смерти.

Марина позвонила сама и сказала, что ей нужно поговорить. Не срочно – именно так она и подчеркнула. Не срочно. Тогда я ещё подумала, что это хороший знак. Когда у неё было по-настоящему плохо, она не делала таких оговорок.

У неё дома было чисто. Слишком чисто для человека, который обычно жил в лёгком беспорядке. Я тогда обратила на это внимание, но не придала значения.

– Ты решила начать новую жизнь? – спросила я, оглядывая кухню.

– Типа того, – ответила она и налила чай. Руки у неё слегка дрожали.

Мы говорили о пустяках. О работе. О людях, которых обе не любили. О погоде. Она смеялась, но смех был неровный, будто она забывала, в каком месте должна смеяться.

– Ты неважно выглядишь, – сказала я наконец.

Марина замерла. Потом пожала плечами.

– Просто устала.

Она всегда так отвечала, когда не хотела продолжать тему.

Я заметила, что телефон лежит экраном вниз. Для неё это было нехарактерно. Марина никогда не выпускала телефон из поля зрения.

– У тебя всё в порядке? – спросила я.

– В порядке, – слишком быстро ответила она. – Просто много всего.

Она встала и начала ходить по кухне. Открыла окно, потом закрыла. Проверила замок на двери. Потом снова подошла к столу.

– Ты мне веришь? – вдруг спросила она.

Вопрос был странный. Мы дружили много лет, и такие вещи не требовали подтверждения.

– Конечно, – сказала я.

Она кивнула, но облегчения на лице не появилось.

– А если человек понимает, что дальше будет только хуже… – она замялась, подбирая слова, – он обязан что-то делать?

– Например?

– Например, уйти первым.

Я посмотрела на неё внимательнее.

– О чём ты говоришь?

Марина вздохнула и отмахнулась.

– Ничего. Забудь.

И именно тогда она сказала ту фразу. Спокойно, без пафоса, будто между прочим:

– Если со мной что-то случится – это не будет случайно.

Я помню, как закатила глаза. Мне стало неловко за неё, за этот тон, за эти слова.

– Ты меня пугаешь, – сказала я. – Прекрати.

– Просто пообещай, что запомнишь, – сказала она.

Я пообещала. Не потому что поверила. А потому что так было проще закончить разговор.

Когда я уходила, она проводила меня до двери. Проверила замок ещё раз. И ещё.

– Позвони, когда доедешь, – сказала она.

Я не позвонила. Забыла.

А она больше не перезвонила мне никогда.

Теперь, прокручивая тот вечер снова и снова, я понимала:

это был не разговор.

Это было прощание.

Глава 4

Несчастный случай

Официальная версия звучала просто.

Слишком просто.

Марина якобы поскользнулась в ванной. Ударилась. Потеряла сознание. Вода. Поздно заметили. Несчастный случай – так и было записано в документах.

Я читала эту формулировку уже третий раз, сидя на кухне у Ольги, и каждый раз ловила себя на одном и том же ощущении:

в этой истории чего-то не хватало.

– Она часто падала? – спросила я.