Дариус Хинкс – Мефистон. Город Света (страница 20)

Он перескочил через стену на верхний круг сидений. Наверху виднелось несколько выгнутых выступов, однако крыша давно обвалилась, и взгляду открывалось небо. Развалины, какими бы обширными они ни были, не могли поддерживать настоящую атмосферу. Но вместо звезд теперь виделась тусклая дымка.

Мефистон оглядел каменные сиденья, гадая, почему для чужака было так важно именно это место. Повсюду развалины простирались на километры — он заметил это, пока летел в штурмовом корабле, — так почему же именно амфитеатр?

— Старший библиарий, — заговорил Рацел, — ксеносы видели, как мы садимся. Они последуют сюда.

Мефистон шагнул обратно на платформу и оглянулся на «Пенсеросо». Рацел оставил двух заступников на карауле, но прочие воины отделения Туриоссы прочесывали руины, держа разрушенные здания на прицеле болт-винтовок.

Гай был прав. Нельзя было просто оставить штурмовой корабль на виду, а заступники не смогли бы его пилотировать. Властелин Смерти поглядел наверх, на нависший над развалинами ромб. Это явно был какой-то портал. Скорее всего, там и находился их путь через Великий Разлом, но нельзя было просто погнать туда «Клятву на крови» без понимания, что это и как работает.

— Мне нужно больше времени, — вздохнул Мефистон, повернувшись к «Грозовому когтю», и снял с пояса маленькую книжку в золотом переплете. — «Пресыщенная коса», глава двенадцатая, стих седьмой. «Стигийские тени».

Братья-библиарии взяли свои копии книги и начали листать страницы, но Рацел, помедлив, кивнул на ближайших заступников. Властелин Смерти просто пожал плечами:

— Не стоит стыдиться того, кто мы. Командор Данте доверяет нам, и он прекрасно понимает природу либрариума.

Гай всегда выглядел чем-то раздраженным, но теперь его недовольство явно стало сильнее.

— Я и не стыжусь, старший библиарий. — Он постучал по книге пальцами. — Но некоторые из наших техник могут показаться несведущим… странными.

— Я уверен в своем предназначении, — снова пожал плечами Мефистон, а затем посмотрел на братьев-библиариев. — Уверен в нашем предназначении. Нам нечего скрывать. Все, что мы постигаем, — наше по праву рождения. Таково наследие Сангвиния. Отриньте свои сомнения.

Антрос нетерпеливо кивнул, предвкушая ритуал, и уже вытащил кинжал, но Рацел не выглядел убежденным.

— Сомнения ведут к вопросам, — ответил он, — а вопросы открывают путь к мудрости. — Он снова цитировал «Свитки Сангвиния». — Только простецы и безумцы лишены сомнений.

— Вражеские истребители могут в любую минуту уничтожить наш корабль. — Мефистон положил руку на плечо Гая. — Давай устроим дебаты в другой раз.

Лицо Гая не смягчилось, но он кивнул и тоже достал нож. Библиарии сняли левые латницы и провели лезвиями по ладоням, а затем, прежде чем порезы успели затянуться, быстро протянули руки друг другу, образовав круг. Затем Ангелы закрыли глаза, втягивая кровь братьев, и когда открыли их вновь через миг, то зрачки и радужная оболочка исчезли, сменившись красными сферами.

Под потрясенными взглядами стоящих ближе всего примарисов библиарии надели латницы обратно, повесили ножи и начали читать «Пресыщенную косу», держа книгу в одной руке и выводя символы в воздухе другой. Стоящие на дороге два караульных изумленно отшатнулись, видя, как вокруг «Пенсеросо» собираются тени, возникающие из ниоткуда, сочащиеся из каждой двери и осыпающейся колонны. Они омыли крылья корабля, окутали корпус, сгустились, а потом исчезли, не оставив и следа «Грозового когтя».

— Владыка Мефистон! — воскликнул один из Кровавых Ангелов, взглянув вверх по лестнице туда, где находились библиарии.

— Корабль лишь скрыт, брат Карикон, — успокоил его Рацел, закрепляя на поясе книгу. — И будет ждать нашего возвращения. — Он направил меч на других осматривающих руины Кровавых Ангелов. — В укрытие.

Брат Карикон помедлил, протянув руку туда, где прежде стоял «Пенсеросо». Латница с лязгом стукнулась о невидимый корпус, и воин кивнул. Примарис отвернулся и поспешил в развалины к остальным.

— У нас мало времени, — предупредил Гай. — Ксеносы отследят наши тепловые сигналы.

— Я удивлен, что они этого еще не сделали, — согласился Властелин Смерти, глядя туда, откуда они прилетели.

— Возможно, все их внимание направлено на «Клятву», — пожал плечами Антрос.

— Тогда нам следует поспешить. Я не отправлю корабль через портал, не зная, куда он ведет.

Мефистон быстро зашагал по каменным ярусам, вглядываясь в тени, а затем вытащил Витарус и перешел на бег. С бледного неба падал жесткий суровый свет, и тени выглядели такими резко очерченными, что казались почти цельными угловатыми кусками тьмы, притаившимися за упавшими камнями.

А затем прогремел резкий треск болтера, эхом разнесшийся среди кресел. Мефистон припал к земле, выхватив плазменный пистолет, и внимательно огляделся по сторонам. Его натренированный слух немедленно узнал звук. Стреляли не из болт-винтовки, которой пользовались заступники, но из тяжелого болтера.

Вот только ни у кого в его отряде тяжелого болтера не было.

Все так же пригнувшись, Властелин Смерти оглянулся. Рацел и Гай также скрылись из виду.

+Вас ранили?+

+Нет,+ ответили в унисон библиарии.

+Вы заметили, откуда донесся выстрел?+

+Со сцены,+ сказал Луций.

— Брат-лейтенант Туриосса, — заговорил Гай, включив вокс-передатчик, — докладывай.

— Никаких потерь, лорд Рацел. Я в пятнадцати метрах от вас с половиной отделения в укрытии. Остальные залегли в шести метрах к юго-востоку от вас за тем крупным цилиндром, что похож на старый бензовоз.

Но Мефистон слушал их вполуха, ведь его отвлекало странное ощущение. Ему казалось, что он чувствует гул плазменных двигателей, ревущих где-то внизу, будто он находился на палубе линейного корабля.

+Вы чувствуете это? Рокот двигателей?*

+Да,+ ответил Рацел. +И что-то еще…+

+Пение?+ прислушался Мефистон.

Рацел кивнул.

Через несколько мгновений звук стал яснее. Откуда-то со сцены или рядом доносился низкий нестройный хор голосов. Рев двигателей нарастал, и чем громче становился шум, тем тусклее были цвета. Тени хлынули в амфитеатр, а затем исчезли: все погрузилось во мрак.

Тьма сгустилась, а пение хора стало еще более неистовым и пылким. Раздались и другие звуки — топот бронированных подошв, лязгающих по палубе, стук захлопывающихся взрывостойких дверей. А затем еще одна очередь болтерного огня.

— Лорд Рацел, — заговорил по воксу брат-лейтенант Туриосса.

— Что?! — рявкнул Гай.

— Я нахожусь на верхнем краю террас. Нам стоит… — По вокс-сети разнесся скрежет, взрыв помех, а затем лейтенант заговорил снова: — Это вы, лорд Рацел? На сцене? Я вижу движение… — Примарис удивленно запнулся, а потом заорал: — Трон Терры!

Выстрелы из болтеров разогнали тьму. Боевые братья поднялись на ноги, вскинув болт-винтовки, и начали вести яростный огонь над головой Мефистона. Они стреляли по фигурам, что показались на дальней стороне амфитеатра.

Мефистон перекатился к краю ряда, где не попал бы под огонь заступников, и, вскочив, нацелил пистолет в надвигающиеся фигуры.

Тьма не стала преградой для его взора, но на миг Властелин Смерти не поверил глазам. К нему грузно шагали не стройные суетливые альдари, а грозные великаны, облаченные в искаженные вычурные комплекты силовых доспехов. Космодесантники-предатели, чьи шлемы напоминали звериные морды, а болтеры скалились зубастыми пастями.

Глава 14

Мефистон преисполнился отвращения. Он бессчетное число раз сражался с еретиками и хаосопоклонниками, но сейчас видел пред собой величайшее богохульство — восхитительное обличье космодесантника, искаженное Темными богами.

Он выругался и выстрелил, ощутив отдачу, когда пистолет изрыгнул плазму в ощетинившиеся шипами ряды. Позади него библиарии бежали в бой, спеша присоединиться к Властелину Смерти. Гремели выстрелы.

Изменники спокойно шагали навстречу плазменной буре. Все как один вскинули болтеры и открыли ответный огонь, подняв смерч из осколков камня. Грохот оглушал.

Первый космодесантник-предатель споткнулся и рухнул на колени, продолжая стрелять даже тогда, когда его броня раскололась, а из спины хлынул фонтан крови. Его шлем взорвался, но он не отпустил курок. Отброшенный силой прямых попаданий еретик рухнул на спину, паля в небо.

Мефистон перепрыгивал через кресла, направляя эфирное пламя в клинок. В его руках Витарус сверкал, жаждая крови, и вот уже Мефистон приближался к сцене.

Из тьмы навстречу ему вынырнула оскалившаяся морда. На миг старший библиарий подумал, что видит уродливый шлем, но лицо космодесантника и в самом деле превратилось в результате жутких мутаций в подобие бычьей морды.

Властелин Смерти выпустил в изменника очередь, испепелив часть головы, но воин врезался в него и как ни в чем не бывало захохотал, отбросив Мефистона назад. Предатель оказался столь тяжелым, что удар ошеломил старшего библиария. Противник был таким же высоким, как примарис, но даже шире в плечах, а его доспехи обросли похожими на бивни выступами.

Мефистон изрек литанию изгнания, нанося обратный хлесткий удар Витарусом, и рассек горжет еретика — его голова с лязгом покатилась по сцене.

Ангел отступил от фонтана крови и поднял клинок, готовясь встретить бегущего к нему с ревущим цепным мечом следующего предателя. Оружие того было перековано так, что напоминало скалящегося дракона. Еретик-астартес ухмыльнулся, замахиваясь мечом обеими руками и метя в голову Мефистона. Кровавый Ангел парировал и пнул изменника ногой, оттолкнув его в гущу боя.