Darina West – Тот, кого нельзя любить (страница 6)

Она слабо улыбнулась и направилась к двери.

– Спи. Утром поговорим.

На следующий день я проснулась раньше всех.

Ночь выдалась беспокойной – то ли из-за новых звуков, то ли из-за мыслей, которые не давали мне уснуть. Несколько раз я вскакивала, прислушиваясь к лёгким шагам в коридоре, потом долго лежала, глядя в потолок, но в какой-то момент сон всё же взял верх.

Найти кухню оказалось сложнее, чем я думала. Я осторожно шагала по длинному коридору, стараясь запомнить, какие двери я уже проходила, пока наконец не услышала слабый аромат чая и чего-то свежего, будто недавно здесь кто-то был.

Открыв дверь, я наконец увидела просторную кухню.

Чёрные мраморные столешницы, встроенная техника, большие окна, из которых открывался вид на ещё сонный город. Всё было идеально чистым, будто сюда не заходили вовсе.

Я подошла к шкафу, достала чашку и включила чайник, надеясь, что никто не появится, пока я тут копаюсь.

Но, конечно же, в этот момент раздался звук шагов за моей спиной.

Я обернулась.

В дверном проёме стоял Даниил.

Он выглядел так, будто вернулся домой только что.

На нём была всё та же одежда, слегка расстёгнутая куртка, волосы чуть взъерошены, глаза чуть прищурены, как у человека, который не спал всю ночь.

Я почувствовала запах алкоголя, дорогого парфюма и чего-то ещё – сигарет или клубного воздуха.

Он остановился, скользнул по мне взглядом и чуть усмехнулся.

– А вот и наш будущий экономист.

Я замерла, сжимая чашку в руках.

– Доброе утро.

– Ты, похоже, рано встаёшь. Или просто не спится в новом доме?

Я сглотнула.

– Просто проснулась.

Он кивнул, прошёл к холодильнику, достал бутылку воды, сделал несколько глотков, затем лениво облокотился о столешницу.

– Надолго вы с мамой?

Я не знала, что сказать.

– Я… пока не знаю.

Он усмехнулся.

– Ну, если решите остаться, попробуй стать хотя бы немного интереснее.

Даниил произнёс это лениво, небрежно, но с такой естественной насмешкой, будто сам не заметил, насколько его слова могли задеть.

Он слегка наклонился, облокотился локтями на мраморную столешницу, наклонил голову и усмехнулся, изучающе глядя на меня.

А потом его лицо изменилось.

Взгляд стал холодным, отстранённым, абсолютно равнодушным. Это была настолько разительная перемена, что я обомлела.

Он посмотрел на меня так, будто я просто пустое место, просто случайный человек, который оказался здесь по недоразумению.

Как будто я – ничто.

Я почувствовала, как этот взгляд буквально пронзает меня, словно он мог за несколько секунд разобрать меня по частям, оценить и прийти к выводу, что я не стою даже секунды его времени.

Я сжала пальцы на чашке.

– Ты хочешь сказать, что я скучная? – наконец выдавила я, голос всё же дрогнул на последних словах.

Даниил чуть склонил голову, будто размышляя над ответом, но в его глазах не было сомнения.

– Я хочу сказать, что мне всё равно.

Он оттолкнулся от столешницы, но не спешил уходить.

– Знаешь, в этой истории есть одна проблема, – он медленно провёл рукой по шее, будто размышляя, как сформулировать мысль, а потом снова посмотрел на меня. – Вы с мамой можете делать, что хотите. Можете остаться, можете съехать через неделю. Можете устроиться тут, можете притворяться, что это ваш дом. Отец, может, и женится, но мы никогда не будем родственниками, друзьями.

Я замерла.

Он произнёс это спокойно, без нажима, но от этого его слова стали ещё более болезненными. Он действительно не видел во мне даже возможного члена семьи.

– Ты мне никто, – закончил он ровным, абсолютно пустым голосом.

Я не могла найти слов.

Он посмотрел на меня ещё раз, долго, с таким выражением, что холод внутри меня только усилился.

– Я надеюсь, мы поняли друг друга.

А потом он развернулся и направился к выходу.

Он ушёл так же легко, как появился – не оглянувшись, не задержавшись, просто оставив после себя тяжёлое, давящее ощущение, что я здесь лишняя.

Глава 3

Я смотрела в одну точку, не двигаясь, не моргая, будто время остановилось.

Машина заглушена, ключи всё ещё в замке зажигания, а я просто сижу за рулём, теряясь в собственных мыслях, уходя глубже в воспоминания, которые никак не хотят отпускать.

Я думала, что всё это давно позади. Что я изменилась. Что больше не чувствую той боли, той неуверенности, той пустоты, которую он оставил после той встречи.

Но память – странная штука. Она может годами хранить что-то в глубине, а потом, в самый неожиданный момент, развернуть перед тобой целый фильм, заставляя вновь прожить каждую эмоцию, каждую дрожь, каждую несказанную фразу.

Я подняла руку и поправила волосы, задержавшись на этом движении чуть дольше, чем нужно.

Волосы…

Раньше они были причиной для насмешек, причиной стеснения, причиной, по которой я чувствовала себя неловко.

Но сейчас, спустя годы, я знала, что они – это часть меня. Я глубоко вдохнула, встряхнула головой и, наконец, вышла из машины.

Лофт встретил меня высокими потолками, большими окнами и мягким рассеянным светом, который идеально ложился на грубые кирпичные стены. Это было пространство, созданное для съёмок – стильное, минималистичное.

Я прошла внутрь, и почти сразу услышала знакомый голос.

– Лиса, ну наконец-то, я уж думала, ты растворилась где-то в городе.

Я услышала голос Марины и обернулась, увидев её у рабочего столика с разбросанной косметикой. Она легко перебирала кисти в руках, одновременно что-то поправляя в палитре теней, но на её лице читалась привычная сосредоточенность перед работой.

Я позволила себе короткую улыбку.

–Встречалась с мамой.

Марина кивнула, на мгновение подняв взгляд.

– Как она?