Дарина Ромм – Попаданка в Академию Избранных, или О наглом драконе замолвите слово (страница 5)
— А ты чего?! Почему не разбудил меня, когда Лурра это делать начала?!
— Ну разбудил бы, и что? Ты бы хай подняла, спугнула бабу, она в ответ еще что-нибудь похуже сотворила бы. А так она будет думать, что ты никуда не денешься от женишка своего малахольного, и расслабится.
— Ну расслабится, и что? — в тон ответила я. — От этого решетка с окна исчезнет, а дверь откроется?
— Нет, конечно. Но хоть хуже ничего не будет, и то ладно. А решетки… Ты же у нас магиня теперь, вот и придумывай, что с этим делать. — Кот снова зевнул, завалился на бок и продолжил дрыхнуть. Ну а я начала ходить из угла в угол, как делала всегда, когда мне надо было хорошенько подумать.
Что у нас получается? Я под замком, выбраться проблема, а уже сегодня начинаются вступительные тестирования в академии. Сколько дней у меня есть в запасе, чтобы не опоздать на зачисление?
Вчера я ни о чем подумать не успела – едва вернулась в комнату после визита Лисовских, как упала на кровать и заснула мертвым сном. То ли тело еще совсем слабое, то ли…
А ведь чай, что мы вчера пили с мамашей Сиги и Луррой, не зря показался мне горьковатым. Ах ты, стерва остроносая, буратина местечковая! Добавила мне какой-то дряни в чашку!
В этом месте я перестала бегать, толкнула в бок Ваську и потребовала:
— Хорош спать, у нас проблема, и ее нужно решать. Не то пропущу все сроки подачи документов, и прощай, академия, здравствуй, Сиги и его планы на наших будущих детишек!
— Ну так решай, — фыркнул кот, перевернулся на другой бок и снова захрапел. Нет, это вообще что?! Это фамильяр или придаток к моей кровати, которая, между прочим, уже вся в рыжей шерсти!
Как следует накрутив себя, я ухватила Ваську за шкирку и подняла в воздух. Глядя в глаза ошалевшего от такого обращения кота, прошипела змеюкой:
— Хорош дрыхнуть, я сказала! Давай, подключайся к решению проблемы. Одной мне не вывезти, я понятия не имею ни о магии, ни о делах этого мира! Ты мне помогать должен, между прочим.
— Ничего я тебе не должен, — возмутился котяра, успевший немного очухаться за время моей пламенной речи. Задергался в воздухе, пытаясь вырваться из моего захвата. — Пусти!
— Да пожалуйста! — Я разжала пальцы, и рыжий шмякнулся на пол. Подскочил, шерсть вздыбил, глазищами засверкал и зашипел еще змеистее, чем я:
— Я тебя сюда привёл? Привёл! Тело новое дал? Дал! А дальше сама ластами шевели и жизнь свою устраивай! Поняла?! Хочешь замуж иди, хочешь учиться отправляйся, или еще куда. А я тебе ничего больше не должен!
— Тогда чего сидишь возле меня? — удивилась я. — Я думала, поддержка от тебя будет, помощь, коли ты, вроде как, фамильяр мой. А раз нет, то сам иди куда хочешь и занимайся, чем душе угодно, нечего мне тут постель шерстью пачкать!
Повернулась и, слыша за спиной недовольное сопение, пошла к двери. Начала колотить в нее сначала руками, потом ногами и громко протестовать против мачехиного произвола.
Сначала за дверью было тихо, потом раздался шум, и незнакомый мужской голос прокричал:
— Не кричите, кнесса Дарг, все одно не открою. Кнессия Дарг не велела вас выпускать.
— Позови ее сюда! — потребовала я и прижалась ухом к двери – что там, вообще, происходит?
— Не позову, уехала она.
— Тогда моего отца!
— Кнесс уехал вместе с кнессией. Сказали, будут через пять дней, так что не шумите и ложитесь спать – кнессия Дарг сказала, что вы до ее приезда спать будете. — Мужчина замолчал, и до меня донесся звук удаляющихся шагов
— Гадство! — резюмировала я услышанное. Значит точно, мачеха намешала мне что-то в чаек. Рассчитывала, что я до самой свадьбы просплю.
Интересно, а как же подготовка, в которой невеста принимает участие: наряды, угощения, цветы, платья подружек? Договориться с аниматорами, фотографом, или что тут вместо них? Фату, в конце концов, примерить?
— Что, помогла тебе привычка решать вопросы горлом? — ехидно поинтересовался кот, как ни в чем не бывало продолжающий валяться на моей кровати.
— Ты еще здесь, не сбежал от моих проблем? — буркнула я.
Дошла до постели, сдвинула рыжего в сторону и без сил повалилась на матрас. Новое тело до сих пор было слабым, хотя я всю неделю делала утреннюю зарядку, старалась побольше есть и много времени проводила на свежем воздухе. Но сейчас ноги совершенно не хотели меня держать, в руках появился противный тремор, а сердце колотилось, словно я пробежала марафон. Нервы или чаёк мачехи так действует? Хорошо хоть, я только половину выпила, остальное потихоньку вылила...
Я немного полежала и не заметила, как заснула. Проснулась бодрая и свежая, когда за окном уже стояла густая темнота. Кота в комнате не наблюдалось, и в душе неприятно скребнуло – ушел все-таки. Нехорошо как-то расстались мы, неправильно.
Ну что же, в общем-то он прав, что ничего мне не должен. Он и так много сделал: меня в новое тело перенес, худо-бедно про здешнее мироустройство мне рассказал, советы добрые для дальнейшей жизни дал.
Ну а моя уверенность, что он теперь всегда мне служить будет – это мои личные фантазии. Он за них не отвечает и соответствовать им не обязан. Но все равно, жаль, что ушел. Я за эту неделю к нему успела привязаться…
Ладно, хорош сожалеть о том, что уже случилось, встаем и начинаем действовать!
Где находится академия и как до нее добраться, я догадываюсь: раз академия столичная, значит, по логике вещей, находится в столице. До главного города страны ходят дилижаниусы, местные междугородние «автобусы». Нужно просто прийти на станцию, купить билетик, и через несколько часов я буду на месте. Осталось найти средства на этот самый билет, собрать вещи и самая малость – выйти из комнаты. Как все это сделать я уже придумала, а отсутствие в доме хозяев мне в этом поможет.
Решив действовать, я зашла в примыкающую к спальне гардеробную и вытащила с антресолей довольно потертый чемоданчик. Смахнула с крышки пыль и принялась укладывать внутрь вещи, которые по моему разумению понадобятся в дороге, а потом и в академии.
Набив чемодан под завязку, закрыла его на замок и переоделась в серое дорожное платье. Волосы спрятала под такого же цвета чепец, сделавший меня совершенно безликой и неприметной. Теперь, если кто и увидит меня, вряд ли запомнит.
Затем я достала из нижнего ящика комода найденные в нем несколько дней назад три монетки. Спрятала их в карман юбки – если больше денег не удастся раздобыть, то этого мне должно хватить на билет до столицы, их номинал я знала. Сейчас главное – любой ценой добраться до академии и поступить, а там придумаю, как решить финансовый вопрос.
После этого я подошла к окну, постояла, задумчиво разглядывая толстые стальные прутья, плотно оплетающие оконный проем. Эх, жаль, я в магии ничего не понимаю и понятия не имею, как с ее помощью открыть решетку!
Честно говоря, я и саму магию в себе совершенно не ощущала. То ли есть она, то ли нет, я же понятия не имею, как она себя проявляет… Лурра говорила кнессу Даргу, что магия у меня есть, да и Васька подтвердил ее наличие, но я ничего волшебного в себе новой не замечала.
Не страшно, главное, чтобы в академии подтвердилось, что у меня есть потенциал, а пользоваться волшебной силой научусь!
Я вынесла из гардеробной свой чемоданчик, поставила его на пол и взяла со столика тяжелую вазу из-под цветов. Встала сбоку от двери и истошным голосом заорала:
— Горю-ю-ю! Помогите! Спасите!
Сначала ничего не происходило, но я продолжала вопить и завывать, и вскоре за дверью послышался топот, и взволнованный голос прокричал:
— Что с вами, кнесса Дарг?
— Умира-аю! — завизжала я отчаянно, и – о, чудо! – после короткой заминки раздался скрежет открывающегося замка. Дверь приоткрылась, и в образовавшуюся щель просунулась лохматая мужская голова.
Эх, дурень, кто же таким образом в незнакомое помещение заходит?
«Хрясь!» — ваза в моих руках с размаху опустилась на мужскую макушку.
«Хех!» — мужчина с шумом выпустил из легких воздух, обмяк и стек на пол.
— Красава! — прозвучало рядом одобрительно. Я обернулась: в центре комнаты, обкрутив себя хвостом, сидел Васька и сверкал на меня глазищами.
— Ты вернулся! — обрадовалась я.
— Так… фамильяр же твой, как-никак. Куда я от тебя денусь? — пробурчал он смущенно, отведя взгляд в сторону.
Я протянула руку и погладила Ваську между ушей.
— Извини, была не права.
— Да и ты на меня не серчай, погорячился я, — после паузы ответил кот и тут же заявил деловитым голосом:
— Чего стоим, кого ждем?! Давай, затаскивай этого внутрь, пусть полежит под замочком, чтобы раньше времени наш побег не обнаружили.
Пыхтя и сопя от напряжения, я кое-как заволокла неслабых размеров тушу мужика в комнату. Запихала ему в рот парочку свернутых носовых платков. Крепко связала руки и ноги шнуром от штор и взяла в руки чемоданчик:
— Ну что, Василиссиус, вперед?!
— Вперед. Только сначала на кухню за жратвой зайдем и в тайничок Рисскин заглянем. Кнесса моя украшения своей покойной матушки от мачехи спрятала, да и деньжат там немного есть. Теперь это все твое, пользуйся на здоровье, Клариссия Дарг-Никитична!
Я несколько секунд постояла, рассматривая наглую кошачью морду, в данный момент до ужаса озабоченную моей судьбой. Объясните, чего он недавно выпендривался и орал, что не помощник мне?! С какого перепуга заявлял, что я обязана все сама, все сама...? Нет, никогда я не пойму эту фамильярно-кошачью психологию!