реклама
Бургер менюБургер меню

Darina West – Тот, кого нельзя любить (страница 27)

18

– Да, конечно.

Я быстро переоделась в свежую одежду, и мы вышли в коридор.

В столовой уже было шумно. За длинным столом сидели фотографы, несколько операторов, ассистенты и пара ребят из техперсонала. В воздухе витал запах еды, кофе, лёгкая музыка играла фоном, а разговоры перемежались с весёлыми смешками.

Как только мы подошли, кто-то из парней махнул нам рукой.

– О, Лиса, ты жива? Мы думали, после такой встряски тебе понадобятся несколько часов на реабилитацию.

– Она же вообще не выглядит уставшей, – хмыкнула одна из девчонок, – я бы после такого упала пластом.

– Я и так упал, когда увидел, как тачка заходила в поворот, – с ухмылкой вставил кто-то из операторов. – Честно, я давно не видел такого экстрима.

– А я давно не видела столько тестостерона в одном месте, – хихикнула одна из визажисток, подливая себе кофе.

– Ой, да перестаньте, – Марина махнула рукой, ухмыляясь. – Вы ещё не видели, что будет вечером, когда все соберутся в баре.

– Это будет незабываемое зрелище, – подтвердил кто-то.

Я рассмеялась, чувствуя, как напряжение потихоньку уходит. Мы ели, обсуждали рабочие моменты, вспоминали смешные фейлы с сегодняшнего дня.

– Лиса, а как тебе вообще? Ты же первый раз в таком формате работаешь? – спросил один из фотографов.

Я пожала плечами.

– Было непривычно. Но мне понравилось.

– Ну, в следующий раз можешь сразу прыгать в тачку без подготовки, – усмехнулся кто-то.

– Только если я буду за рулём, – вставила Марина, вызывая новый взрыв смеха.

Я улыбнулась, чувствуя, что наконец расслабилась.

Глава 15

Я сидела на кровати, проверяя сообщения, когда Марина буквально насильно красила мне ресницы, периодически отодвигая мой телефон, чтобы я «не дёргалась».

– Господи, Лиса, ну ты и счастливая, у тебя ресницы хоть завивай, хоть не завивай – всё равно идеальные, – пробормотала она, прищурившись и двигая кисточкой с таким сосредоточенным лицом, будто от этого зависела моя жизнь.

– Я вообще не люблю косметику, – пробормотала я, стараясь не моргать.

– А я люблю. Особенно когда вокруг столько горячих парней, что можно умереть прямо в этом отеле от передоза – Марина отступила назад, оценивающе посмотрела на меня и довольно кивнула. – Вот! Теперь ты официально готова к нашему выходу.

Я улыбнулась, закатив глаза, и вернулась к телефону.

Мама: Завтра в шесть вечера у нас ужин. Приезжают родственники Олега. Постарайся быть.

Я сжала телефон в руке, прикусила губу. Родственники Громова… Значит, все. Значит, придётся весь вечер чувствовать на себе их взгляды, их оценки, слушать вежливые, но холодные фразы.

А ещё там будет Даниил. Я задержала палец над экраном, не сразу отправляя сообщение.

Раньше эта мысль вызывала у меня только напряжение, но сейчас… Сейчас всё было иначе.

После сегодняшнего дня я чувствовала себя по-другому. Как будто мы действительно работали вместе, как будто я впервые оказалась с ним на одной волне. В машине, на скорости, в этом адреналине – это было что-то новое, что-то неожиданное. И мне… мне понравилось.

Я даже поймала себя на том, что хочу снова это испытать. Снова оказаться рядом с ним в этой бешеной гонке, где нет времени на мысли, где есть только скорость, кадры и ощущение полёта.

Я быстро отправила ответ маме и заставила себя выдохнуть, отложила телефон, стараясь пока не думать об этом.

Марина, конечно, не пропустила мой задумчивый вид.

– Что? Что-то случилось?

– Завтра ужин у мамы, приедут родственники Олега, – сказала я спокойно, но она тут же скривилась.

– Ну всё, прощай, нервная система Лисы, – протянула она, – но ты держись там, может, хоть напьёшься по такому поводу.

– Не смешно, – я рассмеялась, вставая с кровати и надевая широкий чёрный пиджак поверх черной майки, на которой был нарисован, в стиле граффити, большая голова клоуна с хитрым лицом и высунутым языком. Эту майку мне подарил Артем, сказав, чтобы я начала выходить из стеснения и не боятся привлекать к себе внимание.

Марина придирчиво посмотрела на меня и довольно кивнула.

– Ну, всё. Теперь ты выглядишь как уверенная в себе женщина.

Я закатила глаза.

– Никто не дрожит.

– Угу. Конечно.

Перед выходом я взглянула на телефон и увидела сообщение от Артёма.

Артём: Ну что, звезда экстремальной фотографии, жива там?

Я усмехнулась, набирая ответ.

Лиса: Да, более чем. Живее, чем когда-либо.

Артём: Это уже настораживает. Я ожидал сообщения в духе «Меня к чёрту укачало» или «Срочно приезжай, спасай».

Лиса: Я справилась. И знаешь что? Это было круто.

Прошло несколько секунд, прежде чем он ответил.

Артём: Ого. То есть ты реально кайфанула?

Лиса: Да. Я даже не думала, что мне настолько понравится. Скорость, движение, ощущение полёта. Даниил вёл машину, и он идеально чувствует трассу. Мы подстраивались под мотоциклистов, и я ловила лучшие кадры.

Я отправила сообщение, но, прочитав его ещё раз, вдруг поняла, что написала слишком воодушевлённо.

Артём ответил почти сразу.

Артём: Даниил, значит.

Я нахмурилась.

Лиса: Да, а что?

Артём: Да ничего.

Я усмехнулась, не став это комментировать.

Лиса: Всё, мы уже выходим.

Артём: Ладно, только смотри там, не пропадай в этом своём новом экстремальном мире.

Я улыбнулась, закрыла телефон и подняла на себя взгляд в зеркале.

Мне было легко. Хорошо. Сегодня я просто хотела наслаждаться моментом.

Бар был наполнен звуками музыки, смехом и голосами, в основном на английском, хотя изредка проскакивали и немецкие, и французские фразы. Здесь собрались гонщики, организаторы, технический персонал и, конечно, наша команда фотографов. Все были расслаблены, в приподнятом настроении.

Мы заняли один из длинных столиков в центре, откуда открывался отличный вид на барную стойку и танцпол. Марина тут же заказала себе коктейль с текилой, парни взяли виски и пиво, а я выбрала безалкогольный мохито.

– О, Лиса, у тебя просто потрясающий стиль, – вдруг протянула Надя, скользнув взглядом по моей одежде. – Обожаю такие расслабленные образы. И, кстати, твои волосы – это просто космос.

Я машинально убрала прядь за ухо, чуть смущённо улыбаясь.

– Спасибо. Хотя, если честно, с такими волосами тяжело обращаться. Они слишком густые, слишком непослушные…