Даринда Джонс – Грязь на девятой могиле (ЛП) (страница 14)

— А можно я тебя сфоткаю? Повешу снимок на одном из тех сайтов, где постят фотки НЛО и снежного человека. А то мне никто не поверит.

— Закончила умничать? — процедил Марк.

Что ж, вопрос по существу.

Я задумалась и покачала головой:

— Наверное, нет. Ну так как? Кофе подлить?

В ответ придурок проворчал что-то нечленораздельное.

Я наполнила обе чашки, делая вид, будто не замечаю запаха алкоголя. Видимо, эти двое принесли что-то с собой. В гриль-баре «У костра» алкоголь не подают.

Судя по всему, Марк считал своим гражданским долгом испоганить мне весь день. Вряд ли даже самая терпеливая девушка в состоянии долго терпеть постоянные нападки с сексуальным подтекстом. Но Дикси не обрадуется, если на кафе подадут в суд за то, что официантка вылила горячий кофе на голову клиенту. Или двум сразу.

Пожелав обоим хорошего дня, я направилась к мужу Куки. На самом деле Боберта зовут Роберт. Когда он впервые пришел в кафе, Куки почему-то ужасно нервничала.

— Его зовут Боб… ерт, — сказала она, указав на него и отвернувшись от меня.

— Твоего мужа зовут Боберт?

Подруга снова повернулась ко мне и рассмеялась. Тихо. И нервно.

— Я хотела сказать Роберт. Просто большинство коллег называют его Боб. А я нет. До сих пор называю Робертом. Разве что дома изредка зову его Боб. Так что да. То есть нет. В общем, его зовут Роберт.

Как-то слишком много объяснений. И все-таки я испытала страшное разочарование от того, что у меня так и не будет знакомого по имени Боберт.

— А можно мне звать его Боберт?

Куки снова нервно рассмеялась:

— Тебе можно звать его как угодно. Есть у меня подозрение, что он глазом моргнуть не успеет, как ты начнешь вить из него веревки.

С чего она взяла? Я решила спросить напрямую:

— С чего ты взяла?

— С того, что ты, Джейни Доэрр, очаровашка.

У меня сами по себе расправились плечи. Очаровашка, значит? Что ж, мне нравится.

— Можешь звать его хоть Пеньком, и он будет счастлив. Зуб даю, он тебя полюбит всеми фибрами души.

Я горделиво задрала нос:

— Правда? Думаешь, он меня полюбит? — Кивнув в сторону Боберта, который как раз садился за столик, я добавила: — Я к тому, что он очень даже ничего.

Добродушное выражение лица подруги в ту же секунду скопперфильдилось в никуда.

— Я, вообще-то, совсем не то имела в виду.

— А-а, ну да. Вы же женаты и все такое.

— Вот именно.

Женатики такие собственники, просто жуть!

Все это произошло почти месяц назад. И Куки была права. Мы с Бобертом подружились буквально с первой же секунды.

— Можно с тобой минутку поговорить? — спросила я у него.

Как всегда, короткие каштановые волосы были аккуратно причесаны, а густые усы — не менее аккуратно пострижены. Я все не могла решить, завис ли Боберт в моде восьмидесятых, или он просто-напросто чуточку тормоз.

Как и предсказывала Куки, ее муж отнесся ко мне так же хорошо, как и она. Хотя мне казалось, он всего лишь жалеет страдающих амнезией, как некоторые жалеют тех, кто страдает тягой ко всевозможным ярмаркам. Как бы то ни было, Боберту, я похоже, по-настоящему нравлюсь. А у меня в последнее время с этим дефицит.

— Конечно. — Он сложил газету, которую читал, и жестом предложил мне присесть.

— Спасибо.

Поставив кофейник на соседний столик, я уселась напротив Боберта.

— Что стряслось, милая?

Я чуть не рассмеялась от удовольствия. Было очень приятно услышать ласковое обращение после очередной стычки с друзьями-дальнобойщиками.

— У меня вроде как появилась проблемка, а я не знаю, к кому с этим обратиться. В общем, надеюсь, ты скажешь мне, куда бежать.

— Понятно. — Боберт расправил плечи. — О какой проблеме речь? С тобой все в порядке? Что-то случилось?

— Нет-нет, со мной все путем. — От такой искренней заботы все внутри меня потеплело и превратилось в плюш. — Тут дело скорее в рамках закона, плюс я не знаю, хочешь ли ты, чтобы я посвящала во все Куки, поэтому…

— В рамках закона, значит? А конкретнее?

Я не знала, что можно говорить, а что нет. Не хотелось подвергать опасности ни мистера Ванденберга, ни его родных. С другой стороны, они уже в опасности. И, насколько я могу судить, в опасности весьма серьезной.

— Ну ладно. Допустим, гипотетически, я узнала, что одного человека держат в заложниках против его воли. Как и всю его семью.

Пульс Боберта подскочил, но самую малость. Наверное, он все это сто раз видел. В смысле, всяких особ с амнезией, которые то и дело катают нелепые заявления на основании дурацких предчувствий.

— И ты знаешь, кто этот человек? — спросил он слегка окаменевшим тоном.

— Чего? Пф-ф! Нет. Может быть. Вряд ли. Нет. Совершенно точно нет. — Я глубоко вздохнула. — Может быть.

— Тогда нужно обо всем рассказать полиции.

— Да знаю я, знаю! Тут такое дело… В общем, я боюсь, что мой друг может пострадать, если туда явится целый отряд с сиренами и мигалками. Или даже если диспетчер пошлет одного-единственного патрульного проверить, что да как. Похитители могут испугаться и убить моего друга. А заодно и всю его семью.

Начиная понимать, к чему я веду, Боберт кивнул. Я облегченно выдохнула, а он достал блокнот и ручку. Детектив всегда остается детективом.

К сожалению, подошла Куки:

— И о чем это вы тут болтаете?

Быстренько чмокнув мужа в щеку, она уселась рядом с ним.

Не зная, что сказать, я молча съежилась, но Боберт быстро понял, что со мной не так.

— Все в порядке, милая. Куки постоянно помогает нам с делами.

— Нам?

— С делами? — удивилась Куки. — У нас новое дело?

Боберт легонько сжал ее плечо, и они обменялись многозначительными взглядами. Чересчур многозначительными.

Пару секунд спустя Куки кивнула и откашлялась:

— Ну да, конечно. Иногда я помогаю с делами. Это что-то вроде хобби.

Боберт тоже кивнул и поддакнул:

— Да-да, хобби. Оно самое.

Я все ждала, когда мне расскажут больше, но оба просто смотрели на меня с натянутыми улыбками. Уже не в первый раз.

— Так кому это «нам»?

Куки уставилась на мужа с приподнятыми бровями.