Дария Эссес – Пандора (страница 2)

Ничего ведь не случится, если на один день я просто… выдохну?

Ой, к черту.

Схватив с барной стойки первую стопку, я сделала глубокий вдох. Затем залпом проглотила ее. Горечь обожгла горло, заставив меня закашляться.

Боже, как люди пьют эту мерзость? Ничего хуже не пробовала.

– Вот это моя подруга! – вскрикнула Леонор и резко опрокинула свою стопку, даже не поморщившись. – Нельзя делать большой перерыв между первой и второй. Бармен, повторить!

Кажется, повторять всё же не стоило.

Я не могла вспомнить, как за второй последовала третья, а за третьей – четвертая. Впервые за год с моих плеч спало напряжение, и я почувствовала в груди заветную легкость. Мне хотелось петь, во весь голос смеяться и танцевать так, чтобы с утра болели ноги. Что, собственно, я и сделала, вытащив Леонор на танцпол.

В переливающихся огнях ее блондинистые волосы светились, словно нимб, превращая Лени в настоящего ангела. Челка-шторка, спадающая на глаза, выделяла скульптурные черты лица, из-за чего она напоминала молодую Анджелину Джоли. Клянусь, парни проходили мимо Леонор с высунутыми языками, особенно когда она красила свои пухлые губы нежно-розовой помадой.

Однако только я знала, что за внешностью куклы Барби скрывается пылкий характер и острый язык, способный поставить на место любого мужчину.

Мы отличались и, наверное, именно поэтому стали лучшими подругами. Если Лени была яркой, громкой и харизматичной, то я…

Что ж, поговорим об этом позже.

Широко улыбаясь, я подняла руки над головой, ритмично двигая бедрами. Иссиня-черные волосы лезли в глаза, но я не замечала ничего, кроме заветного чувства свободы. Меня даже не смущали потные тела, липнувшие к нам с Лени со всех сторон. Я чувствовала себя частью чего-то большего, чего-то дикого и безумного, присущего месту, где люди не задумываются о своем социальном статусе.

– Могу ли я пригласить тебя на танец?

– Ле-е-ени, тебя приглашают на та-а-анец! – протянула я заплетающимся языком, когда услышала позади мужской голос.

– Я обращался к тебе, – раздался хриплый смешок.

Ко мне?

Резко развернувшись, я споткнулась на каблуках и чуть не поцеловалась с полом, но меня вовремя подхватили чьи-то руки.

Очень мужские и очень мускулистые руки.

Оу.

– Меня-я-я? – Я икнула и схватилась за голову, которая тут же вспыхнула тупой болью. Вот дерьмо, кажется, всё-таки перепила. – Из-за тебя у меня началась мигрень, а это плохой знак, парень.

– Дарси! – шикнула Леонор.

Незнакомец передо мной засмеялся.

Я попыталась сфокусировать зрение, чтобы рассмотреть его. Неприлично общаться с чьими-то руками, верно? Первый же сайт с подборкой советов по флирту с противоположным полом утверждал, что нужно смотреть жертве в глаза.

Правда, про икоту и поцелуи с ботинками там не было ни слова.

Незнакомец оказался симпатичным, но не в моем вкусе. Блондинов я любила только в книгах, а в жизни выбирала брюнетов, которые имели завышенную самооценку и грязный язык, скользящий между моих бе…

Стоять.

– Меня зовут Дарси, а тебя?

– Не представляйся своим именем, – пробурчали за спиной.

– Меня зовут Челси, а тебя?

На моем лице появилась широкая улыбка. Я ненавидела свое второе имя, но всегда представлялась им незнакомцам. Спасибо текиле, что сегодня я об этом забыла.

Лени тяжело вздохнула.

– Она невозможна.

– Всё в порядке, Челси, – хмыкнула жертва, волосы которой я мысленно перекрасила в темный цвет. Ну а что? – Интересно встретить девушку, имя которой звучит как название футбольного клуба.

Улыбка моментально сползла с моего лица.

– Очередной придурок с несмешными шут… – Меня резко пихнули под ребра, и я наигранно засмеялась. – Ой, это я не про тебя! Просто вспомнилась цитата из книги… Слушай, ты же потанцевать хотел? Пойдем, а то мы скоро уезжаем.

Повернувшись к Лени, я увидела ее выпученные глаза.

– Что ты несешь? – произнесла она одними губами.

– Ты сама сказала мне быть собой! – Я гневно сунула ей в руки свой стакан. – И да, расставание плохо сказывается на нервной системе, даже если твой бывший – настоящий мудак. Сегодня мне разрешается быть сумасшедшей сукой, которая случайно увидела фотографию, где какая-то облезшая кошка целует ее парня, а он в ответ на гневную тираду о расставании спрашивает: «И что в этом такого?».

– За полчаса я успела забыть, какой он ублюдок… – пробурчала Лени.

– Хорошо, что я с ним не переспала.

– Хорошо, что ты его не полюбила.

– Но мое эго так задето, Лени! – застонала я.

– Тогда нам нужно найти того, кто вернет ему былую уверенность.

Мы обе посмотрели мне за спину.

Повернувшись к жертве, я улыбнулась и захлопала ресницами.

– Так как тебя зовут?

Он моргнул.

– Кэмерон.

Добро пожаловать в дурдом, Кэмерон.

Леонор показала, что следит за нами в оба глаза, а я схватила его за руку и потянула в центр танцпола.

Музыка сменилась на что-то более плавное, из-за чего все разделились на пары. Кэмерон положил ладони мне на талию, а я обхватила его за шею и начала медленно покачивать бедрами.

И вот тогда мое дыхание перехватило.

Он привалился к дальней стене клуба, склонив голову так, что темные волосы небрежно спадали на глаза. Уголок идеальных губ приподнялся в усмешке, когда стоящий рядом мужчина показал ему что-то в телефоне. Открыв рот от изумления, я загляделась на резко очерченную челюсть, оттененную щетиной, и уходящую под ворот кожаной куртки татуировку.

Мне не удалось полностью разглядеть его лицо, но…

Черт возьми, как же он красив.

– Эй, с тобой всё в порядке?

Я вздрогнула и тряхнула головой.

– Да, всё великолепно, – весело ответила Кэмерону, заметив в его изумрудных глазах тревогу. – Немного задумалась. Что ты говорил?

И вот мы оказались на опасной территории.

Нельзя засматриваться на мужчин из Синнерса: ни к чему хорошему это не приведет.

В мыслях сразу же всплыли предупреждения отца и срочные новости, в которых рассказывали обо всех преступлениях, совершенных в этой части города. Но даже сейчас, оказавшись в логове змей, я не могла в полной мере оценить всей опасности, поскольку жила в совершенно другом мире.

Мы были английской элитой, вершителями судеб, богатейшими из самых богатых слоев общества. В чеках не хватило бы места, чтобы вписать суммы, лежащие на наших банковских счетах. Особняки аристократических семей стоили миллиарды и охранялись лучшей системой безопасности, а каждый шаг сопровождался как минимум тремя телохранителями.

Пока мы ехали по Синнерсу, я разглядывала разрушенные постройки и не могла поверить, что кто-то проживает каждый день отведенного ему времени здесь. Среди хаоса, гнили и вечной меланхолии.

Однако ничего из ряда вон выходящего я тоже не заметила. Никаких убийств, наркотиков и ночного эскорта, о которых кричали заголовки новостей.

Кто из них лгал?