Дария Эдви – Дерзкая вишня (страница 19)
Он отзеркалил ее у меня.
Два года не были в пустую, и ни один из нас обо всем этом не жалел. Они принесли нам полную картину понимания, что нам было суждено быть рядом друг с другом, но занимая другие роли в жизнях. Не менее важные, но точно не в статусе «возлюбленных». Эти места только что освободились для тех, кто действительно должен был их занять в наших сердцах, но чуть позже.
26.06.2020г.
Быстро перебирая ногами, я преодолел лестницу, спустившись в гостиную, которую освещало, только-только начинающее восходить, солнце. И пускай старался двигаться абсолютно бесшумно, но мое присутствие не ускользнуло от того, кто уже тоже по неизвестным причинам не спал.
От кофе исходил пар, пока он помешивал сахар ложечкой у барной стойки. И честно говоря, я совсем забыл, что Уго гребаная ранняя пташка.
– Знаешь, кого ты мне напоминаешь? – пробудившиеся голосовые связки, чуть прохрипели. Это были мои первые слова после сна.
– Удиви, – он так и не смотрел в мою сторону, отложив ложку в сторону.
Я же уже подошел гораздо ближе, хоть и останавливаться для утренних бесед не планировал.
– Деда, – темная бровь брата, что была над здоровым глазом, выгнулась в немом вопросе. – Они всегда встают еще даже до пробуждения петухов.
– Петухов, – и я кивнул:
– Петухов. Ты разве не слышал никогда о том, что петухи просыпаются ни свет ни заря? – ухмыльнулся, а Уго только сделал небольшой глоток кофе.
– То есть, в нашем случае, раз я проснулся раньше тебя, то ты пету…
– Эй, а вот это уже грубо, – руки сложились на груди, когда губы брата дрогнули в легкой, секундной улыбке. – Я просто настраиваю режим и все… тому подобное. Знаешь, говорят, что вставать рано даже полезно для здоровья.
Он ничего не ответил, лишь продолжал наблюдать за мной, периодически отпивая горячего, ароматного напитка, находя опору локтем на краю барной стойки.
– Собираюсь прогуляться. Свежий воздух тоже полезен.
– Прогуляться, – повторил Уго, и я, вновь, кивнул. – В полпятого утра.
Взгляд сам бросился к циферблату наручных часов: и правда, тридцать семь минут пятого.
– Заскочу к Ёрки, – пожал плечами.
– Он сейчас должен отсыпаться дома перед сменой в больнице. Разбудишь его, и опять будет на тебя рычать.
Довольная ухмылка расползлась по моему лицу, когда начал спиной удаляться в сторону выхода из особняка:
– Именно поэтому, я и хочу его разбудить.
И выскользнул за дверь.
На самом деле, к этому
Довольно, не проблематично в Кенфорде найти место, где остановились два трейлера с иностранными номерами. А учитывая, что у меня был Ёрки с его: «Да боже, ты что издеваешься?», за которым последовало негромкое: «Блять, ладно, я позвоню ему, но только отвали от меня на гребаную неделю. У меня полно работы», то проблем вообще никаких не возникло.
Ёрки сделал всего один звонок своему брату, и уже через пару минут на мой телефон пришла нужная геолокация. Я бы мог и сам позвонить Ёргину, который работал в «хакерской теме», но его номер был только у Уго и, непосредственно, у младшего брата. Просить своего? Нет, спасибо, лишнее внимание к своей персоне я и так проявил. А заниматься лишним гемором, чтобы достать номер в других источниках, было
Солнце уже освещало каменные дорожки на нашей территории особняка, пока я шел в сторону гаража, недалеко от которого мялся один из охранников. Это был телохранитель Инес.
– Что-то случилось? – брови мои хмурились, то ли от солнца, что светило в глаза, то ли того, что показалось, будто парень нервничал.
– Нет, мистер Карбоне.
– Обход сделан?
– Только что закончили. Йен отошел в туалет пару минут назад, – кивнув ему, меня поглотила тьма за дверьми гаража.
Рука на автомате потянулась в нужную сторону и включила свет.
Невысокий шкаф с несколькими ящичками стал первым на очереди к чему я подошел, достал ключи от моей прекрасной Ferrari SF90 Stradale, и алая малышка отключила систему блокировки.
– Что ж, детка, давай прокатимся, – стоило мне устроиться на водительском сидении, руки скользнули по кожаному рулю, и вот я выехал с территории, ведь Флэтч уже открыл мне ворота.
Сон растворился также внезапно, как и утащил сознание несколько часов назад, а все из-за непрекращающегося звука вибрации под подушкой. Рукой наощупь под нее, и достала телефон, в экран которого заглянула одним приоткрытым глазом.
– Он что совсем с головой не дружит, – тихий, хриплый стон в мягкие складки подушки сорвался с губ.
Сбросив звонок, я только убрала телефон, вновь закрыв глаза, как вибрация повторилась. Снова сброс. Опять вызов.
Сброс.
Вызов.
Сброс.
Вызов.
Сброс.
Вызов.
Сброс.
Вызов.
Резко села на постели, а сон не то, что рассеялся, а совсем, как рукой сняло! Возмущение и злость перебили все, смешавшись с этой бесконечной вибрацией в руке.
Сброс.
«Незнакомый номер» продолжал высвечиваться на экране мобильного, пока я пыталась сосредоточиться на том, как бы не убить этого наглого говнюка, который имел совесть звонить мне в пять долбаных утра!
Сброс.
…
…
…
– Да что, блять, тебе надо? – прошипела в трубку на яростных искрах, что рвались наружу. Но спящие друзья в трейлере заставляли сдерживаться и шептать.
Я уверена, что была похожа на змею, что шипела в трубку, как чертова Нагайна21!
– Доброе утро, самая прекрасная женщина на свете, – он же звучал абсолютно буднично, чем раздражал еще больше. – Я решил пригласить тебя прокатиться по утреннему Кенфорду, что скажешь?
– Ты спятил? – шепот мой, кажется, добрался до Ликоса, что как-то поморщился и перевернулся на другой бок. – Я никуда с тобой не поеду в такую рань.
– То есть, ты не согласна только из-за того, что я подобрал неправильное время? – эта чертова ухмылка чувствовалась каждой клеточкой кожи даже при том, что я ее не видела! – Не вздыхай, Лисенок, я всего лишь хочу поднять тебе настроение на весь день. А чтобы это сделать, ты должна ко мне выйти.
– У тебя прекрасно получилось создать мне великолепное настроение, спасибо. Я теперь вся горю желанием убивать людей, а точнее, кое-кого конкретного.
– Слышала что-нибудь про любовь с первого взгляда? – вопрос невпопад.
Взгляд упал на тело Финни, что также начало ворочаться, сминая у ног яблочные простыни, пока лицом утыкался в игрушку.
– Если ты сейчас же не заткнешься и не перестанешь названивать, она станет последней в твоей жизни, Энрике.