Даринда Джонс – На грани миров (страница 46)

— Что она вам сказала?

— Она сказала нам… — он сделал паузу и отпил глоток, — … она сказала нам, кто ты.

У меня перехватило дыхание.

— Хотите сказать, что вы все это время знали?

— Да, — сказал папа. Всегда прагматичный. Практичный. Деловой, у которого всегда имелись ответы на все вопросы. Тот, если я не ошибаюсь, кто никогда не верил в духовный мир. В магию, чудеса и предчувствия.

— И… и вас это устраивает?

— Конечно. — Папуля наклонился, чтобы быстро меня обнять.

Я посмотрела на папу.

— Ты же никогда в такое не верил. Как ты это называл? Мумбо-юмбо?

У него хватило порядочности сделать виноватый вид.

— Все это было частью плана.

— Лгать мне?

Он отвернулся и объяснил.

— Папуля отправился в поход по пустыне Сонора один. Упал с насыпи и получил травму.

Я посмотрела на него. На прекрасного мужчину, которого любила больше воздуха.

Папа прижал кулак ко рту. Для него это была явно болезненная тема.

— Поисковые группы прочесывали местность в течение трех дней, но безрезультатно. Я услышал о Рути от друга. В ту же ночь сел на частный самолет и постучал в ее дверь в три часа ночи. — Он поднял на меня глаза. — Знаешь, что она мне сказала?

Я подвинулась на краешек сиденья.

— Что?

— Она оглядела меня с ног до головы и сказала: «Ты опоздал».

Из меня вырвалось что-то похожее на смех.

— Так и вижу, как она это говорит. Значит, она спасла папуле жизнь?

— На самом деле, нет. — Взгляд, который он бросил на меня, полный абсолютной благодарности, подсказал мне, что он собирался сказать, прежде чем слова слетели с его губ. Его серьезное выражение лица стало еще более торжественным, и он сказал:

— Ты это сделала.

Я не понимала, что прикрывала рот рукой, пока не заговорила. Опустила ладонь и сказала:

— Я его спасла?

Папуля с его золотистыми волосами и кристально-голубыми глазами взял меня за руку.

— Ты спасла мне жизнь. Не представляешь, как долго я ждал, чтобы поблагодарить.

Он крепко обнял меня, и я растаяла в его объятиях, пока меня не осенила другая мысль.

Я отстранилась.

— Вы поэтому согласились меня взять? Потому что чувствовали себя обязанными?

— Дэфианс, ты не можешь говорить искренне. Для нас действительно было большой честью, что она выбрала нас для заботы о своем самом ценном достоянии, но мы сделали это, потому что полюбили тебя.

— После всего мы часто навещали вас, — сказал папа. — Поверь, Рути знала, что делала. Мы приезжали почти каждый месяц в течение года.

— Года? Сколько мне было, когда я спасла тебя, папуля?

— Два.

Даже младше, чем на том видео.

— Так значит, Рути не шантажировала вас, чтобы вы меня взяли? — я тихо рассмеялась, хотя возможный ответ заставил меня нервничать.

Папа встал. Этот стойкий, невозмутимый мужчина, этот нежный гигант, встал и грубо заключил меня в объятия, прижав к своей груди. Мое любимое место, чтобы быть раздавленной.

— Мы боялись, дочь моя. Каждый день боялись, что Рути захочет тебя вернуть обратно. Она могла передумать. Поэтому мы дорожили каждой минутой, проведенной с тобой.

У меня вырвался звук, который напоминал наполовину смех, наполовину рыдание.

— Даже тем моментом, когда я случайно побрила тебя наголо, пока ты спал?

— Не этим, но другими моментами точно.

Я сжала его так сильно, что была уверена, что сломаю ему ребра, затем снова остановилась и оттолкнула его.

— Подожди минутку. — Во мне внезапно вспыхнул гнев. — В тот раз, когда я хотела присоединиться к викканцам, ты мне не позволил. Ты сказал, что это против Бога.

Снова эти взгляды. Папуля заговорил первым.

— Мы боялись, что ты активируешь свои способности.

— Тебя всегда привлекало все волшебное, — сказала папа. — Ты даже не представляешь, как часто мы решали проблемы.

Вау. Мои папы знали. Все это время они знали и работали сообща с Рути, чтобы оставлять меня в неведении. Не говоря уже о том, что они хранили мою безопасность.

— Так ты остаешься? — спросил папуля, обводя взглядом комнату. — Ты оставляешь Персиваля?

Я почувствовала, как мои плечи опускаются.

— Я так не думаю. Вряд ли получится, папуля. Я не могу себе это позволить.

Выражение удивления на его лице подсказало, что не такого ответа он ожидал.

— Что еще происходит? — спросил папа, как всегда проявив проницательность.

Я прикусила щеку изнутри. Мне было за сорок, но я все еще чувствовала себя маленькой девочкой рядом с ними. Они были моими супергероями. Мне не хотелось их разочаровывать, но…

— Не знаю, смогу ли быть таким человеком. Сегодня из-за меня чуть не погибло три человека и волк.

— Волк? — спросил папуля.

— И волк все равно может умереть.

— Родная, — сказал папа с нотками раздражения в голосе, — ты должна была позвонить. К такому нельзя относиться легкомысленно.

— Знаю. Постараюсь выйти с достоинством из этого положения. Мне просто нужно уделить себе время и побыть немного одной.

Они нерешительно кивнули. Они часто так делали.

Тем не менее, их присутствие действовало успокаивающе. Как бальзам. Я чувствовала, что смогу справиться с еще одним заклинанием. Надеюсь, не потеряв сознания. Где-то там все еще была женщина, которую нужно было спасать, как и папулю когда-то.

Хоть я и хотела услышать всю историю, у миссис Тоум было не так много времени, судя по непрекращающимся смс-кам от Рути, в которых она просила меня поторопиться. Я бы забрала у нее телефон, если бы он у нее был.

Я встала, и они последовали моему примеру.

— Я должна использовать свой новый дар, чтобы найти женщину по имени Сиам.

— Мы знаем, родная.